Академия магического права. Брюнетка в осаде - Жильцова Наталья Сергеевна

Впрочем, тут я Мику понимала: взгляд Сайруса то и дело устремлялся к бывшей девушке.

Ники на завтраке, как и ожидалось, не появилась. Никто из нашей компании этому уже не удивился, ведь предстояло занятие Андре Травесси по сбору и фиксации доказательств и улик. Однако каково же было наше изумление, когда Ники обнаружилась в аудитории! Впервые за несколько месяцев она не прогуливала!

Решение это, похоже, далось снежной волчице нелегко: выглядела она еще хуже, чем раньше. Бледная как моль, с красными глазами и припухшим лицом, однозначно выдающим недавние слезы.

Интересно, по какой такой причине Ники щедро «поливала» этой ночью свою подушку?

Сев рядом, я уже собиралась тихонько расспросить Ники о самочувствии, но не успела. Дверь резко распахнулась, и в аудиторию быстрым шагом вошел Старший следователь.

Вот только выглядел Андре… ох, каким злющим он выглядел! При первом же взгляде на пылающий яростным золотом взгляд обычно улыбчивого мужчины мне захотелось залезть под стол. До такого состояния даже я Андре еще не доводила!

На мгновение стало искренне жаль того, кому не посчастливилось стать причиной дурного настроения Андре Травесси. Только бы теперь не попасть случайно ему под горячую руку!

Однако бешенство в глазах Андре немного поутихло, когда взгляд его наткнулся на сидевшую рядом со мной Ники. Правда, бедная волчица при этом вздрогнула и тотчас опустила голову.

Занятие проходило при полной тишине. Что там разговоры, мы двинуться лишний раз боялись, чтобы не привлекать внимания господина Старшего следователя! А тот, как я заметила, очень часто смотрел на напряженную, как струна, волчицу.

Вот только Ники упрямо сидела, склонив голову или отвернувшись к окну, все занятие, избегая встречаться с Андре взглядом. И отчего-то оборотня такое поведение девушки злило еще больше, чем ее демонстративное отсутствие. И первоначальное легкое удовлетворение от появления Ники опять сменилось злостью.

Окончание лекции мы все приветствовали коллективным вздохом облегчения, быстро собирая конспекты и учебники. А бедная Ники от нервов при выходе из-за стола еще и умудрилась зацепиться за ножку. От падения девушку спас вовремя среагировавший Лур, мгновенно подхватив пошатнувшуюся волчицу.

– Не ушиблась? – заботливо спросил парень.

– Нет, спасибо, – благодарно улыбнулась в ответ Ники. – Все…

Дальнейшую фразу девушки прервал низкий рык, вырвавшийся из горла Старшего следователя. Негромкий, но настолько жуткий, что даже у меня по коже мурашки пробежали. А находившиеся рядом с нами Лур и Даним, казалось, и вовсе были готовы заскулить и броситься наутек.

Только Ники не испугалась, а просто уставилась на Андре полным муки и безнадежности взглядом.

– Я тороплюсь, – с трудом взяв под контроль голос, сказал тот. – Освобождайте помещение, нечего здесь толпиться. А вы, студентка Мэркс, задержитесь. Нам надо поговорить. Остальные – на выход. Быстро! – Андре рявкнул так, что аудитория опустела за несколько секунд.

В коридоре мы с ребятами мрачно переглянулись.

– Да, лучше бы она и дальше прогуливала его занятия, – покачал головой Даним. – Не повезло. Вышла и сразу же напоролось на неадекватного Травесси.

– На работе у него проблемы, что ли? – недоумевал Лур.

– Будешь ее ждать, Кара? – поинтересовался озадаченный Сай.

– Да, – я кивнула. – Чувствую, Ники после выволочки еще успокаивать придется. В общем, идите на обед, а мы попозже подойдем.

После того, как встревоженные ребята ушли, я прислонилась к стене и задумалась. В чем причина странного поведения Андре? Неужели и впрямь проблемы на работе? Но тогда как объяснить рявканье на пытавшегося помочь Ники Лура? Это уж явно с работой не связано, а скорее смахивает на ревность. Словно Андре не понравилось, что снежная волчица оказалась в объятиях парня.

Сейчас, как никогда, хотелось, чтобы проснулись мои способности к подслушиванию. Очень уж хотелось знать, что обсуждают за закрытыми дверями Андре и Ники.

И в этот раз получилось по моему желанию! На миг в ушах зашумело, а потом до меня донеслись голоса.

– Почему, объясни, почему ты отказываешься?! – почти кричал Андре. – Неужели так важны все эти дурацкие церемонии?

– Важны, как ты не понимаешь! – голос Ники, к моему удивлению, испуганным не казался, напротив, звучал требовательно и бесстрашно. Более того, Старшего следователя она называла на «ты». – Мы все-таки живем среди тех, кто придает «дурацким» церемониям большое значение. И я не хочу выглядеть в чужих глазах простой игрушкой!

– Игрушкой? Не говори глупостей, Луна, ты моя пара!

Ого, кажется, Андре все-таки узнал о своей метке! Что ж, тогда это многое объясняет. И странный диалог, и ревность мужчины.

– Для тебя – да! – огрызнулась Ники. – А кем меня будут считать все вокруг?

– Почему для тебя так важно, что подумают все вокруг?

– Хочешь сказать, тебе не важно, что подумает твоя мать?

– Важно, конечно, – помолчав, ответил Андре.

– И ты думаешь, она меня признает, если не будет официального брака? Будет воспринимать меня всерьез, если я не смогу родить наследника? Или ты думаешь, что у моих родных нет гордости и они радостно продадут меня тебе в постельные грелки? – продолжала наступать Ники.

И в этом я была полностью с волчицей солидарна. Метки, конечно, признавались оборотнями, но для всего остального мира такая пара законной не считалась, со всеми вытекающими последствиями.

– Да к Хаосу их всех! – не выдержав, снова рыкнул Андре. – Ты так легко откажешься от нас? Забудешь, что вчера произошло? Не вспомнишь, как стонала вчера в моих объятиях?

Я охнула.

Ну ничего себе! Значит, Андре еще и затащить Ники в постель умудрился? Да-а, после такого вряд ли он ее отпустит…

– Не забуду, – сдавленно ответила волчица. – Но и повторения не хочу.

Андре издал какой-то хриплый полурык-полустон.

– Ники… пожалуйста.

Я открыла рот, отказываясь верить собственным ушам. Андре Травесси, сильнейший, надменнейший альфа… просит?!

И получает в ответ тихое, уверенное:

– Нет.

– Луна! Первый раз в жизни я прошу женщину быть моей, быть со мной. Ты очень нужна мне, и должна понимать это. Поэтому еще раз прошу… умоляю, подумай о нас. Я не могу предложить тебе ничего другого только потому, что связан клятвой, – мольба в голосе Андре не могла не тронуть.

– Не уговаривай, пожалуйста. Оставь меня! – со слезами в голосе прокричала Ники и, судя по звуку шагов, побежала к выходу из аудитории.

– Не оставлю, и не надейся! – донесся ей вслед полный бешенства и отчаяния голос.

Из аудитории Ники вылетела, с трудом держась на ногах. По лицу девушки текли слезы.

– Идем, – подбежав, я обхватила подругу за плечи и повела прочь по коридору.

– С-спасибо, – сквозь слезы с трудом выдавила Ники. – Давай отойдем подальше. Не хочу встречаться с… с…

Снежная волчица снова залилась слезами.

Завидев пустую аудиторию, я завела подругу туда и закрыла дверь. После чего, усадив Ники на скамью, попыталась успокоить ее с помощью заклинаний. Но получалось плохо: из-за опустошенного вчера резерва сегодня я мало что могла. Правда, подруга и сама в скором времени пришла в себя.

– Что случилось, Ники? – осторожно спросила я.

Несмотря на то, что ответ был известен, осведомленность демонстрировать было никак нельзя.

– Он про метку узнал, – сдавленно ответила девушка.

– И?

– Метка, которую зверь поставил избранной – совсем не то же самое, что обычное замужество, – тихо пояснила Ники. – Происходит такое очень нечасто, и эта связь в глазах зверей нерушима. Противиться зову сложно, особенно мужчине. Волк же знает, что метку я приняла, а значит, добровольно позволила получить права на себя.

– Погоди, – я забеспокоилась. – Получается, Андре заставил тебя?..

– Нет, конечно, – подруга горько улыбнулась. – Да и не было в том необходимости, я его хотела не меньше. Все было по обоюдному согласию. Вот только потом мне было объявлено, что я теперь единственная и почетная постельная грелка господина Старшего следователя. И меня ожидает дом в землях клана, по сути, являющийся тюрьмой, деньги и все, что за них можно купить.