Возлюбленная - Бертрис Смолл

Когда она проснулась, было еще раннее утро. Снизу, со двора доносился топот лошадиных копыт. Было слышно побрякивание сбруи и уздечек. Раздался сухой щелчок от удара кнута кучера и вслед за ним постепенно удаляющийся звук колес. После сна в кресле Дизайр захотелось поскорее встать и потянуться. Она попыталась осторожно высвободить свою руку из руки сэра Джеффри. Но стоило ей пошевелиться, как он тихо застонал, потом открыл глаза и посмотрел на нее.

– Жарко… Очень душно… «Отвратительный запах испарений из котелка мог вызвать удушье даже у здорового человека», – подумала она.

– Окно… – снова пробормотал молодой человек. Доктор Манроу запретил открывать окно, и Дизайр не забывала об этом. Джеффри начал метаться в постели, глазами умоляя помочь ему.

Не в силах отказать ему, Дизайр встала и приоткрыла одно из окон на несколько дюймов. Душистый весенний воздух ворвался в комнату. Она сделала глубокий вдох. Без сомнения, легкое дуновение весны не могло причинить ему вреда, тем более что на него навалили несколько тяжелых одеял. Поэтому она рискнула пошире распахнуть окно, задернув штору, чтобы яркий свет не раздражал глаза.

Молодой человек благодарно улыбнулся. Дизайр предложила ему свежей воды, и он сделал несколько глотков.

Вскоре в комнату вошел владелец гостиницы. Он облегченно вздохнул и не мог скрыть радости от того, что его именитый гость пришел в сознание. Подходя к кровати, он раскланивался на ходу.

– Благодарение Создателю, – с жаром произнес он. – Он послал нам доктора Манроу. Это прекрасный врач. И еще вашей светлости неслыханно повезло, что сестра оказалась рядом во время тяжких испытаний.

На мгновение у Дизайр остановилось дыхание, и она сжалась в комок. Сейчас сэр Джеффри мог опровергнуть ее утверждение о том, что она является его сестрой. Тогда ее ждет немилость хозяина гостиницы и позор. В ярости он может отвести ее в ближайший магистрат.

Однако молодой человек промолчал, и только слегка приподнял брови. Нужно найти предлог и выпроводить хозяина побыстрее из комнаты. Поэтому Дизайр сказала:

– Моему брату сейчас необходимо хорошее питание. Я позабочусь об этом. Думаю начать с крепкого чая. И два вареных яйца. Распорядитесь, чтобы повар приготовил крепкий мясной бульон. Только говяжий или куриный, но не из баранины.

Хозяин гостиницы довольно улыбнулся, сразу же мысленно добавив величину затрат к общей сумме счета.

– Может быть, еще приготовить порцию мармелада. У нас есть прекрасные апельсины из Севильи. К счастью, они у нас остались в кладовой.

После того как он благополучно удалился из спальни, Дизайр повернулась к Джеффри Уоррингтону, который внимательно смотрел на нее.

– Этот человек, с которым вы разговаривали, – начал сэр Джеффри.

– Пожалуйста, не беспокойте себя лишними вопросами, – остановила его Дизайр. – Сначала выпьете чай, а потом мы с вами все обсудим.

Молодой человек попробовал привстать, но тут же снова откинулся на подушки.

– Голова, – простонал он.

– Вас сбросила лошадь. Доктор сказал, что, должно быть, она лягнула вас копытом.

– Боже мой!

– Вам нужно соблюдать полный покой до возвращения доктора, – сказала ему Дизайр. – Иначе вы можете навредить себе.

– Вы определенно не моя сестра, – продолжал сэр Джеффри, – но кто же вы на самом деле?

Он ждал ответа.

«Еще не все потеряно и можно убежать», – сказала себе Дизайр. Если ей повезет, она может спуститься по лестнице и выскочить во двор прежде, чем вернется хозяин гостиницы. Вопрос в том, как далеко она успеет уйти, как только сэру Джеффри представится возможность рассказать ему правду?

Она заговорила не спеша, тщательно обдумывая слова.

– Вчера вы получили серьезную травму. В тот момент я находилась поблизости и поспешила вам на помощь. У меня есть некоторый опыт ухода за больными.

– Я вспоминаю ваше лицо в лучах свечи, – медленно выговорил он. – Каждый раз, просыпаясь, я видел вас рядом. У вас такой приятный голос. Я помню прикосновение ваших рук… прохладных и легких. – В его голубых глазах появился теплый блеск. – Проявлять такую доброту к совершенно незнакомому человеку… Я обязан вам гораздо большим, чем могу надеяться предложить…

– Могу ли я в таком случае попросить вас о небольшом одолжении?

– Стоит вам только сказать.

– Не надо говорить о моем безобидном обмане ни хозяину, ни кому-либо другому, я вас прошу.

– Даю слово не делать этого.

Сэр Джеффри мягко взял ее за руку, как бы скрепляя печатью свое обещание. Он медленно переводил взгляд с ее темных блестящих волос на тонкие черты лица и потупленные зеленые глаза.

– Я рад, что вы мне не сестра, – сказал он.

– …Видите ли, получилось так, что я была вынуждена ехать в обычной карете и в полном одиночестве. Молодой леди в подобном положении нужно беречь свою репутацию. Если бы я не сказалась вашей сестрой, как бы я смогла следовать за вами, когда вас переносили в гостиницу, и провести ночь возле вас в этой комнате? Меня бы приняли за обыкновенную… Я уверена, что вы все понимаете.

– Да, конечно, – заверил ее Джеффри. Он уже выпил чай и съел кусочек подрумяненного хлеба и теперь снова отдыхал, опершись на подушки. – Но почему же вы отправились в дорогу одна?

Дальнейший разговор становился неизбежным. Продолжив рассказ, Дизайр частично говорила правду, частично разбавляла ее вымыслами, а когда не оставалось ничего другого – заменяла откровенной ложью.

– Я ехала в Корнуолл, чтобы остаться там у своей тетки. Если говорить точнее, я прихожусь ей внучатой племянницей. У меня нет родственников, кроме нее. После того как мои родители умерли от чумы, а те слуги, которые уцелели во время мора, разбежались, я осталась совсем одна. Я наняла новую горничную, которая представила чрезвычайно положительные рекомендательные письма. – Сказав это, Дизайр глубоко вздохнула и покачала головой. – Но она взяла мои деньги и драгоценности, и даже чемоданы и незаметно убежала из гостиницы в первую же ночь, когда мы остановились по дороге. Она оставила только маленький чемоданчик, который сейчас при мне. И еще у меня оказалось несколько мелких монет.

– Типичная воровка. Должно быть, это существо, совершенно лишенное совести, если она решилась предать беззащитную и такую доверчивую, как вы, леди, – возмутился сэр Джеффри.

– Вам нельзя волноваться, – пыталась успокоить его Дизайр. – Мне бы только добраться до своей тети в Корнуолле. Тогда бы я была достаточно спокойна.

Может быть, услышав это, Джеффри Уоррингтон захочет выразить ей свою благодарность и предложит сумму денег, которых хватило бы на дорогу.