Полет тапка над Зулкибаром - Марина Владимировна Добрынина

сиганул. Ага, намек понят. Я быстрее к этому окошку, сначала принца затолкала туда. Каюсь, не удержалась, пинка ему отвесила, когда он уже почти весь в окно влез. Валь от пинка в подвал свалился, но молчит. Не возмущается даже. Наверно, и правда, ему каменюкой по маковке досталось. Жалко мне его стало. Влезла я в подвал, усадила принца на кучу какого-то тряпья, а сама к окошку вернулась. Вид там открывался отменный — зомбячьи ножки, с приволоком топающие в направлении основного скопления драки, благодаря которой мы не смогли продолжить наш путь.

Возможно, будь я местной, я бы знала другую дорогу к той улочке, где так сильно пахнет рыбой и где находится проход в убежище Деларона. Но я помнила только одну дорогу — ту, по которой меня Брианна вела. Сейчас дорога была занята дракой, и ничего нам с Вальдором не оставалось, кроме как сидеть и ждать, пока все затихнет.

Поскольку вид зомбячьих ножек меня не радовал, я отлипла от окна и повернулась к принцу. Тот что-то на стене рассматривал и, кажется, ему было весело. Там что, неприличная картинка нарисована? Там же темно, как он что-то разглядеть смог?

Решив, что Валь сейчас не лучший собеседник, я позвала Ваську. Ответом мне была тишина. Идти на его поиски вглубь подвала, где было совсем темно, я не рискнула. Вряд ли будет полезно, если я сейчас переломаю ноги впотьмах, ради теринова кота… пусть даже он и мой кот… и вообще, если он волшебный, то уже, наверно, перенесся из этого скучного подвала куда-нибудь в более приятное место.

— Вальдор, — на всякий случай окликнула я принца, но он не отреагировал.

Я устроилась напротив него на такой же куче тряпья и приготовилась ждать, когда шум снаружи затихнет и можно будет попробовать продолжить наш путь.

Вальдор

Сознаюсь честно, я не понимал, что происходит. Все это выглядело настолько диким и нелепым, что мой мозг, похоже, отказался переваривать информацию. Это же моя страна, мой город! Пусть даже сейчас он принадлежит Терину, но это же ненормально, когда в людей бьет молния и летят камни, и когда горят они заживо — это ненормально. Разве можно использовать волшебство для этого? Мне не было страшно, я был во власти какого-то всеобъемлющего недоумения.

Помню еще кота — большого такого, черного, и подвал помню. Я там попытался прийти в себя, но не смог. То, что я видел, совсем не стыковалось с моими представлениями о жизни, и мозг отказывался воспринимать увиденное.

Страх пришел потом. Когда Дуся притащила меня в чей-то дом.

Помню, как я сел у стола, сжав ладонями виски. И вот тогда накатило.

Смешно сейчас. Меня трясет. Дуся рядом стоит — губы белые, глаза большие. Из косы ее волосы, как иглы, торчат. И что-то говорит мне. А я не слышу. У нее губы шевелятся, а мне все равно. И все понять пытаюсь — а что случилось? А где я? И даже временами — а тот ли я, кем себе кажусь? Смешно ведь. Правда?

Спустя некоторое время, я не знаю, сколько, шум в голове утихает, и я нахожу в себе силы задать сакраментальный вопрос:

— А что случилось-то?

Дуся

— Я тебе, мышь ты блондинистая, уже минут двадцать твержу о том, что случилось! — рявкнула я, еле сдерживая желание как следует Вальдору по башке врезать. Пока бежали сюда, он то шлангом прикидывался, и мне чуть ли не на себе его тащить приходилось, то ржал как ненормальный. Весело ему, растудыть его в печенку! Возможно, там Терина убивают насмерть, пока я тут с этим принцем недобитым нянькаюсь, а он меня даже не слушает. Смотрю, а у него взгляд растерянный, морда бледная, и вообще как будто не в себе он.

— Вальдор, ты как себя чувствуешь? — поинтересовалась я.

— Плохо.

— Ты понимаешь, что я тебе говорю? Или, может быть, посидишь, отдохнешь, а побеседуем потом, когда ты будешь в состоянии понимать?

Принц отрицательно головой мотает. Это типа значит — "нет, не молчи говорить будем", или — "нет, не понимаю ни фига, и не стоит тебе, Дуся, распыляться"? Да что я с ним возюкаюсь-то? Ну да, дала я наследнику престола по мордасам. Подумаешь, маленькая затрещина.

— Дуся, да что ж ты за дрянь такая? Сначала королю оплеуху отвесила, а теперь и принцу тоже!

Это Брианна крикнула. И когда она успела в помещение войти?

— Привет, Брианна. Твой принц в шоке, и плюха ему только на пользу пойдет, — объяснила я.

— Спасибо, Дуся, мне стало легче, — подал голос Вальдор, и ехидненько так к "королеве воинов" этой обратился, — привет Брианна, а где папа? Что у нас здесь происходит вообще?

Ну, я и рассказала ему, что здесь происходит, и что я обо всем этом думаю, в том числе и о его папе, который решил Терина с помощью Совета этих долбанутых на всю голову истерических чародеев побеждать, и о том, что Терина вот сейчас убивают, так что он — Вальдор, может быть счастлив по самое не могу.

Счастья от этой информации у принца на физиономии не появилось. Кажется, наоборот, расстроился. Ну и я расстроилась. А как не расстроиться-то, если, пока я принцу выкладывала все, что я об этом думаю, Брианна, эта подружка семьи недобитая, меч свой достала и мне к горлу приставила.

— Бри, ты чего? — опешила я от такого нежного обхождения.

— В самом деле, что ты делаешь, Брианна? — вмешался принц, — Дульсинея меня уже второй раз спасает, а ты на нее с мечом.

— Она здесь уже была и сбежала от нас. А потом Таурисар определил, что она от клятвы избавилась. Кому ты про наше убежище рассказала?

— Дура ты, Брианна, — обиделась я. — Обрати внимание, вы все еще здесь, и никто ваше тайное логово не захватил. Не рассказала я никому.

— А зачем тогда от клятвы избавилась?

— Да вот, зубки себе подправить захотела, а тут повод такой отличный, снятие клятвы — оно ведь дешевле правки зубов стоит.

Пальцем в небо тыкала, не знаю я местные цены на магические услуги, но Брианна поверила. То ли врала я убедительно, то ли Брианна такая недалекая, и ее мое объяснение удовлетворило.

Но тут на мою беду в помещение ворвались Таурисар с королем, и стало совсем тесно. Мне во всяком случае. Потому что Таурисар, задница эта нервнобольная, тут же принялся орать, неприлично тыча в меня пальцем:

— Предательница! Мерзкая дочь отступника! Зачем явилась сюда, лазутчица теринова? Меня не обманешь! Не