Царь Горы (СИ) - Рымжанов Тимур

— Ты держишься?

— Да. Отключи костюм. Держись за меня и скрути фильтры, а то хрюкают как голодные поросята.

Пристегнувшись ко мне карабином грудной обвязки, Наташа расслабила руку и отключила фильтры с поясов. Теперь воздух поступал в костюм, только через сетчатый барьер в клапане защищающий максимум что от насекомых, да и то не самых мелких.

Тем временем из портала показался рослый мужик. В темноте не просто было разобрать подробности, но судя по его действиям, без труда становилось понятно, что проходит он этим маршрутом уже не первый и даже не десятый раз. Из чернильной лужи высунулся еще один огромный рюкзак, несколько деревянных ящиков и какие-то канистры. Парень появляющиеся вещи вытаскивал и просто отбрасывал в сторону. На узком утесе образовалась уже целая гора припасов и снаряжения, а тюки все лезли и лезли как с конвейера. В образовавшейся паузе, человек бегло огляделся по сторонам и вдруг вынул из широкого кармана на бедре ракетницу и тут же зарядил ее. Взведя курок, выстрелил в небо зеленой ракетой. Ослепительный, изумрудный огненный шар взмыл в воздух, подсвечивая морозную ночь причудливым бледным светом.

В этой блеклой подсветке я смог заметить, что на парне был надет теплый камуфляж, высокие армейские ботинки, простенький разгрузочный жилет и вязанная шапка. На спине висел пожарный ранец с запасом воздуха, рифленые шланги от баллонов соединялись в кислородной маске, болтающейся на шее вместе с лыжными очками. Никакого оружия, кроме ножа на поясе я заметить не успел. Зеленая ракета быстро прогорела, и пока парень вынимал очередной ящик, в ответ ему была пущена белая ракета как раз из того самого ущелья, за которым мы наблюдали.

У меня уже начала затекать рука. Неестественно вывернутая кисть, зажатая в щели между камней, теряла чувствительность, но я не решался сделать хоть одно неосторожное движение. Наташка прижалась ко мне так плотно, что я невольно чувствовал то, как бешено колотится ее сердце, как подрагивает дыхание. Она боялась. Непонятно почему. Ведь ничего особенного пока не происходило. Нам не угрожала смертельная опасность, тем более что момент внезапности как раз на нашей стороне. Но признаюсь, и для меня ситуация была не очень спокойной.

Теперь из портала уже появлялись люди. Один за другим они буквально выпрыгивали из лужи, да так ловко, что казалось, что их с той стороны кто-то активно выпихивает. Некоторые вылетали из чернильного пятна с диким воплем, скрестив на груди руки и зажмурив глаза. Как с горки в аквапарке. Вот на уступе башни уже становится тесно. От людей от вещей, от света ручных фонариков дробящих кромешную тьму. Из ущелья по узкой сыпучей тропе к стене башни поднимаются не меньше десятка крепких мужиков.

— Держаться рядом! Не разбредаться! — командовал тот парень, что прибыл первым, — закрепитесь на одной точке и старайтесь не создавать давки. Здесь очень опасная осыпь, а внизу острые скалы, так что постарайтесь без давки.

Среди прибывающих были дети, женщины. Я видел, как мальчишка лет десяти захлебываясь безмолвным плачем, прижался к матери стараясь не оборачиваться к темному порталу, через который только что пролетел в этот новый мир.

Это были уже не туристы, и не искатели приключений. Это были беженцы. Нелегальные мигранты. Я не знаю, почему вдруг решил, что знаю, кто эти люди и что здесь делают, но ни каких других логических объяснений не приходило на ум.

Гомон и возня на крохотном пятачке возле портала стояли такие, что я смог немного подтянуться и устроиться удобней, найдя опору для ног. Наташка только шикнула на меня, вывернув голову взглянула в видоискатель камеры и поправив резкость опять притаилась. Все происходящее сейчас в этом странном месте она не переставала снимать на камеру, прикрыв рукой предательские огоньки возле переключателей.

Подоспели люди, поднявшиеся по сигналу из ущелья. Их было человек семь. В темноте я не мог быть уверен в точности подсчета. Выстроившись короткой шеренгой, они растянули длинную веревку и стали поочередно пристегивать к уже заготовленным карабинам всех вновь прибывших.

— Фонариками светить только себе под ноги, — скомандовал кто-то из подоспевших проводников. — Смотрите куда наступаете. Если вдруг сорветесь — не дергайтесь, вы в одной связке, мы вытащим. Не бегите и не натягивайте страховочный трос. Следите, чтобы веревка все время провисала. Не разбирайте где чьи рюкзаки, берите первый попавшийся. Внизу в первом лагере разберетесь.

Я лишь отметил для себя что ребята, громко выкрикивающие команды и правила построения казались мне довольно опытными и подготовленными. Они не допускали паники, не торопились, не суетились, и по нескольку раз проверили крепление страховки каждого прибывшего. Часть рюкзаков и ящиков они взвалили на себя, и это несмотря на то, что им предстояло еще спускать вниз по склону тридцать возбужденных и перепуганных людей.

— Кореец! В этот раз группа совсем хилая. Может, подождем до рассвета? — предложил кто-то из проводников.

— Околеем здесь до рассвета! Надо рискнуть, лучше бросить вещи, потом за ними поднимемся.

Тот проводник, что прошел в портал первым, долго смотрел вслед уходящей группе присев у черных камней на самом краю уступа. Ответственный среди встречающих, похоже, тот самый Кореец, стоял рядом с ним, так же терпеливо дожидаясь пока они смогут остаться наедине.

— Как там дома, Седой.

— У нас заявок на несколько месяцев вперед. Поставщики сильно ломят цены, так что вы тут не расслабляйтесь — повышайте добычу!

— Если и дальше так будет продолжаться, я сам вернусь на Землю и устрою там зачистку. Мы и так переплачиваем в десятки раз больше.

Седой поднялся в полный рост, внимательно осмотрелся по сторонам и почти зашептал:

— Кореец, ты вообще понимаешь, чем мы рискуем⁉ Если нас подловят, то расстреляют на месте. Каждый раз, ведя группу этих беглецов и тупорылых зомби, я свою башку подставляю! А вы тут отсиживаетесь на теплой лужайке, с бухлом да бабами.

— Хочешь поменяться⁈ А Седой⁈ Может ты будешь присматривать за кучерявыми барашками, пока они собирают алмазы, а я стану таскать тебе новое «мясо» и ломить втридорога за простые вещи!

— Ты пасть-то не разевай, упырь косоглазый! Думаешь я не знаю какой курорт вы себе здесь устроили.

— Ну все. Хватит. — сбавил напор Кореец, вытаскивая из сумки плотно набитый мешочек. — Вот плата за этих барашков. Здесь четыреста грамм, но отборные. Вот список того, что нам понадобится в ближайшее время. И будьте пожестче с отбором. Берите только молодых. Бабки и старики нам здесь без надобности, мы тут пенсионный фонд организовывать не собираемся.

— Да ладно тебе прибедняться, вали уже! — буркнул Седой, прикидывая в руке вес холщового мешочка.

Кореец вынул сигарету, прикурил, и включив фонарик пошарил под ногами в поисках тропинки.

— Увидимся через неделю. Шефу привет передавай.

Я тихо протянул свободную руку к поясу и отстегнул Наташин карабин. Она поняла, что надо перехватиться и тут же уцепилась за камень и прижалась к земле.

Седой наблюдал за тем, как Кореец ловко спускается по тропинке, волоча на себе пару тяжелых рюкзаков.

Ветер усиливался. Как мне показалось, небо стало чуточку светлей, или просто глаза привыкли к темноте. Найдя уверенную опору для левой ноги, я немного подался вперед. В неработающем костюме я не смогу пройти и десяти шагов, чтобы меня не заметили. А в активном режиме эта зараза светится как новогодняя елка. Мельком взглянув на окаменевшую поверхность портала, я уверенно встал на две ноги и нащупал кнопку запуска систем жизнеобеспечения. Тихонько пискнул индикатор, показывающий, что отключен газовый фильтр. По запястью пробежала цепочка сигналов, тестирующая основные защитные системы. Костюм неохотно приобрел прежнюю подвижность. Сейчас нельзя было упустить момент. Седой может нырнуть в портал, но, если привлечет внимание, только что ушедшей группы, мы попадем в ловушку. Несколько быстрых и уверенных шагов. Стук подошв по гулким камням тут же выдают мое присутствие. Седой резко разворачивается, но мне уже хватает дистанции чтобы нанести сильный удар в горло. Вторым ударом я саданул ему под дых, отчего бедолагу буквально сложило пополам. Он явно не ожидал удара. Завалив проводника на бок, я не спеша вынул из клапана на бедре пистолет, снял с предохранителя, взвел и приставил к голове Седого.