Брачные игры драконов. Часть 2 - Деймон Краш

– В каком это смысле? – я нахмурилась.

– Что так, что так, ты скорее потеряешь силу, чем приобретёшь её, так какая разница: перейдёт она к твоему партнёру или растворится в воздухе?

В его словах был резон, но всё равно стало как-то неприятно. Словно не драконы, а вампиры какие-то. И больше всего огорчало то, что никто ни разу не сообщил мне такую важную деталь.

– А люди? Что насчёт них? Если дракон… ну, с человеком. То что происходит?

– То дракон просто теряет часть своей силы и вместе с тем избавляется от неистового желания срочно с кем-нибудь переспать.

Чёрт возьми, это всё меняет. Всё! Мир буквально перевернулся с ног на голову, попытки разобраться в мотивах некоторых драконов упёрлись в тупик и окончательно запутались. А самое главное: меня безумно тянуло к Сумраку, но теперь я не могла доверять даже собственным чувствам.

Он сделал мне навстречу крошечный шаг, оказавшись совсем близко и не отпуская моих рук.

– А теперь, – прошептал он, обжигая меня своим дыханием и ароматом вожделения, – постарайся услышать в себе зов дракона. Услышь, как он рычит, мечтая о свободе, но помни, что вы с ним остаётесь единым целым. Дракон – не отдельная часть твоего сознания. Дракон, который рычит и жаждет воли – и есть ты сама.

Сердце застучало сильнее и быстрее, воздух стал тяжёлым и начал пахнуть гарью. И, как ни странно, этот запах пьянил. Резко выдохнув, я боковым зрением заметила, что вокруг меня расползся тёмно-серый дымок.

– Да, – выдохнул Сумрак и схватил меня за волосы на затылке, натянул, вызывая сладкую, будоражащую боль. – В тебе сила природы, сила самого мира, и она рвётся наружу.

Я с силой сжала его пальцы. По моим рукам прокатилась волна бело-золотых чешуек, и, докатившись до того места, где мы держали друг друга, перетекла на его руки, обернувшись чёрно-серебристым цветом. Когда она добежала до головы и исчезла, Сумрак прикрыл глаза, тяжело сглотнул – и волна чешуек побежала обратно, перекинувшись в белое золото на моих пальцах.

Ещё сильнее заколотилось сердце, отдаваясь глухими ударами в ушах.

– А что с одеждой? – запоздало спросила я, не сообразив даже пояснить, что имею в виду. Но дракон понял без слов. Он опустил голову ниже, упёрся лбом в мой лоб и горячо прошептал:

– При полном обороте превратится в кусочек твоей силы. Если не доведёшь себя до истощения, то при обратном движении вернётся в прежнее состояние.

– А если неполный? – спросила я, едва не касаясь его губ.

– Крылья разорвут одежду. Оборот рук и ног также её испортят.

– А металлические вещи?

– Золотая цепочка порвётся. А вот тяжёлые кандалы могут сыграть злую шутку. С неполным оборотом надо быть осторожнее. А теперь готовься: сейчас я волью в тебя ещё немного, этого должно быть достаточно для оборота. Постарайся меня не затоптать.

Я непонимающе повела головой, но тут вибрация усилилась – и я услышала тот рык, о котором говорил Сумрак несколько минут назад. Он шёл изнутри и, казалось, оглушил меня, потому что мир буквально утонул в этом звуке.

Сумрак выпустил мои руки, и я, зажмуривщись и закрыв уши ладонями, закричала. Казалось, что меня разрывает пополам, в глазах потемнело, и рык в ушах сменился оглушительным гулом.

А спустя несколько долгих мгновений всё кончилось. Озадаченно открыв глаза, я обнаружила себя на той же поляне. Рост мой при этом чуть превышал высоту каменных переходов между башнями, корзинка с продуктами была перевёрнута, а остатки обеда и посуда – разбросаны вокруг. Некоторое время я озадаченно смотрела на собственный хвост, который послушно дёргался в ответ на мои бессознательные приказы. Потом уставилась на собственный живот: в отличие от хвоста, он был покрыт не чешуйками, а плотной белой кожей. Передние лапы смешно подогнуты, как у тиранозавра. Представила себя со стороны, смутилась и опустилась на все четыре лапы.

Сумрак стоял неподалёку. Он успел отбежать в сторону и теперь, скрестив руки на груди, рассматривал меня так, словно я была произведением искусства, лично им сотворённое. Рагнар подбежал к нам и уставился на меня, озадаченно почёсывая затылок, а храмовый страж остановился чуть в стороне, наверняка побаиваясь. Ещё бы, после того, что было в зале советов на днях!

– Эт что такое? – спросил песчаный. – Вы решили на всякий случай снести Святилище?

Я попыталась сказать ему: “Отстань, не мешай”, – но из пасти вышли только нечленораздельные звуки и облачко дыма.

– Я страхую, – ответил Сумрак. – Ты ведь помнишь, что в драконьем обличье зачать детей проще?

– Это не повод уничтожать храм, – возразил песчаный.

– Всё нормально будет, – Сумрак хлопнул Рагнара по плечу и обратился ко мне: – Помни, что горло у тебя теперь устроено иначе, а язык длиннее и уже, чем был. Чтобы он не заплетался, старайся говорить медленно. Потом привыкнешь.

– Я п.. поньал-ла, – кивнула я и осторожно, стараясь случайно не сшибить стоящего чуть позади храмовика, расправила крылья.

Огромные. Ощущения от этого были странные: словно я очень сильно потолстела, но при этом одновременно нарастила невероятную мышечную массу, которая позволяла двигаться легко.

Сумрак отбежал чуть в сторону и тоже начал перевоплощение. Я ожидала жуткое зрелище: раздавшиеся конечности, выпячивающуюся грудь, прорастающие крылья – но вместо этого он подпрыгнул и с хлопком изменился в теле. Я только моргнула удивлённо. Как это возможно? Где в этом мире хранится такое огромное тело? Основные законы физики здесь всё-таки работают, а значит, вещество не может взяться из ниоткуда. Подняв переднюю лапу, покрутила ею перед собственными глазами и пожала плечом: откуда бы оно ни бралось, в любом случае остаётся реальным.

– Р-рагнар, – рыкнул Сумрак, словно ему совсем не мешал этот неудобный длинный язык. – Подстр-рахуй.

Песчаный цокнул, закатил глаза и повторил действие Сумрака: подпрыгнув, обернулся в дракона. Он был меньше стального дракона, изящней. Словно подросток рядом со взрослым мужчиной, но в его чешуйчатом теле чувствовалась большая подвижность. С силой оттолкнувшись от поляны и оставив на ней несколько борозд от выступивших когтей, он поднялся в воздух, и, клянусь, при движении я отчётливо видела, как поверхность его тела подёргивается вихрями крошечных песчинок.

– Если с Избр-ранной что-то случится, – произнёс он куда более мягким голосом, чем у дракона-Сумрака, – стар-рик Меди мне голову отор-рвёт и на карьер-ры отпр-равит.

– Если с ней что-то случится, нам карьер-ры уже не нужны будут, – мрачно ответил Сумрак.

Рагнар фыркнул облачком дыма – и оно тоже показалось мне с примесью пыли, – после чего подпрыгнул и взлетел на выступ высокой башни, который словно специально для этого и был