Пуля - Лорел Гамильтон

— Виви сказала, что единственный способ победить Тьму — это еще один Мастер Тигров, новый Отец Дня.

— Я высоко ценю такое доверие к Жан-Клоду, но тигр не является его зверем зова, а единственный вампир, способный оставаться живым и днем, не является ничьим Мастером.

— Твой слуга-вампир, Дамиан, верно? Это он — неспящий?

— Да.

— А кто сделал его таким? Не хочу обидеть вашего Мастера города, но это был не Жан-Клод. Это ты сделала слабого вампира способным на то, что является одной из самых больших редкостей среди нас, кровопийц.

— Да, но…

— Мы не посылаем наших ребят Жан-Клоду, Анита. Мы отправляем их тебе. Хотя Огги из Чикаго говорит, что надо послать ему кого-то из наших женщин, потому что, может быть, он унаследует твою способность призывать тигров так же, как ты унаследовала его способность призывать волков.

— Что-что? — перепросила я.

На том конце провода был какой-то посторонний шум. Послышался шорох и голос Макса: "Ты точно хочешь сделать это, Виви?"

Через минуту Чанг-Виви Клана Белого тигра взяла трубку, так что, думаю, она была уверена в том, что делает. Или Макс не смог помешать ей отобрать телефон. Иногда его любовь к жене зашкаливала.

— Анита, — в ее голосе звенели слезы, он прерывался от волнения. Поскольку она была одним из самых страшных вертигров, которых я когда-либо встречала, это было горько слышать.

— Здравствуй, Вивиана… то есть, Чанг-Виви.

— Оставим титулы на другой раз, Анита. — она сделала дрожащий вдох и сказала: — Когда мои тигры прибудут, ты должна принять их. И ввести их в полную силу.

— Я знаю, что ты всегда этого хотела, но другие кланы тигров не желали, чтобы мы ставили вас выше всех остальных.

— Все их Чанги видели тот же кошмарный сон, что и я, Анита. Они видели темноту, и в глубине своих сердец они помнят, как она пыталась править всеми нами. Отец Дня спас нас. Он управлял нами и не позволял ей использовать всю силу тигров. Она победила его, только уничтожив последнюю золотую королеву.

— Откуда ты все это узнала? Ты ведь не знала этого раньше…

— Это была легенда. Сказка, Анита. Я не верила в истории про Живую Тьму, темную Богиню и Бога Живого Света, который создал наш народ. Кто верит в такие вещи?

Да уж, она меня подловила. Я имею в виду, что я знаю, как хорошая маленький христианка, я действительно, должна искренне верить во все, что говорится в Ветхом Завете… Но я всегда думала о нем, как о подборке историй, которые пытались объяснить, почему Бог Любви создал мир, где люди так много страдают.

— Значит, теперь ты веришь, — проговорила я.

— А у меня есть выбор? — это прозвучало горько.

— Что тебе снилось? — спросила я.

— Нет… Разговоры о таких вещах только придают им силу. Я могу только сказать, что только Свет, только Бог спас нас от ее власти в первый раз. А объединенная сила всех кланов тигров дала ему возможность удержать ее от завоевания мира.

— Слушай, Вивиана, мы все на нервах, но, по-моему, способность бить током и зажигать огонь не очень-то поможет победить Милую Мамочку.

— Ты видела только то, что могут самые слабые члены моего клана, Анита. Ты даже не представляешь, на что способен черный тигр Домино. К тому же, если Мастер Тигров и Всепоглощающая Тьма существуют на самом деле, то и силы наших кланов тоже реальны.

— Ради бога, Вивиана… — простонала я.

— Красный тигр, с которым ты переспала, может вызвать огонь в руке, он пирокинетик. Ему подобные существуют и среди людей.

— Предположим, я тебе поверила. Но белый тигр — это металл, и его силы, похоже, в основном касаются статического электричества. Это не оружие.

— Черный тигр — это вода, Анита. Человеческое тело в основном состоит из воды.

— Что ты имеешь в виду? — поинтересовалась я.

— Я говорю, что ты видела только поверхность того, на что мы могли бы быть способны, если бы ты вернула нам наши силы.

— Но Цинрик не получил новых способностей.

— Он молод, и ты спала с ним только раз, Анита.

— Одного раза было достаточно, — проворчала я.

— Голубой тигр — это сила воздуха. Легенда гласит, что Голубой может вызывать бури и подчинять их своей воле. Золотые тигры контролируют землю и все земные энергии.

— Что это значит?

— Они могут заставить саму землю подчиняться их воле.

— Ты имеешь в виду землетрясения? — я даже не пыталась убрать недоверие из своего голоса.

— Одного из членов Совета, которого Жан-Клод победил в Сент-Луисе, звали Колебатель Земли, Анита; как думаешь, что он делал?

Я облизнула губы. У меня не было аргументов, потому что она была права. Только слово Колебателя Земли, что он не будет использовать эту свою силу в дуэли с Жан-Клодом, уберегло Сент-Луис от превращения в груду камней. Он бы выиграл дуэль, но он допустил ошибку, сломав печати Жан-Клода и сделав так, что я стала принадлежать его вампиру-лейтенанту. Его ошибка была в том, что он решил, будто я скорее вгоню кол в сердце Жан-Клода, чем рискну своей собственной жизнью, чтобы убить их. Они меня недооценили.

— Ладно, предположим, Цинрик может вызывать шторм. Не думай, что я рада заиметь в своем городе семнадцатилетнего подростка с такой властью.

— Но это не будет его власть, Анита. Она перейдет к тебе. Если ты разбудишь ее в тиграх, она станет твоей, и вы будете слишком мощными, чтобы Тьма могла вас поглотить.

— Я не вампир, Вивиана.

— Это не так. Ты просто не пьешь кровь, Анита. Время красивой лжи прошло. Уже поздно, Анита, и Тьма идет. Если ты не спасешь нас, она овладеет всеми тиграми, включая тебя, и как только она заполучит золотую королеву — тебя — как своего носителя, она погубит нас всех.

— Я не вертигр. Я не могу превращаться.

— Желтая должна была быть нашей правительницей, всех нас, настоящей Царицей. Некоторые говорят, что способность колебать землю принадлежит только Желтой. Мы не будем знать наверняка, пока ты не приведешь больше наших в полную силу.

— Вивиана, все это предположения. Ты не знаешь, возможно ли это.

— Не сомневайся, Анита. Ты должна верить. Это должно быть реальностью. Ты можешь использовать силу всех кланов. Ты должна.