Сердце Андромеды, или Чёрный Цветок. Книга первая - Андрей Кров

На зелёной поляне на берегу тиховодной реки пираты устроили сход. Надо было решать, что делать дальше.

Как обычно, говорил Гривуз. Это был гуманоид с тёмно-синей пористой кожей и жёлтыми кошачьими глазами. Много лет Гривуз занимал должность помощника капитана, а потом адмирала, которую получил не за храбрость и военный талант, а за умение долго и витиевато говорить. В пиратском братстве дисциплина в бою считалась непререкаемым законом, приказы не обсуждались. Но в повседневной жизни всё решалось на сходах. Гривузу поручали доносить волю руководства, и Гривуз никогда не подводил: его слушали внимательно, с ним соглашались, никому и в голову не приходило спорить — помощник Головуна любого мог выставить посмешищем. Но сейчас над Гривузом никто не стоял — адмирал был мёртв. Почувствовав свободу, штатный оратор говорил особенно ярко и приподнято. В глубине души Гривуз убеждал себя, что должность помощника в сложившихся обстоятельствах теряет смысл, но делать из этого вывод не торопился. Он был осторожным. Освободившееся место командующего эскадры — пусть и сильно потрёпанной, и уменьшенной в разы — выглядело заманчиво. Гривуз умел угадывать настроение толпы. Никто спорить не станет, что с Харда надо убираться, и чем скорее, тем лучше. Если Хон узнает, куда подевались остатки вражеского флота, то не упустит возможности довершить победу полным разгромом и пошлёт киборгов с их лучемётами и фотонными ракетами. Вот тогда всем точно — баста…

«Если пираты улетят, всё пропало», — думал Рэм. Он не сомневался, что Хард не случайно похож на Землю, это не совпадение, а знак. Геля рядом. Она здесь. Природа планеты как будто кричала: ты у цели! Это конечная точка! Но если пираты улетят — всё пропало…

— Никто не хочет больше выступить? — Гривуз вперил кошачьи глаза в толпу, словно выискивая смельчака, который бы рискнул высказать другое мнение. — Ну что ж, тогда будем голосовать. Хотя, по-моему, в этом нет необходимости. Со мной ведь все согласны?

— Да, да! — зашумели пираты. — Чего тут рассуждать? Гривуз прав! Знатно всё рассудил, не поспоришь… — многие потянулись к кораблям.

— И всё же законы на то и существуют, чтобы их соблюдать. Ставлю на голосование…

— Стойте! — чей-то голос разрезал воздух и заставил тех, кто посчитал сход завершённым, повернуть обратно. На середину круга вышел Рэм. Болтуна, который рвался выйти вместе с хозяином, Циклоп не пустил:

— Не лезь. Не надо.

— Лохматый… ну ты у меня дождёшься, — прошипел туг, скаля зубы.

— Я капитан Рэм Полевой с QR-4. Прежде чем вы проголосуете, хочу, чтобы вы меня выслушали, — сказал Рэм, дождавшись тишины.

— Да? И что ты можешь нам сказать, человек? Ведь ты даже не член «Пиратского братства»! — усмехнулся Гривуз, обегая взглядом притихший сход.

— Да, я не член «Пиратского братства». Но я здесь, и адмирал Головун не считал зазорным заключить со мной договор. Поэтому я имею полное право говорить.

— Пусть говорит! Пусть!.. Говори, Пылвс! Говори! — раздалось отовсюду.

Рэм никогда не выступал перед большой аудиторий. Тем более не знал как разговаривать с разношерстной толпой инопланетян, поэтому сильно волновался. Ставка была слишком высока, и проиграть он не мог. Собравшись с духом, как перед соревнованиями, Рэм ринулся в бой.

— Господа свободные люди… то есть пираты! Вспомните, зачем вы сюда прилетели, и ответьте на один вопрос: кто такой Хон?.. Я подскажу вам. Хон вор. Он не просто нарушил законы «Пиратского братства», он его обворовал. Украл ваше же золото, и сейчас оно здесь, у вас под боком. Так неужели мы его не заберём?.. Ну хорошо, вы вернётесь на Х-15. Пройдёт много времени, прежде чем «Пиратское братство» соберёт новую эскадру. Хон успеет укрепить оборону Харда лучше прежнего — средств у него для этого предостаточно. Или, что куда проще, прихватит наворованное и исчезнет. И вы ничего не получите!.. Господа пираты! Почему бы вам не забрать у него золото? Кто вам мешает? Киборги? Да, их много. Они о-очень страшные… (Рэм смешно растянул «о-очень», и в толпе раздался смех.) Но в бою каждый из вас стоит десяти киборгов, и я не сомневаюсь, что мы в два счёта разделаемся с ними. Что может этому помешать? Магнитные экраны?.. Тогда давайте их отключим!

— Ха-ха-ха, — схватившись за живот и запрокинув голову, заливисто рассмеялся Гривуз. Он старался произвести впечатление на пиратов, которые слишком внимательно слушали человека и, чего доброго, могли пойти у него на поводу.

— Только-то? Отключить? — Гривуз сделал вид, что вытирает проступившие от смеха слёзы. — А кто это сделает? Уж не ты ли, человек?

— Я, — сказал Рэм. — Я их отключу.

— И ты знаешь, как это сделать?

— Пока нет.

Гривуз снова зашёлся смехом. К нему присоединились пираты: стали хохотать, хлопать себя по ляжкам и тыкать пальцами в Рэма. Рэм почувствовал, что проигрывает, но тут неожиданно выступил Мотс.

— Послушайте, вольные бродяги! — сказал он, отделяясь от толпы и поправляя висевшую за спиной полутораметровую лазерную винтовку. — Человек ведь дело говорит! Прежде чем драпать на Х-15, давайте произведём разведку, проберёмся в главный форт, посмотрим, что к чему, а потом решим, как быть дальше. Сбежать мы всегда успеем. А золото? Возвращаться с пустыми руками, побитыми, не отомстив за погибших братьев — это позор, я так считаю.

Сход зашумел — слова Мотса понравились многим, задели за живое. Но Гривуз не собирался сдаваться.

— Интересное предложение, интересное, — сказал он, заложив руки за спину и прохаживаясь с видом лектора, объясняющего тему нерадивым студентам. — Ну что ж, господа, давайте поразмыслим над этим. Что мы, так сказать, имеем? Форт, охраняемый войсками, пушками, минными полями, сканерами, защитными экранами — и вы собираетесь просто так зайти туда и отключить какой-то рубильник. Получается так, да? Позвольте вас спросить, кто