Пятый элефант - Терри Пратчетт

– Сэм Ваймс – главнокомандующий Гор… посол Анк-Морпорка, – представился Ваймс, передавая одному из стражников документы.

По крайней мере, рядом с гномами нетрудно выглядеть высокой персоной.

К его немалому удивлению, бумаги были тщательно изучены. Один гном, выглядывая из-за плеча другого, указывал на наиболее интересные подпункты. Официальная печать была внимательно рассмотрена.

Один стражник показал на Шелли.

– Кра'к?

– Мой официальный охранник, – сказал Ваймс. – Включен в пункт «ассоциированные дипломатические сотрудники» на странице два, – вежливо добавил он.

– Должен шмонать твой карета, – сообщил стражник.

– Не выйдет. Дипломатическая неприкосновенность, – возразил Ваймс. – Шельма, объясни.

Шелли бегло затараторила на гномьем. Потом один из стражников, лицо которого недвусмысленно говорило о том, что ему не дает покоя некая мысль, толкнул своего товарища в бок и отвел в сторонку.

Там гномы стали оживленно перешептываться. Ваймс ничего не понимал, лишь уловил слово «Дичий». А чуть позже слово «хр'граг», что на гномьем означало «тридцать».

– О боги, – простонал он. – Не считая собаки?

– Вы все правильно поняли, сэр, – подтвердила Шелли.

Документ был торопливо возвращен. Ваймс отлично понимал язык жестов, даже если слова были написаны более мелким «шрифтом», чем обычно. Проблема оказалась стражникам не по зубам, и они с радостью переложили ее решение на плечи того, у кого больше зарплата.

Один из гномов дернул висящий рядом с дверью шнурок. Через некоторое время дверь открылась, и Ваймс увидел за ней маленькую комнату.

– Мы должны войти, сэр, – сказала Шелли.

– Но там нет других дверей!

– Все будет в порядке, сэр.

Ваймс вошел в комнату. Гномы закрыли дверь, и они оказались в глухом помещении, освещаемом единственной свечой.

– Это такая приемная? – спросил Ваймс. Откуда-то издалека донесся глухой металлический звук. Пол задрожал, потом Ваймс с беспокойством почувствовал, что комната пришла в движение.

– Комната двигается? – спросил он.

– Да, опускается на несколько сотен футов. Думаю, это делается при помощи противовесов.

Дальше они стояли молча, и тишину нарушали только скрип и потрескивание стен. Потом что-то задребезжало, в тело вернулось ощущение веса, и комната остановилась.

– Куда бы мы ни попали, – предупредил Ваймс, – держите ушки на макушке. Что-то назревает, я чувствую.

Дверь скользнула в сторону, и Ваймс увидел под землей звездное небо. Звезды были повсюду, вокруг него, над головой… под ногами.

– Кажется, мы спустились слишком глубоко, – сказал он, а потом его мозг наконец осмыслил то, что видели глаза.

Движущаяся комната доставила их к началу огромной пещеры, и сейчас Ваймс смотрел на тысячи свечей, расставленных по дну пещеры и ее галереям. Вдруг он заметил, что многие свечи двигаются, и только тогда осознал истинные масштабы раскинувшегося перед ним ландшафта.

Воздух был заполнен гулом, состоящим из тысяч голосов, которые отражались от стен многократным эхом. Иногда в общем шуме выделялся крик или смех, но в основном это было бескрайнее море звука, с грохотом накатывавшееся на берега барабанных перепонок.

– А я думал, вы живете в небольших шахтах, – сказал Ваймс.

– А я думала, люди живут в маленьких домиках, – парировала Шелли. Она взяла с полки у двери свечу и зажгла ее. – Но потом я приехала в Анк-Морпорк.

В движении огоньков можно было углядеть некий порядок. Целое созвездие направлялось к невидимой стене, на которой блики света очерчивали вход в огромный тоннель. Перед входом созвездие ждала вереница огоньков.

Ваймс обдумал происходящее. Одна шеренга что-то охраняет, а на нее движется толпа…

– Как-то все… не мирно, – заметил Ваймс. – Похоже, это скопление задумало что-то недоброе. Видно по походке.

– Командор Ваймс?

Он обернулся. В полумраке Ваймс различил нескольких гномов со свечами на шлемах. Чуть впереди, похоже, стоял предводитель.

Он видел подобных гномов в Анк-Морпорке, вернее – их спины, поскольку такие гномы старались не попадаться людям на глаза. Это был глубинный гном.

Надетый на нем плащ был сшит из частично перекрывавших друг друга кожаных пластин. Обычный круглый шлем (иногда Ваймсу казалось, что все гномы рождаются в таких шлемах) заменяла остроконечная кожаная шляпа с кожаными же «ушами» по периметру. Переднее «ухо» было привязано к тулье, дабы владелец шляпы мог смотреть на окружающий мир или, по крайней мере, на подземную его часть. В общем и целом гном представлял собой мобильный конус.

– Э… Да, он самый, – сказал Ваймс.

– Добро пожаловать в Шмальцберг, ваше превосходительство. Я – королевский джар' ахк' хага, что на вашем языке означает…

Но Ваймс уже быстро шевелил губами, пытаясь перевести.

– Дегустатор… идей? – спросил он.

– Ха! Можно и так выразиться. Меня зовут Ди. Прошу вас, следуйте за мной. Это не займет много времени.

Фигура скрылась. Один из гномов очень осторожно подтолкнул Ваймса, показывая, что тот должен следовать за дегустатором.

Доносившийся снизу звук усилился. Кто-то истошно заорал.

– Проблемы? – спросил Ваймс, догоняя быстро семенившего Ди.

– У нас нет никаких проблем.

«Ага, он солгал, – подумал Ваймс. – Начинается дипломатия».

Ваймс двинулся за гномом по извилистым пещерам. Или тоннелям – точно сказать было трудно, потому что в темноте сэр Сэмюель мог полагаться только на свое чувство пространства. Пару раз они проходили мимо освещенного входа в другую пещеру или в другой тоннель. У каждого входа дежурили гномы со свечами на шлемах.

Чуткий радар стражника постоянно посылал тревожные сигналы. Происходило что-то скверное. Ваймс чувствовал витающее в воздухе напряжение, словно бы все вокруг было пропитано тихой паникой. Периодически им навстречу попадались другие гномы, которые, никого не замечая вокруг, спешили по своим делам. Что-то очень скверное… Люди не знают, что делать, поэтому пытаются делать все сразу. И сейчас очень важные чиновники должны были бросить все свои дела только ради того, чтобы какой-то идиот из далекого города вручил им несколько клочков бумаги.

Наконец в темноте распахнулась дверь. Она вела в большую овальную пещеру, которая из-за книжных шкафов, сплошь закрывавших стены, и заваленных бумагами письменных столов скорее походила на какую-нибудь контору.

– Присаживайтесь, командор.

Вспыхнула спичка. Потом загорелась свеча – одиноким парусом в море темноты.

– Мы хотим, чтобы наши гости чувствовали себя как дома, – сказал Ди и поспешил занять место за своим столом.

Он снял остроконечную шляпу и нацепил на нос, к немалому удивлению Ваймса, толстые дымчатые очки.

– У вас документы с собой? – спросил он.

Ваймс передал ему бумаги.

– Здесь говорится «его светлость», – подметил гном, пробежав взглядом документы.

– Это я.

– А еще «сэр».

– И это тоже я.

– И «его превосходительство».

– Боюсь, что так. – Ваймс прищурился. – А еще я целых полгода был главным по классной доске.

Из-за двери в дальнем конце пещеры донеслись чьи-то сердитые голоса.

– И в чем это главенство выражалось? – поинтересовался, чуть повысив голос, Ди.

– Что? Э… После каждого урока я должен был вытирать классную доску.

Гном кивнул. Голоса стали еще громче и напряженнее. Гномий язык идеально подходил для выражения недовольства.

– Стало быть, вы удаляли учения после их усвоения! – завопил Ди, перекрикивая гномий гвалт.

– Э…Да!

– Очень ответственное задание! Кому угодно его не поручишь!

– Наверное!

Ди сложил верительную грамоту и вернул ее Ваймсу, украдкой бросив взгляд на Шелли.

– Что ж, по-моему, все в порядке, – сказал он. – Не желаете что-нибудь выпить, прежде чем покинуть нас?

– Простите? Но я думал, что должен представиться вашему королю…

Дверь, из-за которой доносились голоса, уже начала прогибаться под напором ругани.

– О, в этом нет никакой необходимости, – пожал плечами Ди. – Пожалуй что, сейчас не стоит его беспокоить по…

– Таким пустякам? – закончил Ваймс. – А как же традиции? Я всегда считал гномов ярыми приверженцами традиций.

– В данный момент это… нецелесообразно! – снова повышая голос, откликнулся Ди. – Надеюсь, вы меня понимаете.

– Предположим, я слишком глуп, – ухмыльнулся Ваймс.

– Уверяю, ваше превосходительство, король видит все, что вижу я, и слышит все, что слышу я.

– Это относится и к тому, что вы видите и слышите сейчас?

Ди забарабанил пальцами по столу.

– Ваше превосходительство, в вашем городе я пробыл очень недолго и смог получить лишь общее представление о ваших обычаях и привычках, но почему-то мне кажется, что вы надо мной насмехаетесь.