Корни зла - Галина Гончарова

И уже утрамбовала две наволочки. В одной была сменная одежда, кое-какие косметические мелочи и драгоценности Вольгианы. Это пойдет к Тёрну. А мне останется часть провизии. Вторую навьючим на Элю.

По коридорам разнесся дикий визг:

— А-а-аи-и-и-и!!!

Я едва колбасу не выронила! Домашнюю, копченую! В мире техники такой и президента не кормят!

Визжала Элька. И что с ней такое? Клоп за интересное место тяпнул?

Я сунула колбасу в наволочку — и поскакала на место происшествия.

Местом оказалась небольшая галерея с портретами. Эля стояла перед одним из них и орала. Рядом слегка оглушенный звуковой волной Тёрн не знал — то ли оглушить дуреху, то ли… что?

Я тоже слегка растерялась. Зато Мэнди действовала быстро и решительно.

Хлоп! Шлеп! Тресь!

Она живо дернула Эльку к себе за руку, развернула и влепила три такие оплеухи, что у меня аж в ушах заломило от треска. Но как подействовало! Через пять секунд в доме воцарилась тишина. Только Эля икала и всхлипывала.

— Что с тобой, дурная?

Но мой вопрос остался без ответа. Кажется, эта дура сорвала голос.

— Воды! Живо!

А голосок-то у свекрови просто королевский. И этот кретин Эрвас сказал, что она не усидит на троне? Чушь! Тёрн послушно рванул за водой, чтобы вернуться через пару минут с ведерком и чем-то вроде черпака.

Мэнди зачерпнула воды из ведерка и протянула Эльке.

— Пей.

Элиссиана послушно выпила протянутую воду. Глаза стали спокойнее. И Аманда плеснула из горсти ей в лицо.

— А теперь объясни, чего ты так разоралась.

Эля повиновалась и глубоко вздохнула.

— Это кто?

— Мой брат и его жена.

Я проследила за пальцем элварессы и тихо выругалась. Тёрн тихо и зло присвистнул, но мне было не до него. Эля указывала на портрет Эрваса с Вольгианой, висящий над камином. Оба в белом, в день свадьбы, со стилизованными коронами на головах, все-таки Эрвас был принцем, а Вольгиана стала принцессой, выйдя за него замуж.

— А почему у него глаза серые?

— А какие должны быть?

— Голубые…

Нам с Тёрном даже не понадобилось переглядываться, чтобы рявкнуть в один голос:

— Элька, заткнись!!!

Аманда захлопала ресницами, но мы не дали ей ничего сказать. Тёрн ловко перехватил свою бывшую невесту за шиворот и оттащил в угол.

— Это твой как там его?

— Мэвис Клайтерон?

— Д-да! А почему он здесь?

— По кочану! Дура.

Элвар так посмотрел на бывшую невесту, что та сжалась в комочек.

— С этого момента, кто бы к тебе ни обратился, не произносишь ни слова. Останемся одни — поговорим. Но не раньше. Если попробуешь ослушаться — Ёлка тебя превратит в жабу. Или в крысу. Ясно?

— Да. А почему?..

— С этого момента.

Больше мы на нее внимания не обращали. Наконец-то наши подозрения о главном злодее получили весомые обоснования.

— Значит, вот откуда ноги растут! Мы были правы!

— Дирмас. Ну, братик двоюродный, ты доигрался…

Мысли элвара настолько переполняла ненависть, что мне страшно стало.

— Ёлка, ты уверена, что нельзя его прибить в этом времени?

— Мы его даже найти не сумеем. Можем попробовать, но вряд ли получится… Вольгиана постаралась на славу. Стерва!

— И внушила сынку мысль, что он должен занять трон.

— А у Дирмаса есть шанс попасть на престол?

— К сожалению, есть. У нас в Элварионе гибкая система правосудия. Сразу не прибили — потом, могут и не убить.

— Это очень, очень плохо.

— И тем не менее. Дирмас имеет определенные шансы на престол, если докажет, что способен править. А если не он — то его сын или дочь.

— Предполагаю, что ему важна и месть — и трон его предков, якобы несправедливо отобранный у его отца.

— М-да. Ёлка, а мы можем найти, если знаем, кого искать?

— Надо долго думать, а потом долго искать.

— Но найти этого гада возможно?

— Вы связаны по крови. Так что все возможно. А насчет гада…

— Ты еще сомневаешься?

— А ты так уверен?

— А кто же еще?

— Элвар, у которого ты в нежном младенческом возрасте двадцати лет отбил жену.

— В двадцать лет я никого не отбивал.

— Ну, в двадцать один год.

— И в двадцать один год тоже.

— Тогда твой отец, дед или прадед. Знаешь, для мести есть и более смехотворные поводы.

— Знаю. Но мне плохо в это верится.

— Пока ты не найдешь этого Дарта Вейдера…

— Дирмаса.

— Один черт.

— Да хоть дюжина.

— Ты не успокоишься?

— Никогда!

— Значит, будем искать.

— Ёлка, а можем мы сейчас пройти по этому следу в наше время?

— Не поняла?

— Можем мы попасть к Дирмасу в наше время? Если знать, к кому идти?

Теперь я поняла, что имел в виду Тёрн. Можем ли мы пройти сквозь время и пространство обратно в наш мир — в то место, где сейчас находился Дирмас? В принципе мы могли. Но…

— Можем. Но не попадем.

— Ёлка!

— Никаких Ёлок! Сам понимаешь, если он и наезжал на тебя все это время, лезть к нему в зубы будет откровенной глупостью.

— А если это не он? Ты ведь и сама сомневаешься! Да если и он — Дирмас не будет ждать нападения. Мы застанем его врасплох.

— Тебе что — пять лет? Это не игра в войнушку!

— Я это понимаю гораздо лучше тебя! И позволь заметить — в этой игре погибли мои родные.

— Знаю. И мне очень жаль их. Особенно сейчас, когда я познакомилась с Майей. Но сделать ничего нельзя. Лучше вернуться домой, а потом попробовать поискать твоего родственника по заклинанию сродства. Или предложить это Аманде.

— Вот это — нет!

— Почему?

— Она слишком добра. Мало ли кто станет воспитывать этого ребеночка… Пока отца нет рядом, лучше…

— Понятно. Лучше держать родственников по разным клеткам.

— Я всегда знал, что ты меня поймешь.

— Пф-фффф.

Я пожала плечами и улыбнулась Аманде.

— Ну что, подруга, двигаем по азимуту, сажать тебя на трон?

— Двигаем, — согласилась Аманда. — А она?

Аманда имела в виду Элю, которая все еще стояла в ступоре.