Инка. Повесть о любви в письмах - Вадим Качала

Поедем домой мы 17 августа, так что пиши мне письмо, не дожидаясь моего. Пиши примерно числа 14 августа, как раз придет к 17 августа. Может быть, еще тебе напишу, не знаю. Напишу на всякий случай тебе слова песни «Серебряная гитара». Если не знаешь, не слышал музыку, то попробуй где-нибудь послушать пластинку, но, думаю, что это тебе не придется делать.

Целую, Инна.

29.08.1963 г.

Милый Вадик, здравствуй!

Получила твое письмо, которое жду со дня своего приезда из лагеря. Приехала я 19-го утром. Отдохнула превосходно. Вес остается 52 кг, как не пыталась его согнать, не удалось. Что же, по-видимому, меньше не будет.

Удивляюсь, как ты мог «схватить» гипертонию?! Сказала маме, и она удивилась, т. к. гипертония, обычно, бывает уже у пожилых людей. Но, главное то, что она излечима. Когда по-настоящему выздоровеешь, сможешь опять заниматься много спортом и, наверное, даже поднимать свои гантели.

Но не думай о болезни, так будет лучше и для болезни, и для тебя, и для меня. Хорошо?! Значит договорились!!!

Принимаю твое предложение. Теперь буду писать тебе все, что захочу!

Очень хорошо, что ты разучиваешь вальс по моему описанию. Когда ты хорошо выучишь раскладку, то ты свободно будешь танцевать. Выучив хорошо в правую сторону, можешь учить затем в левую. Только в первоначальной третей позиции ног, левая нога будет стоять впереди правой, когда в вальсе в правую сторону наоборот. Остальное то же самое, что и в правую сторону.

Еще одно! Обязательно танцуй вальс на вечерах. Без партнера ты не будешь его никогда танцевать. Нечего кого-то бояться, тем более ты находишься в кругу своих ребят. А еще одно. Если ты будешь танцевать вальс с человеком, очень плохо умеющим его танцевать, то у вас вальс может не получиться. Вот, например, у меня был такой случай. До танцевального я станцовывалась с Сашкой К. из нашего класса, т. е. мы с ним не могли танцевать вальс, т. к. ни он, ни я правильно не могли танцевать. Однажды на вечере, это уже после того, как я научилась правильно танцевать, он пригласил меня, и я не могла с ним танцевать. Я не смогла подобрать к его шагу вальса свой шаг, потому что он плохо вальс умеет танцевать. И поэтому сейчас вальс я ним я не могу и никогда не станцую. Дело в том, что когда правильно танцуешь вальс, то пара идет точно по линии танца, т. е. по кругу, не заходя в круг. А неправильно, когда пара почти кружится на одном месте или чуть-чуть, свой круг делают больше, чем одно место, но вдоль стен зала никогда ни ровно не пройдет. Это зависит все от второго переворота в раскладке, где нога заносится за ногу и переворачивается человек. Те, кто не держит, вернее, не могут держать основную линия танца, не поворачиваются и все. От этого вальс не получается.

Так что не пугайся, если с кем-нибудь вальс у тебя не получится. Это совсем не значит, что все зависит от тебя. Собственно, у тебя должно получиться во всем, с кем захочешь, т. к. ты же партнер, ты водишь. Как ты поведешь, так они и пойдет. На этом повороте у нее, ты должен ее немного приподнять, чтобы ей было легче перевернуться. В общем, ты партнер, создай для партнерши твоей все условия (как говорит наша учительница бального танца). Вот видишь, сколько я опять написала о вальсе. Очень хочу, чтобы ты умел его танцевать.

Отвечаю на твой вопрос.

Нет, мне не нравился и не нравится ни один из мальчиков, которые «бегали» за мной или из тех, кто не обращал на меня внимание. Когда в седьмом классе за мной ухаживали мальчики, я не обращала почти на них внимание, да и они мне не нравились. И так продолжалось до 9-го класса. Летом между 8-м и 9-м классами была у нас встреча с тобой. До встречи я уже тебя хорошо знала по письмам, и ты мне нравился. Представляла я тебя именно таким, какой ты на самом деле, и я не ошиблась. Встреча наша не изменила мои взгляды, а даже улучшила и расширила их.

В девятом классе еще много мальчишек приставали ко мне, но я всех их находила хуже тебя. Ты был среди всех их – идеалом.

Только ты не задирай нос и не принимай мои слова близко к сердцу. Не думай, что я льщу, я говорю от чистого сердца. И вот до сих пор я не видела ни одного мальчишки, лучше тебя. Всегда я тебя ставлю среди них как пример.

У тебя, конечно, возник вопрос: «Чем же я лучше их?». А я, собственно, и не отвечу полностью на него. Иногда не опишешь свои чувства, какими бы они ни были. Но, главное, наверное, дело в вежливости, уме (у нас есть умные мальчишки, но в некоторых случаях они – тупизна), да и вообще во всем. Не знаю, но ты лучше их.

Вот потому мне не нравятся наши мальчики, и нравишься лишь ты один!

Ты пишешь, что я не поверила, что я тебе нравлюсь. Нет, почему же, этому я верила. Я не верила, что ты меня любишь, вернее, любил, извиняюсь. Тебе, наверное, сейчас самому интересно, что ты писал, что «любишь» меня. Правда? Ну, ладно, любил, так любил. Есть старая пословица: «Кто старое помянет, тому глаз долой». Хотя эта пословица не всегда подходит, как и все устаревшие пословицы.

Что же, конечно, верю, что тогда нравилась тебе, ведь я была совсем не такой, чем сейчас (так ты пишешь). Ну, ладно!

Сейчас мне пишет еще один парень – Виктор У. – дядя Люси Л. Он служит в армии в Германии. В сентябре этого года должен приехать домой – кончается служба. Он приезжал в гости к Люси зимой. У него был небольшой отпуск. Ему 23 года. Он на 7 лет старше меня. После своего отъезда он писал нам с Ольгой, как знакомым, но вот я стала получать персональные письма от него мне, где он слишком далеко заходит, очень много намеков. Сейчас думаю, ответить ему «хорошенько», или совсем не писать. Не знаю. Скорее всего, будем с Ольгой писать, как и прежде, как

В общем, я вижу ему нечего делать. Я, например, к нему ничего не питаю.

Не знаю, почему я тебе это