Андрогин… - Эстер Элькинд

«… я вам докажу, то это гениально. Кто возразит, что отвратительное бывает предельное?! А?! Ни кто! Я вам скажу, и каждый из вас скажет себе в отдельности, и мне, и признается за чашкой кофе соседу, что отвратительное, оно бесконечно умножается. Сущность отвратительного – гипертрофировать себя, наслаждаясь собой, чем больше отвратительного в отвратительном, тем, лучше оно себя ощущает и тем отвратительнее оно становится. А поскольку желание вечного совершенствования, абсолютно отвратительно, и свойственно, отвратительному, в максимальной степени, а усовершенствовать себя, ему не составляет особого труда, потому как ухудшать то, что являет собой максимальный негатив, очень легко, в отличии предположим от Сущности- Добродетели, которой не только трудно быть больше, но и которой приходится постоянно бороться с депрессий и суицидальными тенденциями, которые ее преследуют по причине вечного желания совершать намного больше добродетели, чем она вообще может. Так вот, я вернусь к отвратительному, оно будет всегда и будет вечно в движении усовершенствования. Поскольку оно зациклено на самом себе, обладая одной из самых отвратительных черт – самовлюбленностью, то оно совершенно безобидно. Так скажем, вечное топливо, которое никогда не поймет, что от него что-то зависит…»

Я тогда возразил, сказав, что крайне неприятно, когда твое топливо отвратительно воняет, и которое тебе совсем не приятно и даже, больше того, пожалуй, совсем отвратительно. Разве сможем мы терпеть вечность то, что ненавидим?! Нам это надоест! И вообще, зачем существовать, когда ненавидишь? Я, конечно, согласился, что многие из нас могут находить наслаждение в ненависти, которую я в них, к своему сожалению обнаруживал, но к счастью, далеко не все и не большинство.

Он не стал меня слушать, сказав, что запах, это всего лишь выражение сути, которые каждый из нас, условно принял для себя, потому что нами было открыто наслаждение, или отвращением к запахам. Мы создали миры запахов, и они теперь существуют с ними, как некие недоразвитые, он сказал, что ни в коей мере не желает обидеть запахи, просто из-за своей ограниченности и зацикленности наслаждения на себе и воздействия на других, не долгому, смешащему, но выражающие яркое выражение эмоций, запахи, словно маленькие дети – шалят и балуют. Так будет всегда. Они были созданы нами для увеселения, шалят и балуют, наслаждаясь собственными проказами. Каждый из нас, взял под свою опеку, кого-то из них. Но мы можем отказаться от того или иного запаха. А можем, если говорить откровенно, уничтожить тех из них, кто доставляет нам, хоть минутные, но неприятные ощущения. Пусть мы любим их, но на благо вселенной, мы можем пожертвовать нашими никчемными, не функциональными, и, в общем, не нужными, творениями + – заявил он.

Я пытался ему возразить, говоря, что я, конечно, говорю, лишь с позиции Наслаждения, но среди нас есть и такие, которое получают истинное наслаждение, то, которое я думаю и есть моя сущность, то при возникновении в ком-либо из нас которого, я ощущаю спокойствие, чистоту, вечное блаженство, желание быть наслаждением, то, в котором нет похоти и нет следа стыда, но то, которое может вызвать стыд, если оно понято неправильно, или принято где-то, скрытно и тайно, но если сущность еще не знает, что этого наслаждения, максимально сильного и настоящего, можно стыдиться, она будет наслаждаться чисто, спокойно, вечно. Именно такое наслаждение, максимальное, бесстыдное, но способное вызвать стыд у тех, кто в своем создании миров дошел до наслаждения от запретного, кто прячется от других, скрывая свои желания и боясь показать истинные предметы своего наслаждения и мотивы творить те, или иные миры. Я вижу истинное, чистое максимальное наслаждение, не испорченное мыслью о том, что это наслаждение может быть кем-то осуждено. Ведь именно когда мы взяли в привычку говорить о том, что модно, а что нет, то есть осуждать творения друг-друга, начали сомневаться в самоценности одинаковой и абсолютно равной каждого, созданного любым из нас мирам, наиболее подвержены его влиянию чужого мнения из нас, стали создавать миры, которые хотели видеть другие боги, но в тайне, оставаясь собой и жажда создания того, то что приятно именно им, что есть они, во что вложена их сущность, стали тайно создавать миры, никому не показываться их, стыдясь наслаждения ими и создавая страшнее, легенды вокруг своих творений, в большинстве случаев не правдивые. Но иногда, я начал это замечать, не так, давно, но уже очень сильно, некоторые из нас, изменятся. Изменяется природа сущностей, они становятся тем, чем они хотят быть, теми из нас, кто имеет наибольший авторитет среди нас, на тех из нас, кто наиболее силен. И Сущность – Истина, ты стала, словно сестра близнец, Сущности- Лести. Ты так на нее похожа, что отличить то с трудом можно, может лишь где-то совсем далеко в уголках твоих владений, осталось какое-нибудь твое творение, давно забытое тобой, созданное, наверное очень давно, когда ты лишь училась создавать и радовалась своему творению, получая максимальное наслаждение от того, что это сделала именно ты, и оно соответствует именно тебе. Может где-то если очень тщательно покопаться, мы и сможем найти мир – истину, но тебе, сегодня самой ведь стыдно даже подумать о том, то ты создавала когда-нибудь столь скучные, как скажут Сущность – Ненависть, или Сущность – Похоть, чьи мнения сейчас слишком авторитетны среди нас, совершенно скучные миры.

– Да, ты прав, Наслаждение! Я скажу, что Истина, создавая совершенно скучные миры, смотреть на них было невыносимо тоскливо, я засыпал сразу после титров. Ходил на просмотр лишь от большой привязанности к Истине, поскольку ее сущность мне крайне близка и понятна, но как мне кажется, одна она слишком скучна, и никчемна. Согласитесь, что если каждый из нас имеет какую-то территорию, на которой он может творить все что ему вздумается, что для вечного существования Вселенной, и ее победы над Скукой, которая, на сторону которой может встать, пока еще держащее нейтралитет, крайне сильное – Небытие, то некоторые из нас, творят лучше, в связи с тем, что сущность их – вечно воздающая, а другие, просто являют собой максимально сущности, и просто наслаждались бы своей чистотой и полнотой, дополняя чужие творения и не утруждая себя, не способных в принципе травить, им это не надо и не нравится. Я говорю в частности от лица Сущности – Жертвоприношения, которая призналась мне вчера, что творить для нее, сущая мука. И чтобы придумать какой-нибудь оригинальный и интересный, конечно же, всем нам проект, ей приходится тратить очень много сил и эмоций. И хочу, ответить, тебе наконец-то мой дорогой, и горячо понимаемые и близкий мне Сущность – Наслаждение, мы должны объединиться, и стать единым целым организмом – вечным двигателем, так как же может Сущность – Жертвоприношение, придумывать миры, интересные лишь ей одной, если мы все должны быть заинтересованы в том, что станет Вечностью. В ней ведь так мало от Сущности – Эгоизма, которого, вот