Плакса (СИ) - Стина Лана

Но такое доверие к нам со стороны родителей и наша заслуга тоже. Мы были примерными детьми. Не употребляли алкоголь, домой приходили во время и не скрывали от родителей, если в нашей жизни творился хаос. Во всяком случае, с моей стороны точно. Наверняка Марик не делился с ними многими вещами, но он был парнем с ясной головой и четкими целями на жизнь.

- Все чудесно, - я отодвинула телефон от уха, чтобы взглянуть на время. 10:13. – Скоро будем дома.

- Отлично. Я не хотела тебя беспокоить, но, надеюсь, ты помнишь, что сегодня вечером ты помогаешь в кофейне.

- Конечно.

- Замечательно. Целую, золотко. И твоего брата.

Мама положила трубку.

- Нам нужно домой, я обещала помочь маме сегодня, - я посмотрела на брата.

- Конечно.

- Спасибо за завтрак и в целом, за гостеприимство, - вставая из-за стола, поблагодарила Алексея. – А где мои вещи?

- В спальне. Идем, я покажу.

Проходя мимо дивана в гостиной, я на секунду задумалась о том, где они спали.

- Вы вместе спали на диване?

- Нет, - одновременно ответили парни.

- Мы вообще не спали, - добавил Марик.

Алексей проводил меня в комнату, в которой я проснулась. Здесь было темно и тогда он распахнул тяжелые шторы на окнах, впуская в комнату свет. Вау. Какой плотности эта ткань, что ни один солнечный луч через нее не пробивается.

Алексей открыл шкаф и достал оттуда мои вещи. Я внимательно наблюдала за ним и, если уж быть совсем честной, мне было интересно, что у него в шкафу. Есть ли там женские вещи. Вещи Марины, если быть точной. Но я ничего не увидела. Шкаф казался полупустым. На полках лежали футболки и джинсы. На вешалке одиноко висел деловой костюм и пару рубашек, а внизу валялась большая хоккейная сумка. Ничего интересного.

- У тебя почти нет вещей.

- Мне этого вполне достаточно, - Алексей пожал плечами и протянул мне мои вещи.

Прежде, чем открыть рот и ляпнуть то, что я ляпнула, мне бы следовало подумать, но…

- А как же вещи Марины? Почему их здесь нет?

Алексей нахмурился.

- А почему они должны быть?

- Ну, вы же вместе, она наверняка остается у тебя на ночь и просто, ну, странно, что здесь нет ее вещей.

Алексей несколько секунд разглядывал меня, а затем, взяв прядь моих волос, покрутил ее между своими пальцами.

- Марина здесь ниразу не была, - он наклонился ко мне так близко, что я чувствовала его теплое дыхание на своих ресницах. – Единственная девушка, которую я приведу в свою квартиру, которая будет спать в моей постели – моя будущая жена.

Мои щеки обдало жаром от того, насколько интимными казались его слова. Честными. Уверенными.

- Но… - Алексей приложил указательный палец к моим губам, заставляя меня замолчать.

Я послушно закрыла рот. Пару секунд мы молча смотрели друг на друга, словно вели молчаливый диалог. В его глазах читалась твердость, подтверждая серьезность сказанных им слов. Они даже стали чуть темнее, или это была игра света. Не знаю, что он видел в моих глазах, но я испытывала страх от того, что в моей голове, как набат, билась мысль о том, что вчера он привез меня к себе домой. Мысль о том, что я спала в его постели. Дрожь пробежала по моему телу и, словно почувствовав ее, Алексей, заправив прядь волос мне за ухо, покинул комнату. Оставляя меня наедине с дурацкими мыслями и колотящимся сердцем.

Алексей

Я чувствую бегущий под кожей адреналин, обжигающий мои вены. Заряжающий. Бурлящий все больше и больше с каждым скольжением лезвия по льду. Делаю обманный маневр вокруг соперника, оставляя того позади. Шайба бьется о лезвие моего конька и я подставляю клюшку под таким углом, чтобы она залетела в пустую калитку соперника. Убирать вратаря – умный ход. Но тренер соперника просчитался. Мы были сильнее и именно поэтому, посланная мною шайба, залетает в пустые ворота, выводя нас вперед в овертайме. 3:2. В нашу пользу.

Слышится характерный звук, оповещающий об окончании матча. И те немногие болельщики, что собрались на трибунах, взрываются аплодисментами и радостными криками. Мои мышцы и легкие горят от напряженной игры. Хочется сбросить с себя тяжелую экипировку и спокойно вздохнуть. Боль, граничащая с эйфорией от выигрыша. Ни с чем не сравнимое чувство, когда на последних минутах шайба залетает в ворота. Победный гол. Товарищи по команде, обнимающие и радостные от такого же пьянящего чувства победы. Чувства, которое дает смысл жизни. Показывает, какой должна быть жизнь. Яркой, быстрой и наполненной эйфорией.

Я люблю хоккей за это чувство скорости. За горящие легкие. За то, что на льду – я знаю кто я и что делаю. Это моя стихия. И, выходя на лед, каждый раз я будто возвращаюсь домой. Туда, где меня всегда ждут. Туда, где я нужен. Где и есть мое место.

В раздевалке, как обычно бывает после игры, шумно. Парни делятся впечатлениями от игры, смеются. Я люблю атмосферу побед. Она делает людей уязвимее, показывая, как мы, на самом деле, зависимы от исхода игры. Только победа может множить веру в себя, давать нам возможности расправить крылья и взлететь высоко.

- Лис, как ты его обошел, - Пашка – капитан нашей команды похлопал меня по плечу. – Я чуть не обделался, когда он пытался достать тебя клюшкой.

- Не стал бы, - я натянул на чистое, после душа, тело, футболку. – В их ситуации заработать штраф на последних секундах равносильно самоуничтожению.

- Ну, не скажи, - в разговор подтянулся мой теска. – Если ты его обошел – это уже значило, что им конец. Сегодня у них не было ни малейшего шанса нас выиграть.

Парни одобрительно загудели. Я не стал говорить, что шансы у нас были 50 на 50. Парням нужно насладиться победой сполна. Они этого заслужили.

Я включил свой сотовый, попутно закидывая в свою сумку вещи. Обычно я не отключал телефон, но сегодня я хотел полностью сосредоточиться на матче. Последние несколько игр были для нас неудачными. Игра складывается хорошо, если мы работаем слажено, четко. Стоит только кому-то одному выйти из строя, механизм дает сбой. И этим кем-то был я. Из-за проблем со здоровьем отца, я не мог полностью концентрироваться на игре. Парни мне ничего не говорили. Но им и не нужно было. Сегодня я думал только об игре. Ни о чем больше.

Как только телефон включился, я проверил мессенджер. Все как всегда. Пара сообщений от помощника отца. Несколько от Марины. И, неожиданно, одно от плаксы.

Плакса:«Привет! Мне кажется, я забыла у тебя свой пропуск в университет:( Ты случайно не находил? Я подумала, может он выпал, когда я переодевалась. Если найдешь – дай знать!»

И следом еще одно:

Плакса:«И если не найдешь, то тоже скажи. Буду продолжать поиски в другом месте. Спасибо »

Я улыбнулся. Алиса даже в сообщениях оставалась сама собой. Это было впервые, когда мы общались онлайн. Я совру, если скажу, что у меня ниразу не возникало желание написать плаксе. Но я так этого и не сделал. По многим причинам. Одна из них заключалась в том, что она большую часть своей жизни меня если не ненавидела, то презирала уж точно. А я делал все, чтобы она этого не прекращала. Но сейчас все по-другому. Я хочу, чтобы она, что? Полюбила меня? Бред. Увидела во мне кого-то больше, чем главное разочарование моей семьи?

Я:«Поищу. И если найду – ты будешь должна мне.»

В целом, мне ничего не нужно было от Алисы. Кроме нее самой. Но этого я никогда не получу.

Я открыл чат с Мариной. Она писала, что через час будет на месте. Я взглянул на часы. Черт. Из-за овертайма я задержался и теперь опаздывал на встречу со своей девушкой. Или лучше сказать, опаздывал на расставание со своей девушкой.

Попрощавшись с парнями, я быстрым шагом направился к своей машине. Почти на выходе из ледового дворца, я услышал, как меня кто-то зовет по имени.

- Алексей! – кричала женщина. – Алексей Лисовский, подожди!

Я остановился.

- Ну, ты и быстр, - запыхавшимся голосом, сказала женщина. – Уф.