Правила эксплуатации, или Как не выйти замуж - Марина Орлова

class="p1">Додумать я не успела, так как что-то увесистое, мокрое, скользкое и пахнущее тиной с хлестким звуком врезалось мне в лицо, а после шлепнулось на колени.

Отойдя от первого шока, легкой боли и привкуса тины, я опустила взгляд и обнаружила на подоле судорожно дергающегося… леща. Увесистого такого… мясистого и пучеглазого, который точно не мог выпрыгнуть из воды на такое расстояние, для сомнительной радости заехать мне по ро… лицу.

— Какого… леща? — вопросила я, подняв голову и обнаружив в воде на мелководье все ту же русалку, что смотрела на меня с очередным немым вопросом. — Это что сейчас было? — взвилась я.

Та показала взглядом на криво сшитую рубаху, а после на леща.

— Думаешь, я тебе рубаху за то, что ты мне «леща» прописала, отдам? — не поверила я. В первую очередь тому, что она… додумалась до того, чтобы торговаться. А во вторую — потому что мне дали лещом по лицу!

Всякое на моем веку бывало, но не такое! Чтоб «леща» лещом…

Русалка нахмурилась, а после вновь нырнула, скрывшись уже холоднющей воде. Кстати, мне уже тоже зябко. А тут еще лещ… в лицо.

Сплюнув с губ привкус рыбы, я брезгливо сбросила с подола на траву рыбину и собиралась уйти, как в лоб мне прилетел карась, едва не сбив меня с ног.

— Да что б вас! — взвыла я, подскочив на месте. А напротив уже стояла русалка и пристально смотрела на рубаху. — Чего ты такая меткая? — возмутилась я. — Не отдам рубаху! И, вообще, я щуку люблю! — из вредности выдала, стирая многострадальной рубахой слизь с лица. Меня пережила, демона пережила, богатыря, мое несварение, стирку и мое рукоделие. И запах рыбы стерпит тряпица! Не мне носить, и ладно!

А что-то не понравится, пусть Ждан перестирывает!

Русалка обиделась, зашипела, а после вернулась в реку, заставив меня раздраженно вздохнуть и вновь сплюнуть.

— Ты чего тут делаешь? — подкрался ко мне со спины демон, пока я отплевывалась и бранилась сквозь зубы, проклиная все водное население. — Не думал, что ты на рыбалку отправилась. Отличный улов, кстати! На что ловила?

— На рубаху!

— Странный выбор наживки, но не мне судить… — серьезно посмотрел он на «улов». — А удочка где?

— А я на натуру. Подручными средствами! — боясь, скатиться в истерику, оповестила демона.

— Подручными?

— Лицом, — ворчливо добавила я, поминая русалку едким словцом.

Володька в недоумении приподнял бровь, а после уточнил:

— Мне стоит об этом спрашивать?

— Думаю, нет, — вздохнула я и устало посмотрела на мужчину. — Признаться, я ожидала, что кто-то не усидит и выйдет из «засады», но думала, что это будет Велес. Ну, теперь, видимо, и Липа… — судорожно выдохнула я, все еще переосмысливая новую реальность. — Или Ждан с очередной просветительской миссией о бабьей доле…

— Я понял: меня ты ждала в последнюю очередь, — несколько ворчливо отозвался демон и коротко перевел взгляд на водную гладь.

— В целом, да, — не стала я отнекиваться. — Тебя что, заставили? — заподозрила я.

— Заставить что-то сделать в этом мире меня можешь только ты, — так же недовольно сообщил Володя, все же встретившись со мной взглядом, от которого мне стало почти неловко. — И то, лишь до тех пор, пока срок договора не истечет. Просто… — внезапно замялся он и резко нахмурился, заканчивая предложение: — Просто решил, что тебе нужен кто-то, с кем ты могла бы поговорить. — А затем уже другим тоном добавил: — Ну, кому-то незаинтересованному. Велес трусит, Липа чувствует вину, а Ждан… впрочем, вернешься, сама поймешь.

От последней реплики я только поджала губы и моргнула, ни на секунду не усомнившись, что мне это не понравится: либо опять будет распевать себе дифирамбы, либо еще в чем-нибудь просветит таком, что тошно станет. И так обидно стало, что захотелось и истерично смеяться, и громко реветь. А может все и сразу.

Но решила взять себя в руки и… отыграться на демоне. Я со скепсисом осмотрела демона и ехидно уточнила:

— Считаешь, что говорить с тобой, лучшее, что я сейчас могу сделать? С тем, кому нужна моя душа? Ну да, совсем незаинтересованная сторона, — ехидно покивала я, сложив руки на груди, а после вновь уселась на покрывало, отвернув голову и смотря куда угодно, но не на демона, чтобы скрыть заслезившиеся глаза. Услышала тяжелый вздох, а после мужчина опустился рядом со мной:

— Я уже говорил, что я не стану забирать твою душу.

— Точно, — покивала я, ощутив очередную порцию печали. — Ты же не можешь ее забрать. Души ведьм привязаны к их обиталищу, и они ими не могут распоряжаться. Как подарить или… продать.

Демон молчал, не став ни подтверждать, ни опровергать, что было громче слов, а я сглотнула и все же решилась задать мучащий меня вопрос:

— Скажи, только честно: ты знал? С первого мгновения знал, что я — ведьма?

— Нет, — помедлив, покачал он головой. — Ты — неактивная и нейтральная. Такое почувствовать сложно, а отследить практически невозможно. Я сразу заподозрил неладное, учитывая твой послужной список из неоплаченных призывов. Но окончательно убедился лишь несколько дней назад, когда поговорил с Велесом и Липой.

— Поэтому все прошлые вызовы… закончились для вас — ничем? — заинтересовалась я, стараясь не думать, что демоны были более осведомлены моей жизнью и творящимся у меня в доме, чем я! — Потому что моя душа для вас недоступна?

— Вообще-то, нет. Есть очень действенный способ заполучить душу светлой ведьмы, — сообщил демон, а после красноречиво посмотрел мне в лицо, выдержав театральную паузу, прежде чем продолжить: — Сделать ведьму — черной. Черные ведьмы не привязаны к одному месту, потому что земля — как главный элемент и источник светлой магии, начинает отторгать чужеродную энергию. Черным ведьмам ничего не остается, как переносить свой источник на другой носитель, который их сопровождает. Это что-то компактное и небольшое, как оберег, книга, украшение или что-то в этом духе. Связь между носителем и источником не такая крепкая, как в случае с твоим домом, и уже не привязана к земле, потому заполучить такой — довольно просто.

— Что это значит?

— Забрать после смерти ведьмы. У всего есть свой логичный конец. Просто кто-то желает ускорить этот ход времени,