Похищая жизни. - Валерия Чернованова

Выступление закончилось около полуночи. Проводив Маделин до кареты и пожелав ей доброй ночи, мы с Шейроном поехали ко мне. Правда, ему пришлось притормозить у порога. Не хватало после всех сегодняшних волнений еще и бессонной ночи!

Блондин, конечно, расстроился, но пообещал завтра же взять реванш. Я спорить не стала. Быстро чмокнув его в щеку, как бы между прочим сказала:

-- Не знаю почему, пришло на память колье из театра. Надеюсь, ты его тоже не забыл.

Предвкушая несколько часов блаженства в своей мягкой теплой постельке, поднялась на крыльцо и повернула ключ в замке. На столике возле входа стояла керосиновая лампа, но ее не было нужды зажигать, чтобы разглядеть учиненный в доме погром. Лунного света вполне хватило для оценки урона. Мебель была перевернута. Шкафы и серванты раскрыты; ящики вместе с их содержимым в творческом беспорядке валялись на полу. Второй этаж "порадовал" идентичной картиной. Утешало только одно, все мои драгоценные безделушки оказались на месте. Ясное дело, что искали эти вурдалаки.

Устало привалившись к стене, сдавленно простонала. Все это, определенно, переставало мне нравиться. Игра в поиски поддельного медальона зашла слишком далеко. Надо как-то ее прекращать.

День девятый

Алексис

Ненавижу понедельники! Впрочем, как и все остальные дни недели, кроме воскресенья, которое всегда почему-то проходит так незаметно, что не успеваешь и понять, был ли у тебя выходной или же только привиделся. Проснулась рано, а если быть точной, почти не сомкнула глаз. Вздрагивала от малейшего шороха, опасаясь, что эти уроды, неудовлетворенные результатами обыска, вернутся, дабы выпытать у меня лично о местонахождении медальона. К счастью, пронесло, никто так и не появился.

Поднявшись на рассвете, принялась за сборы. Долго блуждала по комнате, выискивая в ворохе одежды, вываленной из шкафов и сундуков, более-менее приличное, не измявшееся платье, и спотыкаясь о разбросанный по полу хлам. Настроение было препаршивейшее. Когда пришла Нэтти, я уже с горем пополам сумела себя экипировать и заканчивала завтракать в разгромленной гостиной. Увидев, во что превратился дом, девушка всплеснула руками и вопросительно уставилась на работодательницу в ожидании объяснений.

-- Долго не могла найти сумочку, -- не слишком убедительно соврала я.

Служанка обвела помещение печальным взглядом, мысленно прикидывая, за сколько дней удастся ликвидировать разруху. Оказывать посильную помощь в уборке я, понятное дело, отказалась, поэтому оставалось только посочувствовать Нэтти и ободряюще ей улыбнуться.

-- Выше нос, у тебя все получится, -- обнадежила прислугу. -- И я не тороплю.

Допив кофе, схватила первое попавшееся пальто, картинно свисавшее с перилл в холле. Неподалеку обнаружились перчатки и маленькая темно-синяя шляпка с узкими, чуть загнутыми вверх полями и пестрой композицией из алых и желтых роз. Интересно, в каком состоянии я была, когда ее покупала? Нахлобучив на голову творение безумного шляпника, взяла мешочек с магическим барахлом и протянула его служанке.

-- Пусть пока побудет у тебя.

Не задавая лишних вопросов, Нэтти сунула торбочку за пазуху, только поинтересовалась:

-- Стоит положить его к тому медальону, что вы дали мне накануне?

-- Нет, держи всегда при себе.

А сама подумала: пусть уж лучше люди Рене следят за моей прислугой, чем таскаются за мной попятам. Конечно, очень скоро он все поймет, но, может, хотя бы на пару дней избавлюсь от его всевидящего ока.

Напоследок попросив горничную сходить на рынок (потому как последняя мышь, наверное, умерла в доме от голода) и предложив до обеда погулять по городу, дала денег, чтобы прогулка получилась более содержательной. Лишняя предосторожность не помешает, иначе Стоун может заподозрить неладное и поинтересоваться, чего это я торчу целый день дома. Нэтти не удивилась моей просьбе, потому как уже давно привыкла к закидонам своей хозяйки и, заперев дом, отправилась на утренний променад.

В Бюро царила привычная суета. Блейк, как обычно, был не в духе, орал на подчиненных, третировал Ника. Помощнику доставалось больше остальных, потому как Адам еще не простил тому недавнюю вылазку в бордель и все вытекающие из этого последствия. Столкнувшись с Россом в коридоре, почувствовала, как по коже ползут мурашки. Очень уж нехороший у Николаса был взгляд, можно сказать, мерзопакостный.

-- Что-нибудь случилось? -- миролюбиво спросила я.

-- Нет, -- подозрительно любезным тоном произнес зам, -- все просто замечательно.

-- Тогда до скорого. -- На всякий случай обошла Ника, сохраняя дистанцию, и припустила к лестнице, затылком чувствуя его испепеляющий взгляд. Его б энергию да в мирных целях!

Осторожно заглянула в кабинет Блейка. Коллеги не обманули, старик действительно был зол и сердит, и потому радостная улыбка на чьем-нибудь лице могла подействовать на него, как на быка алая тряпка матадора. Чтобы не дразнить гусей, вернее, одного, приняла самое серьезное выражение, на какое только была способна, и, пожелав себе удачи, распахнула дверь. Невольно закашлялась. Концентрация табачного дыма в кабинете зашкаливала.

-- Фу, ну и вонища! Ты бы тут иногда проветривал, что ли! У меня аж глаза заслезились!

Старик и ухом не повел. Продолжал курить свои сигары-вонючки, совсем не заботясь, каково бедной девушке, то бишь мне, вдыхать ядовитые миазмы.

-- Может, зайду попозже? -- хотела было капитулировать я.

-- Садись. -- Подождав, пока устроюсь в кресле, Адам сунул мне в руки листок, который до сих пор изучал с каким-то пристрастием. А что могло быть для шефа важнее убийства -- только новое убийство. Моя догадка тут же подтвердилась. -- Еще один труп, -- выпуская серые кольца дыма, проронил он. -- Возвращающиеся домой студенты нашли его в подворотне, неподалеку от оперного театра. Не прошло и часа, как тело рассыпалось.

Я просмотрела короткие показания свидетелей. Как и предполагала, убитый был одет в форму служащего театра. А это означало, что и другие мои подозрения имеют право на жизнь. У меня вдруг засосало под ложечкой, будто я целую неделю сидела на жесткой диете. Уж так устроен мой организм. Тревога начинает расти из желудка, и только потом "молоточками", словно по наковальне, бьет по мозгам. Чтобы покончить с неприятными ощущениями, решила переложить их на голову начальства:

-- Вчера в опере кое-что произошло... -- И я рассказала о нападении.

-- Думаешь, Девина уже нет в живых? -- Старик в изнеможении, будто только что участвовал в кроссе, откинулся на спинку кресла. Под тяжестью его веса мебель печально скрипнула. Потом еще раз.

-- Будем надеяться, что нет. Но исключать эту версию мы не имеем права. Нужно как-то проверить, наш это Девин или... не наш, -- на окончании фразы мой голос дрогнул.

Не успели толком придумать, как будем изобличать самозванца, если он на самом деле обосновался в теле моего напарника, в кабинет вошел сам виновник волнений.

-- Здравствуй, Девин. -- Глаза Блейка чуть не вывались из орбит, когда он смотрел на своего подчиненного.

-- Доброе утро, -- чуть хрипловатым голосом поздоровался тот.

По припухшим векам и землистому оттенку, преобладавшему на лице, было очевидно, что ночка для Уистлера выдалась еще та. Ничего, меньше пить будет. И тут же вдогонку одной мысли пришла другая: а может, алкоголь здесь и ни при чем и это последствия переселения чужой души?!

Я заерзала в кресле. Кусая до крови губы, стала судорожно соображать, как вывести негодяя на чистую воду, или же наоборот, покончить с подозрениями и вздохнуть свободно.

На помощь мне пришел Адам. Он по-отечески улыбнулся сидящему напротив мужчине и с безмятежным видом проронил:

-- Никак не можем найти твои рекомендательные письма мистеру Хэрришу, а у меня назавтра назначено с ним собеседование. Не мог бы ты написать их снова?

Темные брови Уистлера сошлись на переносице.

-- Ты, должно быть, меня с кем-то путаешь. Я никого тебе не рекомендовал.

По просветлевшему лицу начальника стало ясно, что такой ответ его удовлетворил, а вот мне этого показалось недостаточно. Желая окончательно расставить все точки над "и", требовательно спросила:

-- Что я сказала тебе в театре, когда ты лез ко мне обжиматься? -- Если не ответит, точно самозванец, -- решила про себя.

Уистлер замялся. Стал поочередно переводить взгляд с меня на Блейка, в данный момент очень смахивающего на экспонат из новомодного музея восковых фигур. Старик застыл с отвисшей челюстью. Сразу было видно, что он даже в жутком сне не может представить нас в роли любовников.

Молчание затянулось. Я незаметно придвинула к себе пресс-папье, на всякий пожарный случай. Вдруг придется обороняться.

-- Молила, чтобы я тебя поцеловал... -- у Девина наконец-то прорезался голос. -- К чему все эти вопросы?! -- нервно выкрикнул он.