Десантник. Из будущего – в бой! - Олег Таругин

Никакой «штабной палатки», не говоря уже о прочих землянках, не имелось в принципе, просто несколько скрепленных между собой растянутых на шестах плащ-палаток, образовывавших некое подобие шатра. Зато часовой с «трехлинейкой» у входа имелся, так что все по уставу. Перед тем как войти, Борисов тщательно одернул многократно пропотевший и потерявший былой цвет комбинезон. Леха же лишь хмыкнул себе под нос: приводить в порядок оказалось просто нечего, разве что поровнее запихнуть несчастную тельняшку под ремень – хотя какой смысл? Вот уж действительно чистый Попандопуло, даже хуже. У того хоть красные шаровары имелись и крутая деревянная кобура с «маузером». Кстати, собственную кобуру стоит держать под рукой, коль оружие не отобрали, а то мало ли что. Шагнув следом за летуном за откинутый часовым полог, Степанов постарался как можно четче встать по стойке смирно рядом с товарищем. Главное, не покачнуться, а то сразу раскусят, что он того, выпимши. Козырять, разумеется, не стал, поскольку к пустой голове руку не прикладывают.

– Товарищ майор! – рявкнул Василий, разглядев в полутьме сидящего за наспех сколоченным кособоким столом комбата. – Сержант Борисов по вашему приказанию прибыл!

– Сержант запаса Степанов по вашему приказанию прибыл, – четко отрапортовался следом десантник, прижав руки к бокам. – Разрешите войти?

– Входите… – вяло отмахнул рукой командир батальона, смерив обоих покрасневшими от хронического недосыпа глазами смертельно уставшего человека. – И не орите так, бойцы, голова после контузии болит. Да и не спал больше суток. Вон там ящики, тащите сюда да присаживайтесь. Разговор долгим будет… хотя как знать…

Пока подтаскивали к столу патронные ящики и рассаживались, Леха успел быстро оглядеться. Кроме комбата, в импровизированной «палатке» находились еще два командира. Первый, немолодой мужик в гимнастерке с нашитыми на рукавах красными звездами и неумело перевязанной головой, сидел на металлическом ящике, видимо, переносимом штабном сейфе. Покрытый бурыми пятнами бинт наложен криво, явно не профессионал повязку накладывал. Комиссар, конечно, кем же ему еще быть? От этого проблем быть не должно, вон как от боли кривится, да и глаза мутные. Видать, серьезно мужика зацепило, ему бы в госпиталь. Второй стоял за спиной командира батальона, заложив большой палец левой руки за поясной ремень портупеи, и курил, разглядывая вошедших крайне подозрительным взглядом. И, судя по выражению лица, результаты осмотра ему не слишком нравились. А это, стало быть, местный «молчи-молчи», уж больно взгляд характерный. Леха на подобных типчиков еще во время срочной службы насмотрелся – клонируют их, что ли? Что в прошлом, что в будущем – взгляды одинаковые, словно он им по жизни денег должен. Или как минимум обязан немедленно сознаться в измене Родине и прочих грехах. Этот помоложе, примерно его возраста. Лицо вроде бы простецкое, но глаза умные, с таким нужно быть осторожным. На петлицах – всего один прямоугольник; интересно, что за звание? Лейтенант госбезопасности, наверное? Знать бы еще, чему это соответствует в армейской табели о рангах – такими подробностями Леха никогда не интересовался. Зря, как выяснилось, сейчас бы здорово пригодилось.

– Доложитесь, – не меняя тона, приказал комбат, разминая в пальцах папиросу. – Кто такие, откуда, отчего прилетели на немецком самолете, при каких обстоятельствах захватили гитлеровского офицера?

– …А заодно расскажите, когда сами попали в плен и почему согласились добровольно помогать немцам? Где научились пользоваться оружием противника и пилотировать вражескую авиатехнику? – монотонно, словно зачитывая приговор полевого трибунала, закончил за него особист…

Глава 9

Бросьте, рядовой, давайте правду, Вам же лучше…

Услышав фразу контрразведчика, Леха, несмотря на явно не предрасполагающую к веселью ситуацию, едва не расхохотался. Да елки ж палки, штамп на штампе! Честное слово, словно очередной «разоблачающий» «кровавую гэбню» фильм а-ля девяностые смотришь! Интересно, неужели на такой примитив кто-то ведется? Хотя, может, ему именно первая реакция интересна? Если человек ничего подобного не ожидает, может и сыграть лицом, взглядом вильнуть, не зря ж он их физиономии глазами буравит.

Майор поморщился и бросил, не оборачиваясь:

– Да погоди ты, Иван Михалыч, не гони лошадей. Пусть хоть слово скажут. Ну, я слушаю, бойцы.

– Сержант Василий Борисов, тридцать третий истребительный авиационный полк, десятая смешанная авиадивизия. Сбит в воздушном бою, выбросился с парашютом. При приземлении повис на дереве, где и встретился с товарищем Степановым.

– Где встретился, на дереве? – криво ухмыльнулся особист. – Оригинально.

– Н… никак нет… почему на дереве? Ну, то есть да, на дереве… – стушевался Васька, немедленно побледнев. На замурзанном лице летуна сверкнули капельки пота. Да, дружище, с грустью подумал Леха, вот на таких, как ты, приемчик и рассчитан.

– Раз… разрешите объяснить?

– Позже. – Комбат перевел взгляд на десантника. – Вы?

– Сержант запаса Алексей Степанов, фронтовая разведка, – браво отбарабанил он, спокойно глядя на собеседника. – В настоящий момент не мобилизован, пробирался к своим с целью вступить в ряды Красной Армии. Ну, собственно, уже и добрался.

– Документы имеются?

– Никак нет, документы сгорели вместе с личными вещами три дня назад.

– Вот даже как? Совсем здорово, – без особой угрозы в голосе, скорее даже с радостью, вклинился в разговор «молчи-молчи». Ишь ты, как обрадовался, аж вперед подался, про папироску позабыв. – А может, и не было никаких документов?

– Никак нет, документы были. Сгорели во время авианалета на военную колонну.

– Хватит заливать! Некогда нам твои сказочки слушать! То он не мобилизованный, то колонна военная, то документы сгорели. Поскладней ничего не придумал? Что-то хреново тебя немцы подготовили.

– Хватит, – неожиданно хлопнул по столу широкой ладонью комбат. – После словами играться станете. Значит, так. – Он в упор взглянул на летуна: – Сержант Борисов, у вас, надеюсь, документы имеются?

Васька судорожно кивнул, полез под комбинезон и выложил перед майором удостоверение личности.

– Добро. – Не раскрывая картонной книжечки, тот протянул ее через плечо. – Михалыч, погляди. А теперь, товарищ пилот, расскажите мне все, начиная от вашей встречи, гм, на дереве до посадки на этой лужайке. Четко, по-военному, без лишней воды. Если хотите, курите.

– Не балуюсь. – Похоже, летун наконец все-таки взял себя в руки. – Во время посадки я зацепился куполом и стропами за крону и повис. Освободиться самостоятельно не сумел, а тут…