От А до А - Алина Ланская

Глава 31

– Я был эгоистичным говнюком, но ты все равно любила. – Андрияш кивнул, словно соглашался с чем-то. – Я думал, у нас уйма времени впереди. И рано или поздно, но ты вернешься ко мне. Что у нас не может вот так все закончиться.

– Прости.

Андрияш в растерянности провел ладонью по волосам. Он понимал, когда ехал, что это будет сложный, тяжелый разговор. Разумовский готовился к бою, но Лада предлагала мир. Мир, который на этот раз разведет их по разные стороны. Он не мог логически объяснить, что именно заставляло его сейчас так думать, верить в то, что это конец. Андрияш смотрел в ее глаза и чувствовал, что она не просто просит прощения, она прощается с ним.

– Все можно изменить, пока люди живы и хотят меняться. Ты не будешь с ним счастлива.

– А это мне решать, – тихо произнесла Лада. – Мне. Не тебе.

Разумовский промолчал. Едва ли не впервые он не стал убеждать Ладу в обратном, хотя его отношение к Мамаеву и к их свадьбе, разумеется, осталось прежним.

Он подошел ближе к ее креслу, присел на корточки. Аккуратно и очень медленно отогнул край пледа, а потом осторожно, словно боялся поранить, взял ее ладони в свои.

– Холодные… – Андрияш бережно поднес ее руки к губам, пытаясь согреть их своим дыханием. – Я сейчас закрою окно.

– Не надо. – Она дернулась, быстро убрала ладони обратно под плед. – Это пройдет. А свежий воздух мне очень нужен.

– Я тебя разрушаю? – тихо спросил Разумовский.

– Ты меня мучаешь, Андрияш, – она выдохнула эти слова и тут же расслабилась, словно признание принесло ей долгожданное облегчение. – Давишь на меня, требуешь, заставляешь сомневаться. А мне нужна определенность, понимаешь, покой и уверенность в том, что будет завтра. Ты разрушаешь мой мир.

– Не доверяешь? – Он по-прежнему сидел перед ней на корточках и не отводил взгляда от лица.

– Я не справляюсь, – тихо улыбнулась Лада. – Раньше хоть как-то получалось, а после аварии… Налетел, как ураган…

– А теперь должен уйти?

Андрияш устыдился нахлынувшей обиде. «Мавр сделал свое дело?» Нет, конечно. Он бы заново прожил эти несколько месяцев точно так же, но зная, что результат его усилий окажется именно таким.

– Да. Я хочу жить без боли, Андрияш.

– И без любви? Прости… – он спохватился, но было уже поздно.

– Если моя любовь приносит мне боль, я ее отпущу. И ты отпусти. Пожалуйста.

Андрияш видел ее глаза, полные слез, видел огромную боль в них. И мольбу.

– Прости, что не стал тем, кого ты любила, кого ты достойна, – не произнес, а выдохнул Разумовский. – Я не знаю, как отпустить тебя. Не умею.

– Научишься. – Лада улыбнулась. – Ты же такой умный, профессор Разумовский.

Она ласково улыбалась ему, Андрияш снова видел в ее глазах любовь и едва удержался от новой попытки убедить Ладу дать ему еще один шанс, но сдержался.

«Эгоистичный говнюк».

По спине пробежал колкий холод, Андрияш даже невольно вздрогнул от неприятных ощущений. Быстро поднялся и отошел к окну. Он стоял спиной к Ладе и долго молчал, машинально наблюдая за тем, как падает снег на дорогу, ведущую к гостевому дому. Мысли его были далеко отсюда. Он снова и снова возвращался в прошлое, методично с упорством мазохиста прокручивал в голове их ссору за ссорой, отчетливо понимая, что все было совершенно бессмысленным. Никто от них не выиграл. Никто никому ничего не доказал и не переделал другого.

Сейчас бы он все сделал по-другому.

– Когда свадьба? – глухо спросил он, так и не повернувшись к Ладе.

– В мае, – поспешно ответила она. В голосе явно послышалось облегчение, от которого Разумовского, казалось, сейчас вывернет наизнанку. – Или в конце апреля.

– Так скоро? – Андрияш не узнал собственного голоса.

– Да, мы подумали… Это наше решение, и на него ничто не повлияет уже. Ни мне, ни Андрею не нужна пышная церемония. Дело не только в том, что я еще на ноги не встала нормально. Катя под следствием, Андрей едва не обанкротился. Нам сейчас не до торжеств.

– Понятно. – Андрияш криво усмехнулся снежинкам за окном. – Приглашение, значит, не пришлешь?

– А ты бы пришел?

– Нет.

– Ну вот видишь.

– В мае меня, возможно, здесь уже не будет. – Он не стал оборачиваться, чтобы посмотреть на ее реакцию. За эти несколько минут в ее комнате он прожил вечность. И тоже для себя все решил. – Доведу до сессии, а экзамены уже не я буду принимать.

В комнате повисла тишина. Андрияш чувствовал, что постарел лет на двадцать. Сегодняшнее утро, казалось, осталось за горизонтом, как и вся его жизнь до того момента, как он зашел сюда.

– Вернешься в Польшу? – тихо спросила Лада.

– Нет, не думаю. Вариантов много. Знаю, что здесь не останусь. – Андрияш обернулся: Лада улыбалась, но глаза ее по-прежнему блестели от слез. – Но я вернусь, если узнаю, что он тебя обидел.

– Не обидит, – уверенно сказала Лада. – Андрей никогда меня не обидит.

Андрияш недоверчиво посмотрел на девушку, но говорить о Мамаеве не стал. Он не был уверен в душевных качествах ее жениха. Разумовский не забыл аварию, не забыл, как занесло машину аккурат под грузовик именно со стороны пассажирского сиденья. Но сейчас, глядя на Ладу, он понимал, что будет молчать. Он впредь не станет разрушать ее мир.

– Я больше не приеду, Лада.

Она на секунду оцепенела, словно не поверила его словам, чуть подалась вперед, будто хотела встать. Снова замерла и медленно, глядя в его глаза, согласно кивнула.

– Прощай, Андрияш. Спасибо за все. И пусть у тебя все будет хорошо.

Он ничего не ответил, постоял еще несколько секунд, а потом медленно вышел из комнаты, задвинув за собой двери.

Прощение и прощание различаются всего на одну букву.

Глава 32