Загадка смерти. Очерки психологической танатологии - Альберт Налчаджян

Пребывая в этой стадии всего несколько минут, спящий внезапно и мгновенно переходит в третью или четвертую стадию ортодоксального сна. Создается впечатление, что, когда человек оказывается в четвертой стадии ортодоксального сна, почти сразу же приводятся в движение особые мозговые механизмы, которые спасают человека от этого состояния, очень уж сходного с состоянием умирающего человека. Вполне возможно, что действительно долгое пребывание в состоянии глубокого сна может иметь трагический исход для спящего.

Бывают случаи, когда люди умирают в спящем состоянии: сон для них превращается в процесс умирания. Относительно части таких случаев можно предположить, что такие люди, углубляясь в четвертую стадию ортодоксального сна, больше не пробуждаются: по причинам, пока нам неизвестным, нарушаются механизмы, регулирующие и управляющие переход от одной стадии сна к другой, в частности, механизм, скачкообразно переводящий психику и мозг человека с глубокого уровня сна на более поверхностный и безопасный уровень.

Такая смерть действительно похожа на засыпание, причем человек погружается в такие глубины подсознательного мира, что уже не может вернуться в бодрствующее, сознательное состояние. Обычный «маленький» сон превращается в сон большой и вечный. Так умер великий армянский поэт Аветик Исаакян. Днем он чувствовал себя уставшим, лег спать и больше не проснулся. Об этом имеется свидетельство его племянника (сына брата) Абаса Исаакяна. Добавим, что великий мастер слова боялся смерти, об этом он сам несколько раз говорил, и природа оказалась милостивой к нему: она избавила его от последнего страха перед смертью.

Сходство сна и смерти, по-видимому, имеет глубокие корни в представлениях и психике всех народов, Живший в XIX веке американский поэт Уильям Брайан говорил: «Для умирания надо ложиться так, как будто собираешься спать с намерением видеть приятные сны».

Еще один любопытный факт: в ходе старения человека четвертая стадия ортодоксального сна постепенно становится все более и более короткой и начиная с определенного возраста вовсе исчезает из «ночного репертуара» человека. Я полагаю, что, хотя вследствие такого изменения структуры сна человек спит более поверхностным сном, все же это целесообразно: нервные механизмы старого и утомленного человека могут потерять свою способность вернуть его из четвертой стадии ортодоксального сна на другие стадии и на уровень бодрствования, или в фазу парадоксального сна.

Поэтому биологически и психологически целесообразно, чтобы стареющий человек не оказался в этой стадии сна, поскольку здесь его жизни грозит опасность. По-видимому, те старые люди, которые оказываются в этой стадии, больше не просыпаются, во всяком случае некоторые из них. Что же касается детства, отрочества и юности, то в эти периоды возрастного развития личности четвертая стадия ортодоксального сна, думается, необходима для роста и созревания мозга, для установления связи между наследственным и приобретенным частями опыта и для развития мышления. В зрелом возрасте эти результаты уже достигнуты и необходимость в глубоком сне четвертой стадии в основном отпадает.

§ 3. Предвидение собственной смерти

При широком подходе к явлениям психической жизни в процессе умирания, особенно в фазе клинической смерти, можно сказать, что они являются как бы разновидностями сновидений человека. Это особый вид сновидений. С другой стороны, во многих сновидениях отражаются проблемы, связанные со смертью, появляются образы и мысли, в которых спящий предвидит как свою смерть, так и смерть других людей, причем нередко с помощью символов. Поэтому можно утверждать, что психологическая танатология и психология сновидений — теснейшим образом взаимосвязанные области современной психологии. Рассматривая эти взаимосвязи, возможно, мы сможем найти новые области исследований психических явлений, которые сейчас только намечаются.

Здесь же рассмотрим, каким образом человек в своих сновидениях может предвидеть и предвосхищать собственную смерть.

Анализ сновидений человека, предшествовавших его смерти, представляет особенный интерес по нескольким причинам. Первая из них та, что быть перед неминуемым концом означает переживать самую глубокую фрустрацию и психический шок. Нет сомнения, что человек должен мобилизовать против такой экзистенциальной фрустрации все свои защитные силы и возможности. Как я уже показал в ходе обсуждения вопросов психологической смерти, исследование таких состояний позволяет узнать много нового о возможностях психической самозащиты людей. Вторая причина следующая: ожидание смерти может активизировать в психике человека такие способности, которые до этого были слабо развиты, «дремали» в глубине психического мира. Для раскрытия и развития некоторых способностей человек должен переживать глубокие психические изменения, волнения и конверсию, радикальные сдвиги своего внутреннего мира. Ожидание смерти вызывает такие изменения, которые отражаются в сновидениях человека. Поэтому исследование предсмертных сновидений людей требует специального внимания.

В области психологии исследованию сновидений, предшествующих смерти человека, уделил некоторое внимание знаменитый К. Г. Юнг, швейцарский психолог и психиатр, философ, который в начале своей карьеры был последователем Зигмунда Фрейда. Его интересовали сновидения безнадежно больных людей, которым уже не было спасения. Он полагал, то в таком критическом состоянии «бессознательное мощно взбудораживается». Человек вспоминает впечатления ранних лет своей жизни. Приближаясь к моменту смерти, люди в своих сновидениях начинают слышать прекрасную, «несусветную» музыку. Умирающий видит, как в дверях каких-то зданий стоят человекообразные существа, от которых отражается сильный свет. Многим слышны необычные голоса, они видят мощные цветные образы, фигуры людей, отличающиеся роскошью, светом и психической силой. Часть умирающих видят неподвижные фигуры людей с монгольскими чертами лица: они стоят и смотрят, как умирает человек. Смертельно больные люди видят во сне широкие ландшафты, скалы, из расселин которых выходят струи света, им слышны голоса, которые как будто идут из глубин земли. Видят они построенные в горах крепости. Какие-то голоса приглашают их путешествовать по бурному морю. «Чем ближе смерть, тем прекраснее становятся сны, — говорит К. Г. Юнг, — создается впечатление, что с этих великолепных картин начинается какая-то новая жизнь: чтобы достичь этой жизни, тело человека должно погибнуть».

Интересно, что как в работах самого К. Г. Юнга, так и других представителей его «аналитической» школы, приводятся такие описания, которые во многом сходны с явлениями, значительно позже, уже в 70-е годы, описанными в трудах исследователей клинической смерти.

Так, например, Э. Эпли, один из представителей юнговской школы, рассказывает о человеке, который пять дней подряд находился в предсмертном кризисном состоянии, но оставался жив. После возвращения сознания он рассказал, что эти пять дней его жизни были полны рядами прекрасных образов. Он видел себя на узкой дороге, которая вела его к далеким, диким и голубовато-фиолетовым горам. Перепрыгивая с одной скалы на другую, он вновь оказался в зеленой долине. Здесь на текущих па юг реках он видел древние и высокие мосты. Вдруг он заметил, что находится в море: солнце приближается к нему, а он стоит на дне моря. Между ним и солнцем растут какие-то земные красивые растения. Затем он видит себя уже на берегу моря, в волнах которого появляются огромные рыбы: они, совершая дикие движения, подходят к сновидцу. После этого он вновь в долине. Из щелей скал видны головы, лица, на него смотрят даже отдельные глаза. На одном дереве он видит прекрасное лицо покойной женщины, оно как будто сделано из мрамора. У него возникает впечатление, что это лицо одного из его дорогих покойников. Затем очевидец оказывается внутри каких-то высоких стен и видит, что в углу стоит монгол: у пего желто-коричневое лицо, черные и густые волосы, большие и зловещие глаза. Монгол исчезает, после него у сновидца появляется ощущение, что на пего смотрят глаза каких-то животных. Ему кажется, что он сходит с ума и в страхе кричит: «Довольно!». И сразу же видит себя в прекрасном зале, с потолка которого на него смотрит «божественный глаз.» Затем эти образы исчезают, кризис позади[105].

Нет сомнения, что в этих переживаниях отразились не только какие-то еще непонятные силы, но и религиозные и расовые представления умирающего и ожившего человека.

Таким образом, тема смерти выражается в сновидениях в виде различных образов. На природу и ассоциативные связи этих образов оказывает влияние процесс ухудшения и улучшения здоровья человека, начало развития в нем болезней. Исследования показали, что вследствие общего ухудшения здоровья человек, кроме образов испорченной пищи, грязи, мутных вод и других подобных вещей, часто видит во сне кладбище, отдельные могилы, трупы и другие образы, так или иначе связанные с темой смерти. Такие сновидения как будто уведомляют о том, что тело начало разлагаться и умирать.