Дезинформация прошла - Альберт Байкалов

Наконец вышли к главному ориентиру, развалинам сараев. Сразу за ним давно брошенный виноградник. Оставалось чуть больше километра.

– Здесь оставим рюкзаки, – оглядевшись, принял решение Джин. – Сюда соответственно и…

Он осекся. Странный шорох, донесшийся изнутри наполовину разрушенного строения, заставил всех, пригнувшись, отбежать от того места, где стояли, и, рассредоточившись, упасть в траву.

– Кто здесь?! – спросил Джин на родном языке, направив автомат в сторону пролома в стене.

Снова послышался звук, словно кто-то медленно передернул затворную раму автомата.

– Последний раз спрашиваю!

Времени на наблюдение и разведку не было. Тем более они, по всей видимости, были обнаружены первыми.

Джин отругал себя за неосмотрительность. Нужно было проверить сараи. Жалеть и ругать себя поздно.

– Иса, – громко крикнул он, – пусти туда «Шмеля»!

РПО[3] у них, естественно, не было. Он говорил с таким расчетом, чтобы укрывшимся за хлипкими стенами людям было слышно.

– Э, брат, – донеслось изнутри. – Не стреляй! Давай поговорим. Я вижу, вы чеченцы?

– Кто ты? – спросил Джин.

– Пастух…

– Не обманывай, – Вахид усмехнулся. – Я слышу, ты вооружен. Выходи, не играй в прятки.

Что-то хрустнуло, и в дверном проеме появился бритый наголо бородатый мужчина. На нем была защитного цвета футболка и камуфлированные штаны. На ногах кроссовки. Демонстрируя покорность и готовность идти на разговор, руки он держал на уровне плеч. В левой «АКМ». Лицо напряжено.

– Брось оружие и подойди ближе, – Джин направил в него автомат и медленно встал.

Мужчина осторожно поставил «АКМ» прикладом на землю, прислонив к стене. По мере приближения взгляд его стал более спокойным. Он даже позволил себе утереть с лица пот и опустить руки. Джину показалось, что незнакомец облегченно вздохнул.

– Я вижу, мы делаем с тобой одно дело, брат, – остановившись в двух шагах от спецназовца, бритоголовый упер руки в бока.

– Где ты видишь баранов? – напомнив мужчине его первый ответ, Вахид улыбнулся и опустил автомат стволом вниз.

– Я тоже не пастух. Мое имя Руслан, – чеченец провел по голове ладонью и с опаской посмотрел по сторонам.

Джин кивнул в сторону сарая:

– Там есть еще кто-то?

– Да, – чеченец развернулся: – Сосо! Гурно!

Послышалась возня, и вскоре снаружи появились еще двое молодых мужчин. Вид у них был более воинственным. Головы украшали зеленые повязки с арабской вязью, на голое тело наброшены разгрузочные жилеты, в руках автоматы. На широком ремне самого крупного бородача красовались инкрустированные серебром ножны.

Джин сделал вид, будто рад встрече.

– Меня зовут Аслан, – представился наконец он, одновременно подавая знак рукой Исе и Татарину, чтобы те подошли. – Что вы здесь делаете?

– Два дня назад в этих краях пропала машина с нашими людьми. Вчера мы нашли ее. Она стоит неподалеку, внизу. Кто-то напал на них. Радиатор и передние колеса пробиты…

– Вы люди Большого? – Джин сделал вид, что сильно взволнован известием.

– Нет, но мы должны были встретить тех, кто в ней ехал от него.

– Там было три грузина?

– Да, – удивленно протянул Руслан. – Вы что-то знаете?

– Их держат недалеко отсюда, – Джин показал рукой в сторону возвышенности, где был разбит лагерь основной группы. – Вчера мы случайно наткнулись на это место. Там русские… Человек пять постоянно находятся рядом с двумя машинами. Вокруг несколько секретов.

– А что они там делают? – на лице Руслана появилось недоумение.

– Меня также настораживают их действия, – вздохнул Джин. – Сначала думали, что это ловушка для Большого и где-то рядом находятся еще военные. Но мы обошли окрестности и, кроме вас, никого не встретили.

– Наш человек ушел к связному Большого. Он живет в Меседое. Сами остались ждать его возвращения…

Разговаривая с боевиком, Вахид одновременно перебирал варианты, как поступить дальше. Мысль положить всю эту троицу на месте отверг сразу. Он допускал, что Руслан не до конца откровенен с ним. Возможно, этот человек является старшим головного дозора основных сил отряда Большого, который также обнаружил, где находятся пленники, и сейчас выдвигается с целью освободить их. Не исключено, что где-то поблизости прячется остальная банда. Если это так, то Руслан на предложение объединить усилия, чтобы вместе уничтожить небольшой отряд русских, либо ответит отказом, либо тут же сошлется на то, что ему необходимо связаться со старшим, которым наверняка вновь окажется Большой.

Он посмотрел на часы. Уже подошло время «атаки» на лагерь.

«Как поступить? – свербела в голове одна и та же мысль. – Допустим, они говорят правду и согласятся. Что тогда? Разделить их между собой, выйти к мнимым секретам и прикончить? Это выход. К тому же, уводя грузин, можно как бы случайно показать им трупы „братьев“, сложивших головы за их освобождение. Оптимальное решение!»

– Есть предложение. – Джин выдержал паузу, давая возможность Руслану самому закончить фразу.

– Вместе решить эту проблему? – Пытаясь понять, правильно ли он угадал, что хотел предложить Джин, Руслан выжидающе уставился ему в глаза.

– Да, – кивнул Вахид.

– Но мы не знаем, кто вы, – неожиданно вмешался в разговор все это время молчавший здоровяк с кинжалом.

– Мы из отряда брата Большого. Осенью нас сильно потрепали, а наш командир оказался в руках неверных. Сейчас возвращаемся из Грузии в надежде присоединиться к моджахедам его родственника.

Руслан посмотрел на своих попутчиков, стоящих позади. Самый рослый едва заметно кивнул. Второй пожал плечами, давая понять, что ему все равно.

«Демократия», – подумал про себя Джин.

– Мы согласны, – Руслан вернулся к выходу из сарая и поднял с земли свой автомат. – Показывай, где эти свиньи.

– Не торопись, – Джин сделал знак рукой Исе и Татарину, чтобы те подошли ближе, и вынул из нагрудного кармана блокнот, сделанный из разрезанной пополам общей тетради. На его засаленных страницах были не имеющие смысла пометки, позывные, которыми пользовался до того, как оказаться за решеткой, старший брат Большого, пара московских телефонных номеров, напротив которых значились чеченские имена, схемы нескольких «адских машин». В общем, все то, что в случае чего могло убедить непосвященного, что делавший эти записи человек – ярый сторонник Священной войны до победного конца.

Открыв блокнот на чистой странице, Джин быстро, по памяти нарисовал возвышенность, где стояли машины группы, треугольниками обозначил секреты:

– Ты, – держа руку на уровне живота с таким расчетом, чтобы ее не было видно стоящим позади Руслану и его людям, Вахид направил указательный палец на Ису, – покажешь, где первый секрет, – говоря это, он быстро сделал знак «Берешь на себя одного» и следом за ним «ликвидировать», а вслух добавил: – Рисковать не надо. Смело стреляйте.

– Покажи, – сзади подошел со своими людьми Руслан.

Джин протянул им блокнот.

– Второй секрет расположен в таком месте, что подобраться незамеченными к нему невозможно. От него до машин совсем близко. Иса и кто-то из твоих людей подойдут к первому секрету и затаятся. Как только услышат стрельбу и взрыв гранаты, уничтожают свой и сразу выходят вот с этого направления, – он ткнул в схему пальцем. – К этому времени мы уже будем на окраине опушки леса. Дальше по обстоятельствам.

– А разве у них больше нигде нет охранения, кроме этих двух постов? – удивился здоровяк.

– С севера открытая местность. Она просматривается из лагеря. Там, у машин, еще один.

– Я с той стороны пытался подойти ближе, – неожиданно вступил в разговор Иса. – Они растяжки установили. Трава густая, опасно.

Высадив в трех километрах от Гордали-Юрта Шамана, Полынь и Дрона, Филиппов с Банкетом уехали.

– Как бы не налетели на кого-нибудь, – провожая взглядом свет габаритных огней «Нивы», с тревогой проговорил Дрон. – Ездим по ночам где попало, будто здесь Швейцария.

– Сейчас не поймешь, как безопасней. Выставь сопровождение из десяти единиц бронетехники, а сверху прикрой «вертушками», тоже не фонтан. Быстрее внимание привлекут, – поправляя ремни разгрузки, вздохнул Полынь. – Главное, чтобы к появлению Джина и его «моджахедов» успели.

– Давай, – Дрон хлопнул по плечу Шамана, – веди нас.

Некоторое время шли по дороге. Когда в предрассветных сумерках стали различимы стоящие на окраине села дома, с нее свернули. Прилегающая к селу местность была покрыта редким кустарником. Лес начинался чуть дальше. Поэтому, опасаясь быть застигнутыми рассветом на практически открытом участке, разведчики перешли на бег. Штаны до колен промокли от росы. Усталость, копившаяся последние несколько дней, дала о себе знать. К ручью, неподалеку от которого был расположен дом, где оставили джип Цицаева, вышли, едва передвигая ноги.