Сказка о спящей красавице - Светлана Зорина

– Нет, мы сами решили переехать. Нам сказали, что это мир, где у нас будут работа и хорошие условия жизни. И где законы будут защищать от произвола. На Марукане же просто беспредел. Уж как мы бедны были, а нас всё равно грабили несколько раз, последнее отнимали. Тут всё-таки такого нет, хотя по нашему району лучше поздно не ходить. В последнее время освещение экономят, так что… Тут преступников строго наказывают, за многое смертная казнь, но всё равно по ночам опасно. К тому же говорят, что большинство нападений – избиений и изнасилований – совершают аристеи. Или их любимцы. Развлекаются они в масках, поэтому трудно кого-то найти и обвинить. Я слышала о случаях, когда почти что это удавалось, но этих негодяев и негодяек всё равно отмазывали. Да ещё и кого-нибудь вместо них обвиняли и казнили. Но тут, по крайней мере, не грабят среди бела дня, как у нас на Марукане. Знаешь, сначала мы радовались. Жильё удобное, работа у отца есть, образование бесплатное, да и вообще всё бесплатное. В дотариумах самое настоящее изобилие – по сравнению с Маруканом… А потом мы поняли, что не всё тут так, как нам обещали. То есть вроде бы всё так, как в том документе, который родители подписывали, когда соглашались на переезд, но потом выяснилось… Есть масса мелочей, о которых мы узнали только тут, а от этих-то мелочей самое важное и зависит.

– А вы с мамой не хотели бы вернуться назад? Или ещё куда-нибудь перебраться?

– Это невозможно. Нас сразу предупредили, что обратной дороги нет. Сначала нам казалось, что всё это просто сказка. Когда виргиане впервые на Марукане появились… Так чудно было видеть над нашим убогим, грязным городком золотых драконов. Потом они приземлились, и мы увидели, что драконы – это корабли. Из них вышли люди – статные, красивые, все улыбаются… Они сказали, что эти драконы – не совсем машины. Это живые волшебные драконы, летающие быстрее самых быстрых звёздных кораблей. А у нас на Марукане вообще сверхсветовых кораблей нет… И вот эти драконы могут отвезти нас в прекрасную страну, где нас ждёт лучшая жизнь.

Чарма грустно усмехнулась.

– Теперь мы об этой жизни больше знаем, а деваться некуда. Я даже слышала, что многие фелиданы – пленники, которых аристеи и тамплиеры захватывают в других мирах. В некоторые миры они просто вторгаются и берут пленных. Чтобы сделать из них побольше солдат и слуг. Так говорят, но доказать-то никто ничего не может.

– А кораблей с других планет тут, значит, не бывает?

– Нет. Считается, что Дева открывает путь только праведным. Своим служителям. Они видят этот путь в лабиринте её сновидений. А всем другим она посылает видения, сбивающие с пути, и они не могут попасть на Фелицию. Не знаю, правда это или нет, но чужих кораблей я тут ни разу не видела.

Да, чужие корабли, приближаясь к планете, видят лишь огненный ад. Причём это длится уже не одно столетие. Как они это сделали? Астерий говорил, что «Даркон» опустел. Похоже, тёмные маги Никты перебрались сюда вместе с урмианами и очень усовершенствовали своё магическое искусство. Урмиане покинули наш мир совсем недавно. А тут они уже не одно столетие. Значит, они попали в прошлое этого мира и дожили здесь до настоящего. Я чувствовала, что пространство и время здесь сильно искажены. Причём происходящее здесь влияет на значительную часть вселенной. Если не на всю. Я оказалась заперта в настоящем, и даже прыжки в пространстве даются мне труднее, чем раньше. Астерий считал, что на пространственно-временной континуум сильно повлияло разрушение тоннеля. Скорее всего, так и есть. И ещё у меня было такое чувство, что в этом мире есть как будто бы некий магнит. То, что притягивает к себе тонкие материи, создавая завихрение. Что-то вроде невидимого смерча, который не поглощает материю вокруг себя, но подчиняет её своему ритму. Пока этот смерч не уляжется, эта часть вселенной будет представлять собой ловушку, искажающую пространство и время, и этот мир не воскреснет. Здесь будет царить смерть. Смерч, смерть…

Мимо окна проплыл серебристо-белый шар, похожий на огромный мыльный пузырь. Чарма слегка поёжилась – как будто от окна потянуло холодом.

– Искатель – пояснила она. – Эти штуки ищут всякие опасные предметы. Взрывчатку, отравляющие вещества. Их вроде как создали для предотвращения терактов, но я слышала, что они больше за гражданами следят. Хотя, что за нами следить? Нам и так деваться некуда.

Я подошла к окну. «Мыльный пузырь» скрылся среди одинаковых белых многоэтажек, напоминающих памятники на мемориальном кладбище Гриффин-Рока. Шеренги одинаковых белых надгробий. Под ними покоились тамплиеры, которые погибли во время войны на Фалине, развязанной арахатской террористической группировкой Хамат.

В поле моего зрения только одна постройка отличалась от остальных. Здание светло-голубого цвета в окружении хвойных деревьев отдалённо напоминало католический храм, каких было много в Ателлане, где основная часть населения исповедывала традиционный католицизм. В моём родном Саммертауне самой многочисленной была Марионская церковь. Что-то вроде старой методистской, только ещё хуже. Богослужения у нас проходили в унылых серых постройках, напоминающих куб с приземистой колокольней на крыше. Сидений внутри не было. Стой на ногах или на коленях.

– Это голубое здание – церковь Спящей Девы?

– Молитвенный дом, – поправила меня Чарма. – В каждом таком доме есть её изображение. Уменьшенная копия статуи, которая стоит в главном храме Саградиума…

– Так называется весь тот комплекс на холме?

– Да. Саградиум. Или Священный Холм. Святая Дева спит в Пещерном Храме. Он в глубине Священного Холма. В сердце этого мира. В пещере находится прозрачный гроб, в котором спит Дева. Правда, этот саркофаг – не совсем саркофаг. Это свет, который исходит от Девы. Он окружает её коконом и застывает. Этот свет исходит от неё всегда. Благодаря ему этот мир жив. Он даёт силу земле. Без него не было бы никакого урожая. Этот свет изменяет природу вещей. Может исцелять и убивать. Только тамплиеры могут выдержать его, и с ними ничего не произойдёт. Дева дала им некоторую власть над своим божественным светом, чтобы они могли изменять этот мир, делать его лучше. Святые братья и сёстры говорят, что скоро наша Фелиция станет самым прекрасным миром. А потом она станет центром великой звёздной империи.

– Да, – пробормотала я. – Создание этой империи уже началось. Знать бы ещё, с чего началось то, что тут сейчас творится.

– Терри, ты шпионка? Здесь иногда такие появляются, но тамплиеры быстро их вычисляют и превращают в фелиданов.

– Да, я, можно сказать, шпионка. И больше всего меня здесь интересует эта ваша святая. Спящая Дева. Вы ей регулярно молитесь, но видеть её не видите. Только тамплиеры и те, кого она превращает в фелиданов. И на тамплиеров её свет не действует…