Твои глаза — моя погибель - Люси Дейн

— Ты обманщица! — кричал Энди. — Такая же, как твой отец! Нет, еще хуже! Потому что используешь постель!

Пэм пыталась вставить слово, но он не давал ей и рта раскрыть. Обвинил во всех смертных грехах. Однако главной виной было то, что Пэм дочь своего отца.

— Фил Нортни! — ревел Энди, бегая по комнате. — Ловкий мерзавец! Но я вывел его на чистую воду. Слышишь?! Сегодня тебя вывел, а три года назад твоего папашу! А ведь он был моим финансовым директором, я доверял ему, как самому себе! — крикнул Энди, остановившись напротив Пэм. — Заключая какой-нибудь договор, обсуждал его лишь в общих чертах, детали оставлял на усмотрение Фила. И он этим пользовался, о да! Рассказать как? Или, может, знаешь?

Пэм качнула головой.

— Так слушай! Твой папаша говорил мне, что заказчик рекламы настаивает на участии в съемках, к примеру, некой кинозвезды. Речь также могла идти об определенной марке автомобиля, фасаде дорогого отеля и тому подобном. На все это выделялись определенные суммы из уплаченных заказчиком денег, остальное поступало в бюджет телекомпании. То есть я так думал, что поступает, а на самом деле твой папаша меня облапошивал! Вошел в сговор с одним из режиссеров, снимающих рекламу... Но я вывел аферистов на чистую воду! Правда случайно, как и тебя, — метнул он в Пэм гневный взгляд. — Как-то раз увидел рекламу своего канала, где вместо Николь Кидман мелькнула какая-то даже и не особенно красивая статистка. Но я знал, какую сумму составлял гонорар. Спрашивается, почему статистке выплатили такие же деньги, какие взяла бы Кидман? А если не выплатили, то где остальное? Я сел за компьютер, влез в сметы, отчеты и прочее, но даже намека на остаток не нашел. Зато увидел, что девушке выдана совсем смешная сумма и на то есть документ. Мне оставалось лишь нанять независимых экспертов, которые проверили всю финансовую документацию и определили точную сумму нанесенного телекомпании ущерба. Нанесенного твоим папашей, золотце, Филом Нортни! А теперь ты пытаешься повторить подвиги своего отца. Втерлась ко мне в доверие, влюбила в себя, сама клялась в любви... И я, как последний кретин, поверил! Снова! Боже мой, что я за идиот?! Два раза подряд меня обвели вокруг пальца! Два раза подряд! Сначала Мейда, теперь ты!

Пэм только вздрагивала, слушая все это. Большая часть обвинений была ей безразлична, как и махинации отца. В настоящий момент ее волновало лишь то, что происходило между ней и Энди — их разрушавшийся на глазах брак...

— И нечего так на меня смотреть! — кричал Энди. — Я знаю, куда делись деньги, которые Фил украл у меня: на них замечательно жила вся ваша семья, включая тебя!

Тут терпение Пэм наконец лопнуло. Она предоставила Энди возможность выговориться — отчасти потому, что хотела выяснить его логику и ход мыслей, — но дальше слушать не желала.

— Замечательно?! — гневно воскликнула она, выпрямляясь и сжимая кулаки. — Да ты понятия не имеешь, о чем говоришь! Из твоих денег мы с матерью не потратили ни цента!

— Слабо верится! — парировал Энди. — Но даже если так, то Фил попросту удрал с ними.

Скорее всего, за границу, потому что здесь его не могут найти до сих пор...

— Может, и удрал, только вряд ли с деньгами, — сердито произнесла Пэм. — Ты знаешь, что мой отец пристрастился к рулетке? Вижу, что нет. Так вот, как только выпадала возможность, он мчался в Лас-Вегас. И проигрывал там кучи денег. Совсем стал ненормальным, начал пить, впадал в бешенство, вымещал свое дурное настроение на моей матери и даже на мне. Мать не носила открытых платьев, потому что вся была в синяках. А еще у нее остался шрам от ножа. Так что мой папаша, как ты выражаешься, не обеспечивал мне безбедного существования, тут ты ошибаешься, дорогой! Я была рада, когда он исчез. И фамилию сменила, чтобы окончательно его забыть. А если ты смеешь думать обо мне плохо, то между нами все кончено! Убирайся! Места на вилле предостаточно! И больше ты меня не увидишь, завтра же уеду! — Не на шутку разъярившись, Пэм подскочила к оторопевшему Энди и толкнула его в грудь. — Прочь! Уходи! Видеть тебя не могу! Развод оформим через адвокатов!

Когда, машинально попятившись, Энди очутился в коридоре, она с треском захлопнула дверь и повернула ключ в замке. Оставшись в одиночестве, первым делом стянула с себя свадебное платье, скомкала его и швырнула в угол. Затем накинула халат и принялась вынимать из шкафа и бросать в сумку свои вещи.

Как ни странно, ей даже не хотелось плакать. Ее душу переполняло разочарование. Энди оказался не тем человеком, она в нем ошиблась.

— Вот что бывает, когда выскакиваешь замуж, не узнав как следует будущего муженька, — пробормотала она сердито, затягивая молнию на дорожной сумке. Правда, с ее губ все же слетел печальный вздох — ведь все так хорошо начиналось, — но лишь один.

Собравшись, Пэм отправилась в ванную, где смыла праздничный макияж. Затем переоделась в джинсы и футболку и устроилась в кресле ждать утра. Светало рано, и она надеялась покинуть виллу без опасений столкнуться нос к носу с Энди...

Пэм не думала, что сможет уснуть, но все же задремала. К счастью, проснулась вовремя, услышав пение пробудившихся с первыми лучами солнца птиц.

Поднявшись с кресла, оглядела напоследок супружескую спальню. Здесь еще оставались ее вещи, но Энди пришлет их позже — хотя бы в этом ему можно довериться.

С этой мыслью Пэм подхватила сумку и двинулась к выходу. Осторожно повернула ключ, тихонько толкнула дверь... и нахмурилась — дверь почему-то медленно отворялась. Что-то мешало движению — слегка, но все-таки... Что-то мягкое.

Она сначала услышала запах роз и лишь потом увидела их. На них пришлось наступить, потому что иначе выйти из комнаты было нельзя. Розы — срезанные с черенков цветки — устилали весь пол вокруг двери, и даже не в один слой. Из-за них-то дверь и не открылась сразу. Пэм с трудом протиснулась с сумкой в узкий проем.

И удивленно замерла, стоя на благоухавшем розовом ковре.

Они спали, сидя на полу, прислонившись спиной к стене, напротив спальни. Голова Энди свесилась на грудь, Мейда привалилась к его плечу. В эту минуту оба были похожи на возвратившихся после ночной смены рабочих в вагоне подземки. Хотя, наверное, и впрямь потрудились немало, срезая на клумбе розы и таская их сюда, к двери.

Для меня, подумала Пэм, прикусив губу.

В этот момент Мейда открыла глаза.

— Ой... это ты?

Как будто мог быть кто-то другой!

Опустив взгляд на сумку, Мейда добавила:

— Со шмотками?

— С вещами! — не удержалась Пэм.

В эту минуту проснулся и вскочил с пола Энди.

— Я ее задержала, — доложила Мейда, тоже поднимаясь.