Владелец - Ольга Гусейнова

— Да? — Кайсар обнял девушку, уложил ее на себя поудобнее. — И что означает эта реликвия?

Шанель поерзала, положила ладошку ему на грудь и с гордостью ответила:

— С древних времен шейты чтят Великого Шейтина — отца нашего мира. Но только высокородным шейтам дозволяется носить сафины как часть его величия, плодовитости и мужского начала. Сафины — это олицетворение Великого Шейтина, средоточие его мужественности, часть его наследия…

— Дай сам догадаюсь! Так сафины — это яички вашего Великого?

— Ну да, я же об этом и говорю, — настороженно ответила Шанель, приподняв лицо и вглядываясь в Кайсара.

Тот же, неожиданно хрюкнув, захохотал. И смех так сильно преобразил его лицо, смягчил чересчур резкие суровые черты, что девушка невольно засмотрелась на него, позабыв об оскорбительном смехе.

Кайсар посмеивался еще с минуту, но потом сам оборвал смех.

— Занятная вы раса!

— А ты к какой расе относишься? — обиженно буркнула Шанель.

Кайсар помолчал, раздумывая, что можно говорить этой женщине — высокородной шейтинке леди Кримера. Взвесив все «за» и «против», пришел к выводу, что конкретно ей, в принципе, основные аспекты его биографии и происхождения узнать не помешает. Даже квест подтвердил зависимость шейтинки от своего владельца, а его слову можно верить однозначно.

— Я с планеты Эльзан! Мы соседствуем с Квестом, но расположены еще дальше от вашей галактики. Поэтому ты вряд ли о нас что-либо слышала, как и почти все знакомые вам расы.

— И что ты тут забыл? — тихо поинтересовалась Шанель.

Она не решалась смотреть на люк капсулы, зато разглядывать в призрачном голубоватом свете лицо своего хозяина ей было любопытно.

— Может, тебя?! — усмехнулся Кайсар.

Он чуть сместился в сторону, чтобы повернуться на бок, лицом к Шанель. Но девушка испуганно сжалась и втянула голову в плечи.

— Послушай, я виноват и признаю это! Но поверь, я не причиню тебе вреда, а то, что произошло вчера, спровоцировано огромной дозой наркотика — афродизиака. И я не добровольно принял его, мне подмешали специально…

Шанель усилием воли заставила себя расслабиться и выдохнула:

— Я догадалась… потом…

— Ты поэтому не сдала меня на допросе?

— Да! — шепнула она. — Не захотела помогать им, особенно когда увидела запись с камеры и поняла, что…

Больше она не смогла выдавить из себя ни слова, горло перехватило от нахлынувших эмоций.

Дальше они лежали и молчали, думая каждый о своем.

Кайсар размышлял о судьбе, зачем-то подкинувшей на его пути «подарочек» — Шанель! Да еще с такой специфической особенностью, как зависимость от семени… его семени. Он привык нести ответственность за свои поступки, дела, миссии, но отвечать за чужую, по сути, женщину, которую едва знает…

И все же незнакомка сразу чем-то зацепила его внимание. Может, непередаваемой сексуальной грацией движений или своей женственной пугливой слабостью, а может, и тем невинным любопытством, с которым ловила каждое его слово или жест.

Кайсар сейчас очень остро чувствовал ее рядом в узком пространстве капсулы. Ее цветочный аромат наполнял его ноздри, и ему непроизвольно хотелось сделать еще один, более глубокий вдох. Его размеренное дыхание шевелило светлые прядки на макушке Шанель, уткнувшейся ему в плечо и положившей ладонь на грудь.

Кай подумал о том, как идеально она подходит ему по росту, габаритам, и вообще эта женщина словно специально была создана для него. На вкус, цвет и даже запах — именно для него. Неожиданная мысль, что Шанель не может принадлежать никому, кроме него, вызвала горячий радостный прилив в груди. Внутреннего собственника уже буквально распирало от удовлетворения и гордости, что он стал обладателем своей женщины. И не просто обладателем, а полноправным владельцем. Хозяином! Она сама подтвердила: Кай теперь имеет права на Шанель.

От согревших душу мыслей Кайсар расслабился и подтянул Шанель ближе, вновь укладывая на себя. А заодно не отказал себе в удовольствии провести ладонью по изгибам женского тела: округлому бедру, упругой груди, рукам. Теперь он поглаживал ее поясницу, очень желая сместить руку на аппетитные ягодицы, но обстоятельства не располагали. Сейчас не место и не время. Он рисковал вызывать у девушки своими действиями истерику с явным интимным подтекстом. Да и не восстановилась еще Шанель после вчерашнего, так что Кай решил, что ему нетрудно подождать. Ведь она теперь в его полной власти… эта мысль вновь согрела изнутри.

Кайсар вспомнил замечание Иурра о том, что для мужчин Эльзана особенность шейтинок станет непреодолимым искушением стать владельцем таковой. Ведь одно дело владеть вещью, домом, землей, а совсем другое — женщиной!

Видимо, он слишком задумался, размечтался: его рука сейчас поглаживала и даже слегка массировала ягодицы женщины, лежащей на нем и мелко дрожащей всем телом. Кай, не делая резких движений, уже наученный горьким опытом, перенес ладонь ей на затылок. Помассировал, зарываясь в шелк волос, и спросил чуть хрипловато от сдерживаемых эмоций:

— Ты боишься меня? Не стоит! Я же сказал, что силой больше никогда тебя не возьму!

Он ощущал себя мерзко. Не думал, что когда-нибудь попадет в подобную ситуацию и его будут бояться как насильника. Если бы можно было, Кайсар убивал бы Донеро долго и мучительно. Много, много раз — за этот позор и липкое, гадкое ощущение униженного самолюбия. Для любого эльзанца насильник — это вор, что берет чужое без разрешения. Мужчина, который ворует у заведомо более слабого, ничтожество.

Кайсару неприятно было сознавать, что Шанель теперь прямое свидетельство его падения, позора. Если бы не это обстоятельство, узнай он раньше об особенности шейтинки, не раздумывая, присвоил бы ее, соблазнил. А после изнасилования долго сомневался и вынужден был положиться на знаки судьбы, когда решился вернуться за ней, искать и тащить за собой, рискуя своей жизнью.

Женщина, занимавшая мысли Кайсара, неожиданно всхлипнула, заставив его насторожиться.

— Шанель, успокойся, все будет хорошо, я позабочусь о тебе…

Дрожа и хлюпая носом, она обреченно пояснила:

— Это ужасно! Понимаешь?! У меня до сих пор все болит после слияния. Ты так грубо, больно… — почувствовав, что Кай напрягся, она поспешила перейти к сути. — Настройка на тебя идет полным ходом, а ты сейчас рядом и… вот.

Теперь Шанель не просто дрожала, она содрогалась от рыданий. Кайсар чувствовал, как горячие слезы текут ему на шею. Он крепко обнял девушку, прижал к себе, поглаживая ее волосы на затылке, зарываясь в них пятерней.