Пересечь сплошную (СИ) - Литт Ксюша

— Ну Наруто, например? Наруто все знают, — расслышала я сестренку. Клиническая дура так и продолжала долбить Протасова своим аниме. Что-то мне подсказывало, что Владу теперь с не меньшей силой хотелось утопить и ее

— Не-а, не знаю, — на удивление вполне спокойно пожал плечами он. — Я вообще мультики не смотрю.

— Это не мультики. Точнее мультфильмы, но они не для детей. Для взрослых.

— М-м-м, — многозначительно и умно промычал Протасов. — Для взрослых? — приподнял бровь.

— Ну да, есть и совсем для взрослых, — Настька расплылась в коварной улыбке, и сама при этом тоже расплылась вдоль бортика, широко раскинув руки уперлась спиной в стенку, заболтала игриво ногами. — Хентай, — прищурившись склонила голову, оценивая реакцию Протасика.

«Вот ведь коза!», — возмутилась я, моментально отодвигая свои проблемы на второй план. — «Напилась малолетка бестолковая, хентаями вздумала придурка завлекать». Слава богу, это слово Влад, кажется, слышал сегодня тоже впервые, хотя я уверена такой «мультик» он бы наверняка оценил.

Однако, смысла хоть он, естественно, не понял, но хихиканье девочки возле него, определил точно правильно. Хмыкнул и тоже склонил голову.

— Насть, — строго позвала я, безжалостно разбивая, похоже, и тут стремительно надвигающийся трындец. — Вылазь давай.

Успела я, видимо, вовремя, оба смутились. Протасов моментально испуганно оглянулся на меня, шарахнулся в сторону и ушел под воду, а сестренка, на удивление, даже спорить не стала, покорно пошла вслед за мной.

В комнате творился не меньший «писец». Вечер перестал быть томным. Пьянка удалась. Перед, как и ожидалось, полностью одевшимся Малышом и уже успевшим напялить на себя футболку Стасом, стоял с полторашкой так и не принесенного нам пива Крайнов.

— Ян, да хватит обижаться, — рьяно пытался он уговорить насупившуюся Янку.

Стас молчал. Закинув руки за голову и откинувшись на спинку дивана, он сидел рядом и безучастно смотрел куда-то ни то в стену, ни то в потолок. Заметив нас, вошедших, он скосил секундный взгляд и, отвернувшись, опять уставился равнодушно в потолочный плинтус. Непонятно, то ли он понимал, что уговоры бесполезны, то ли просто настолько устал от выкрутасов подружки, что больше уже ничего не хотел предпринимать.

— Давайте тут тогда посидим, чтобы никому не скучно было, — услужливо предложила я. Янка хоть меня и бесила по-страшному, но, как хозяйка дома, я просто обязана была проявить заботу и гостеприимство. Наверное.

— Ну да, можно поиграть во что-нибудь, — с небывалым азартом и позитивом поддержала меня Лерка.

— Точно. Можно, — тут же подхватив идею, я вдруг вспомнила стопку игр у Назарова в комнате. — У меня «Монополия» есть.

Такого рода развлечение Малышу, наверняка, было хорошо знакомо и потому, несомненно, должно было понравиться. Так мне казалось. Чувство моей вины снова начало просыпаться и мне до жути вдруг захотелось угодить подружке Стаса, заглаживая тем самым свои проступки. Как бы мне не нравилось неизвестно по каким причинам целоваться с ее парнем, разлада им меж собой я все-таки не желала.

Янка же на мою услужливость только фыркнула в ответ:

— Не хватало еще и тут в эту «Монополию» играть.

Я, понятно, сразу заткнулась, боясь как-то скомпрометировать Стаса. Не показывая свою осведомленность о количестве игрушек в его комнате, лишь метнула растерянный взгляд на диван, где находились эти двое.

— Тогда можно в бутылочку, — Кирилл подкинул в руках пластиковую бутылку с пивом и подмигнул. Мне. Потом еще и притянул меня же за талию к себе.

Он был в одних плавках, я в купальнике и… В общем, я ухватилась за его цепкие пальцы и попыталась их разжать, но тщетно, они немного больно продолжали впиваться в мой бок. В какой-то момент мне показалось что от такого прилива нежности у меня точно следы синяков останутся. Пьяные объятия Кирилла ощущались еще хуже, чем трезвые.

— Я не буду, — прервал угрюмым заявлением нашу возню Стас.

— Я тоже, — поддержала его я. Ни с кем из присутствующих я целоваться не желала, даже с ним. Особенно с ним.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Стоявшая чуть поодаль Лерка едва слышно хмыкнула и потом тоже отказалась.

— Можно в карты, — молчавший все это время Протасов и туго входящий в суть дела происходящего, тоже отозвался.

— Точно. В козла, — подхватил Стас.

— Пара на пару. — Кирилл опять придвинулся ко мне. Нашел, блин, пару. Хотя я бы с удовольствием сыграла, почему бы и нет. Я тут же увильнула из рук Крайнова и взялась искать колоду карт. Здесь в сауне я точно знала — она была.

В поисках я начала шумно двигать шкафчиками и сквозь этот скрежет вскоре донеслись знакомые недовольные нотки.

— Я не умею в козла!

Началось! Я покачала головой и, тяжело выдохнув, еще активнее захлопала мебельными дверцами.

— В дурака? — послышалось предложение. По голосу это был Влад.

— И в дурака тоже не умею.

— В пьяницу, — это влезла уже Настя. Она тоже ни во что не умела, кроме этой детской игры.

— Какую пьяницу? — еще более недовольно огрызнулась Яна.

— Там легко и не надо ничего уметь.

— А давайте лучше погадаем, — встряла Новикова. — Рождество же. Нужно гадать. Можно духов вызвать, например.

Я как раз нашла колоду карт и обернулась. Погадать — это идея хорошая, но всякого рода чертовщину, если честно, я немного боялась. Чего-чего, а духов вызывать, особенно в бане, мне было страшно.

— Прикольно, — загорелся Протасов. — Там как-то блюдцем надо по кругу с буквами...

Примерную теорию знали все, с практикой же никто не сталкивался. Рьяно пообсуждав, идею сеанса спиритизма мы слава богу так и оставили ее в стадии идеи.

— Можно же просто на картах погадать, — нашла чем заменить вызов мертвецов сестренка. — Тоже прикольно. Юлька, кстати умеет.

Кстати говоря, ничего я не умела. Так одно время, еще в школе, баловалась. Книжка у меня была по гаданиям. Вот ее-то мы и штудировали с подругами в те далекие годы. Уж больно жутко интересно тогда было узнать: прошлое, настоящее, будущее. И что на уме, на сердце, под сердцем… Позже, когда в моей жизни нарисовался Юрка, весь интерес как-то моментально ко всему пропал. Неожиданностей мне жизнь готовить больше не собиралась, вот и забросилась эта забава. Хотя, сейчас, пожалуй, было бы и в самом деле интересно посмотреть на расклад карт и прикинуть что и кого ждет. Пусть не сбудется — зато весело.

Янке такое занятие, наконец-то, пришлось по нраву. Она разом заинтересованно притихла и мысль, что ей уже хочется домой отложила пока в сторону.

Ребята шустро освободили от провизии стол, выделяя мне место для священного таинства, и с азартом расселись вокруг. Настька еще и за свечами успела сбегать, дабы создать соответствующую атмосферу. Пригодились «апокалипсисные»  свечи. В комнате запахло гарью, и образовался немного жутковатый таинственный полумрак. Однако, шутливый настрой всех к предстоящему действу пока не так нагнетал обстановку. Просто, если честно, я немножко боялась темноты. Яна тоже, видимо, была из таких же трусих, как и я. Она, моментально позабыв все обиды на своего Стасика, тут же доверчиво прижалась к нему. Назаров по инерции обнял своего Малыша, ограждая от всех невзгод. Уверена, он бы растерзал любую нечисть, посмевшую посягнуть на жизнь его девушки. Я бы тоже сейчас с огромным удовольствием спряталась в чьи-нибудь объятия. Даже от Кирилла не отказалась бы, наверное, но, к сожалению, мне предстояло сейчас заниматься гаданием, а не забиваться в безопасное место.

Я, видимо, в своем неосознанном страхе слишком с явной завистью засмотрелась на уютно угнездившихся Стаса и Яну. Да так, что он вдруг заметил мой пристальный взгляд и смутился. Тут же поспешно убрал руку с плеча Малыша и отставил ее куда-то позади на диван. Мне стало от этого жутко неудобно, и я отвернулась.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

«Господи, да пусть обнимаются. Мне-то что?» — буквально в приказном порядке заставила подумать я сама себя и, абстрагировавшись от всего, старательно начала тасовать колоду. Стоило срочно хоть что-то припомнить из давнего детского баловства: в каком порядке раскидать карты и, главное, что каждая из них могла означать. В мыслях тут же закрутились шестерки, семерки, девятки, тузы во всех возможных мастях и комбинациях. Оказывается, еще не все ушло в глубокое забвение, подсознательная память с легкостью начала восстанавливать былые знания. Из прострации меня вывел голос Малыша. Галдёж других пролетал мимо моих ушей, не задерживаясь, Янку же проигнорировать мне не удалось: