Калифорния (СИ) - Сван Лея

— За пятьсот долларов!

— Приятный бонус. Как фея Крёстная имею право на некоторые девиденты. Мистер «Красивые глазки» пригласил тебя на свидание?

— Свидание?! Ну конечно! Если это можно так назвать. За семьсот долларов. Вечер в качестве экскорта незнакомого мне мужчины. Как тебе?!

— Эммм… А может он имел в виду себя?

Предположение показалось бы забавным, если бы не ранило столь сильно. Само собой, Пэм не могла знать, как сильно Арнав оскоблен и как много ненависти ко мне накопилось в его сердце. Я видела это в ожесточённом холоде взгляда, в суровой складке поджатых губ. Нет, он не повел бы меня на свидание, даже под дулом пистолета. Да и Сьюзен… Сьюзен была тем «НО», что я могла произнести вслух.

— Нет Пэм, он не имел в виду себя, поверь! Как минимум по нескольким причинам. Во — первых — он встречается со Сьюзен. А во — вторых… Он просто хотел унизить меня, оскорбить, указать моё место…

— Оу, со Сьюзен? Ты уверена? — Не дожидаясь ответа Памела хмыкнула, — Очередной «мужчина мечты»? Да пусть даже и так. Кхуши, не знаю с чего ты себе надумала всякие гадости, но абсолютно уверена — парень заинтересован тобой и всерьёз. Иначе зачем бы врываться ко мне словно торнадо в Миссури и требовать твои координаты, пихая в руку банкноты? Или думаешь, ко мне каждый день заявляются миллионеры с вопросами о тебе? Оскорбить… Ну ты придумала! Кхуши, ты такая эмм… наивная! Наверняка всё не так поняла.

— Когда тебе предлагают составить компанию чужому мужчине на благотворительном вечере за деньги, как это ещё понимать? Конечно, он представил всё, как помощь его знакомому, недавно переехавшему в Штаты и работу переводчиком… Но суть от этого не меняется!

— То есть об интиме речи не было? Прости пожалуйста, но из-за чего тогда такой кипишь? Вполне нормальное предложение. Многие мои знакомые из начинающих актрис подрабатывают таким образом, за гораздо меньшие деньги. Если бы ты знала скольким состоятельным мужчинам нравится появляться в обществе с молодыми и привлекательными девушками, которые не испортят им репутацию. Чаще всего речь не идёт о сексе. Просто приятное и полезное для обоих времяпрепровождение. Девочки на этих тусах заводят полезные связи в кинобизнесе, плюс неплохой приработок. Я сама несколько раз… Впрочем, сейчас не об этом. Ты пойми — ничего оскорбительного тут нет. Вероятнее всего красавчик действительно хотел помочь другу …

— Партнёру. — уточнила на автомате. — Он называл его партёром. Если не выдумал, конечно.

— В любом случае — тебе не следовало отказываться. В другой раз, когда вы встретитесь…

— Я уже всё решила, Пэм, и другого раза не будет! Хватит с меня!

Пэм снова стихла, переваривая мой ответ, в конце — концов придя к разумному выводу,

— Ну, как знаешь. Хотя я бы на твоём месте… Впрочем… Думай о хорошем, Кхуши! — почувствовав моё напряжение она перепорхнула на другое. — Кстати о приятном — пока ты проходила пробы, я (исключительно чтобы унять волнение) прошвырнулась по магазинам. И угадай что? Отхватила сумочку от Донны Каран всего за четыреста двадцать баксов! Помнишь, ту, жёлтую, из витрины? Сегодня первый день летней распродажи и она дождалась меня, представляешь?!

Неожиданный поворот разговора дал вполне явно понять, что просить в долг у Пэм бессмысленно. Деньги, полученные от Арнава лежат сейчас в кассовом аппарате магазина «Донна Каран». Что ж, одним вопросом меньше.

— Очень рада за тебя Пэм, она чудесная! — надеясь, что мой голос звучит достаточно восторженно, перевела взгляд на часы — стрелки неумолимо отсчитывали секунды до завтрашнего дня. — Прости, но мне надо бежать.

— Кхуши, — голос Пэм утратил легкомысленные нотки, — серьёзно, зря ты так, насчёт Красавчика. Мне показалось, что у него всё серьёзно. Подумай ещё …

— Пока Пэм!

Что я могла ещё ответить? Решение принято, оставалось позаботься о насущном — достать деньги до завтрашнего обеда. Подмигнула Богине — прорвемся! Идущий по дороге всегда впереди стоящего на месте.

Сэмми долго не брал трубку, но кто из нас упрямее мы давно выяснили. С третьего звонка в трубке раздалось недовольное,

— Вообще — то — некоторые сегодня работают! В отличии от бездельников в бегах. Чего тебе? — и ничего из привычного «Птичка» и «Привет». Стоило ли сомневаться — ещё дуется.

— Прости меня, Сэмми! (похоже сегодня «День извинений», пора отметить в календаре). Мне правда очень-очень жаль, что так вышло!

— Да ну?! А так и не скажешь!

— Ну Сэээмми, — включила самый несчастный тон. — Я правда — правда очень ценю всё, что ты, вы все для меня сделали! Это был спонтанный и очень глупый поступок! Признаю! Я… я просто испугалась — Сью сказала, мол вы собираетесь отвезти меня в клинику. Проводить все эти обследования… Знаешь же — от одной мысли бросает в дрожь. Белые больничные стены, врачи с тускло блестящими, холодными инструментами… бррр…

— Ну да, а язык то у тебя отключился. Внезапный паралич! Произнести: «Не хочу!» не в состоянии. Или считала — насильно тебя в больничку потащим, связав по рукам и ногам?

— Нет, но…

— Ах нет?! Значит нет, не думала. Ну понятно, какая ерунда — друзья там нервничают, не спят, телефоны среди ночи обрывают…

— Это было совсем лишнее! Я не предполагала, что так… Знаю, сглупила. Ну… это же я! Сорри, Сэмми. Ну плиззз! Клянусь, если перестанешь дуться я две недели одна буду мыть туалет!

Тишина в трубке ознаменовала глубокие раздумья приятеля, а в прозвучавшем вопросе наконец сквозила улыбка,

— Две недели? Соблазнительно…

— Да, и все сковородки тоже мои. Мир?!

— Ох, птичка, разве я могу устоять! Моё старое сердце мягкое словно воск… — На заднем фоне что-то неразборчиво прокричали в громкоговоритель. — О, это по мою душу! Пора на площадку. Поговорим вечером.

— Ещё секунду! — второпях слова цеплялись друг за друга вырываясь непрерывной скороговоркой. — У нас проблема. Я только что встретила мистера Брауни — он требует завтра к обеду полную оплату за квартиру.

— Старый хрыч совсем сдурел?! Мы расплатились пару недель назад!

— В том то и дело — он помнит, но настаивает на новой оплате завтра, ссылаясь на договор аренды. Иначе выставит нас и отдаст квартиру. Желающие уже есть (подозрения насчёт личности этих «желающих» оставила при себе).

— Плевать на договор! Какого чёрта он творит? Он не может выставить нас вот так…

— Может! Ты же знаешь, что может. Если мы не заплатим завтра две тысячи…

В трубке повисло тягостное молчание. Тяжелый вздох и оборвавшее сердце,

— Я на мели, птичка. Если только у тебя…?

— У меня чуть больше семисот…. Может попросить у Эдди в счет зарплаты?

— Не выйдет. Уже как-то пытался провернуть этот номер. Безрезультатно. У него знаешь ли — «Принципы» — не давать и не просить в долг. Так что…

— Так у тебя совсем ничего? — попыталась ухватить за хвост ускользающую надежду.

— Ну, если пошарить по карманам и мелочь на карте… Может наберу баксов двести — триста. Нас это не спасёт.

— Ох, плохо…

— Да, мы в полной заднице, птичка!

Нули мерцали перед глазами, пробегая бесконечной вереницей. Нули, нули, нули…Тысяча долларов. Всего. Не так и много…

— Нет, я что-нибудь придумаю. — решительно тряхнув головой едва не выронила мобильный.

— Знаешь что, дождись меня — вечером вместе покумекаем. Что-нибудь да сообразим. Ладно?

— Конечно! — я уже не слушала его, прикидывая возможные выходы и отметая один за другим. — До вечера!

Мысль обратиться за помощью к Фернандо едва мелькнув, показалась настолько омерзительной, что тут же растворилась. Допустить, чтобы слова Арнава, будто я использую Фернандо в качестве спонсора, оказались правдой — ни за что! В конце концов, найти небольшую подработку не так уж сложно. Подбодренный этим соображением мозг в качестве варианта тут же подбросил предложение — почем-бы не поговорить с Пьетро насчёт работы по вечерам? Добродушный владелец кондитерской, расположенной под нами, явно симпатизировал мне. Возможно даже удастся договорится об авансе…