К чему снится Император? - Вадим Шведов

от остальных стран уравняла все национальности, религии, вы также можете разговаривать на родном языке. Никто не будет ущемлять горцев, — я воспринимаю вас как подданных России.

— И каковы будут наши полномочия?

— Вы будете руководить местной жизнью Чечни и части Дагестана. Россия не собирается навязывать вам свои порядки. Да, здесь будут действовать законы империи, но не все, а только те, которые будут учитывать ваши традиции. Зная о приверженности горцев исламу, мы, например, не будем продавать тут алкоголь, проводить мероприятия, оскорбляющие национальные чувства. Ваша задача показать местному населению, что мы вместе будем только сильнее.

Старейшины в итоге согласились, а Кавказ постепенно становился своеобразной жемчужиной России. Горцы уважали Александра за силу, почтительное отношение к их вере и традициям. В стране в это время запрещалось оскорблять людей по национальному или религиозному признаку, проявлять любую дискриминацию, что на то время было просто удивительным. Так, Российская империя благодаря новой политике государя становилась по-настоящему домом для всех.

Глава 17

После сообщений в газетах о скорой ликвидации крепостного права в России пошли слухи о конституции. Цензурное ведомство работало в усиленном порядке. Было отклонено множество статей, в которых авторы возбуждали «неприязненные чувства» к самодержавию, а конституционное правление западных государств при этом восхвалялось. Даже прусский посол Отто фон Бисмарк в это время писал, что в России все ожидают изменения формы государственного управления.

В это время жизнь в царской семье продолжалась. Вернулся домой и Константин, полный сил и энергии. Жизнь текла спокойно и дружно, — любили, переживали, помогали друг другу. Вдруг осенью случилось беда, — тяжело заболела вдовствующая императрица Александра Фёдоровна. В середине октября вокруг умирающей собрались все родственники, но она несколько раз спросила «скоро ли будет Саша?», и когда он появился, вдруг успокоилась. Дети и внуки поцеловали ей руку, а она потом медленно заснула. Ночью же Александра Фёдоровна сильно стонала от боли. На следующий день ей стало хуже, а наутро она совершенно ослабела. Священник прочитал императрице отходную. Стояла полная тишина. Матушки больше не стало…

В горестных чувствах государь продолжил дела. Обещанное дворянам время решения проблемы подходило к концу, а император не должен нарушать своего слова…

28 января 1861 года в Мариинском дворце на заседании Государственного совета был вынесен проект Положения об освобождении крепостных крестьян. Документ стал зачитываться членам совета.

— С первого слова ложь! — громко заявил Адлерберг и отказался подписать первую статью, в которой говорилось о «доблести» дворянства, которое добровольно отказалось от владения людьми. Эти слова были сразу же вычеркнуты из текста великим князем Константином. Как ни странно, но и в Государственном совете в это время находились люди чести, отказывавшиеся лицемерить перед всесильным первым сословием. Остальное содержание Положения не встретило каких-либо возражений.

Одобренный документ был по требованию Александра отправлен к патриарху Филарету для подготовки к его будущему оглашению перед крестьянами. Несмотря на возражения святейшества о его несогласии с этим Положением, государь настоял на своём. «Я вас не заставляю соглашаться с этим документом. Речь идёт просто о том, чтобы донести о нём весть всем подданным Российской империи», — отвечал в обратном письме император. Не зная, что на это ответить, Филарет был вынужден согласиться. Издавна важные сведения передавались простому люду в церквях, и кто он такой, чтобы нарушать установленный порядок.

Манифест должен был быть опубликован в феврале, и общественность находилась в сильном напряжении. Накануне объявления в каждом полицейском участке было заготовлено множество розог.

— Зачем это? — спрашивали неравнодушные горожане.

— Для того, что сечь чернь, которая перестанет слушаться господ, — отвечали полицейские.

Одновременно с этим был отдан приказ, чтобы нигде не собирались в группы более трёх человек и была повышена плата за донос до 5 рублей. В городах появились удвоенные военные патрули. Все офицеры были отозваны из отпусков и находились в это время в казармах. Даже во внутреннем дворе Зимнего дворца расположились солдаты. Подготовлен был и конвой государя из черкесов и осетин.

Вечером 18 февраля в Зимний дворец приехали «защищать» императора виднейшие чиновники империи. Было очевидным, что данные господа просто боялись волнений и считали необходимым укрыться в самом охраняемом на тот момент здании государства.

Сели ужинать в столовой. За столом стояла тишина, и лишь государь выглядел умиротворённым. От сознания решения такой серьёзной проблемы Александр был крайне доволен. Вся эта борьба с крепостниками его сильно утомила. Раздали очередной порядок блюд, но вдруг раздался глухой сильный гул.

— Бомба! — вскричал князь Чевкин.

— Стреляют! — испуганно запричитали женщины.

— Звук другой совершенно, — спокойно и твёрдо сказал император.

Началась суета, плачь, панические разговоры. Все стали из-за стола, гости начали надевать каски. Через 5 минут выяснилось, что этот шум произошёл от сбрасывания снега с крыши. Государь так заливисто засмеялся, что даже пролил на себя вино. От этого он уже впал просто в дикий хохот, что ввёл в совершенное неудобство окружающих.

Успокоившиеся гости через минут пятнадцать вновь вернулись к ужину, но едва все расселись по местам, как послышался сильный колокольный звон. Гости опять встрепенулись, испугавшись, что в набат бьют заговорщики. Отправили узнать о звуке дежурного офицера. Выяснилось, что звонили у Исаакиевского собора в связи с похоронами священника.

— Это уже становится неприличным, господа, — отметил государь.

После принятия трапезы все разошлись по дворцу.

Между тем, по данным полиции, в ночь с 18 на 19 февраля в столице не случилось ни одного преступления, что, по сути, было в определённой степени рекордом для нового Петербурга.

Эта реформа осуществляла план государя по становлению гражданского общества в России. Фактически с принятием манифеста по отмене крепостного права уравнивались права всех граждан страны. Миллионы людей получали не только свободу, но и имущество. Не сохранялось даже малейшей зависимости крестьян от помещиков. Впервые за долгое время государство проводило радикальную реформу, не разрушая основ прошлой жизни. Преобразование казалось обществу вынужденным и по большей части справедливым, хоть и шокирующим по своему содержанию.

Утром 19 февраля 1861 года Александр, как обычно, вместе с семьёй пил чай в комнате у императрицы. Дети вели себя тихо, чувствуя общее волнение окружающих. Допив чай, государь пошёл себе в кабинет, а Мария перекрестила супруга. Она была готова в полной мере разделить с мужем все возможные испытания.

За рабочим столом государь подписал все документы, — вот и всё. Бумаги с дежурным офицером были отправлены к государственному секретарю Буткову… Манифест печатали во всех казённых и частных типографиях. Отпечатанный документ был разослан по всем церквям, и священники зачитывали волю Царя-Освободителя. Сам император в Михайловском манеже при огромном стечении народа зачитал манифест. После его оглашения следовало громкое «ура». Ликующий народ бежал по улицам за коляской Александра, не зная как