Руны огненных птиц - Анна Ёрм

кружки пиво и превратилась в бесстрашного котёнка. Но, кажется, горький вкус крепкого пива, подаваемого в доме ярла, был Иголке противен.

– Если не хочешь, пойду туда одна! – упрямо произнесла она.

В этот раз Ситрик усмехнулся. Нет, Иголка всё-таки была самой собой.

– Кажется, она тебе хочет показать что-то кроме колдуна. Если что, можешь оставить меня здесь, – хихикнул Холь в самое ухо, и Ситрик пальцами поймал птицу за клюв, чтобы та перестала болтать.

Ида припустила к воротам почти бегом, придерживая омеловый венок. Ситрик отправился за ней. Иголка летела по снегу так легко, точно была соткана из пуха. Лишь мелькал серо-голубенький подол её платья из-под расстёгнутого кафтана. Южные ворота, откуда изредка приходили и уходили люди с ферм, были открыты. Иголка выскочила за деревянные стены Ве, и Ситрик проскользнул следом за ней. Девица остановилась, дожидаясь. Она даже не запыхалась.

– Давай скорее! – подгоняла Иголка.

– Куда мы? – лишь удивлённо спрашивал Ситрик.

– Подальше от города!

Она бежала мимо ферм, и Ситрик еле поспевал за ней. Иголка терялась в снегу.

Вскоре высокие ограды ферм оказались позади, а Иголка не останавливалась, лишь переводила дух, когда Ситрик отставал от неё.

Теперь пришла пора ему страшиться…

Ситрик вспомнил опухшее от слёз лицо Эйрики и её пропавшую по дороге из Узкого пролива в Ве семью.

– Иголка! – громко окликнул он. – Постой, Иголка! Давай вернёмся! Мы уже слишком далеко от города. И погода неподходящая.

Девица остановилась. Она стала посреди дороги, как изваяние, обернулась. Лицо её было необычайно бледным, почти сияющим в снежном мраке.

– Ситка, нам нельзя возвращаться в город, пока мы не найдём колдуна, – твёрдо произнесла она.

– Да что ты такое говоришь? – Ситрик наконец поравнялся с ней.

– Нам нужно переждать у него, – негромко произнесла она. Взгляд её стал холоден и серьёзен, в нём не было ни капли страха.

– Мы же замёрзнем.

– Нет.

– В самом деле, Иголка, у тебя даже шапки нет. Хватит. Давай вернёмся!

Он поймал её за руку. Пальцы снова обожгло льдом. В глазах Иголки полыхнула злость.

– Нам нельзя в город, – упрямо сказала она. – Нам нужно к колдуну.

С этими словами она выдернула ладонь из хватки Ситрика и, развернувшись к нему спиной, пошла дальше.

– Ты хоть знаешь, что на днях здесь пропали люди? – бросил ей вслед Ситрик.

«Да что на неё нашло?!»

– Знаю, – холодно ответила Иголка. – Но ты же хочешь найти колдуна? Или уже нет?

Она свернула с тропы и пошла по снегу, утопая в нём по середину голени.

– Ты что, в самом деле пойдёшь за ней? – прошептал Холь.

– А ты хочешь предложить мне оставить её тут одну? – отчаянно, даже не понижая голоса, бросил Ситрик.

– Не нравится мне это всё. Она будто зачарованная.

– Я так и подумал…

– Не везёт же тебе на девиц, – язвительно ляпнул Холь.

Ситрик пропустил мимо ушей его слова. Он был слишком сосредоточен и взволнован.

Иголка обернулась, остановившись в снегу, и выжидающе посмотрела на парня. Тот не сдвинулся с места, проверил, на месте ли у него нож. Он успел порадоваться и тут же расстроиться оттого, что Холь рядом: тот теперь боялся огня, как обычная птаха. Они поменялись местами.

– Ситка! – позвала Иголка.

Парень недоверчиво сощурился. Кое-что он понял не сразу, но теперь…

– Ты не знала моего имени прежде и никогда не называла так. Я не представлялся тебе.

– Не дури, – раздражённо бросила Иголка.

– Что тебе нужно от меня, ветте, отвечай! – грубо крикнул он.

Будь Иголка собой, она бы тут же скорчила недовольную, обиженную гримасу, но на лице её не дрогнул ни один мускул. Она продолжала смотреть на Ситрика волком из-под рассыпающегося от бега венка.

– Ты, – коротко ответила Иголка или тот, кто был в её теле.

– Назовись, – требовательно сказал Ситрик, доставая нож.

Слова оберегающей молитвы, что пыталась вытравить Ракель, остались на его рукояти. Ещё тогда парень догадался, что нечистая сила страшится этого ножа.

– Ты меня и так знаешь, – произнесла Иголка. – Ты позвал меня сегодня, не так ли?

Кровь застыла в жилах. Она снова пришла, и на этот раз примерила тело другой сестрицы.

– Зачем ты пришла? – совладав с собой, спросил Ситрик.

– Я там, где смерть, – терпеливо ответила Ингрид, заставляя губы Иголки кривиться в непривычном выражении. – Ты же знаешь.

– Знаю, – сердито выговорил Ситрик. – Ингрид, отпусти Иду. Девочка тебе ничего не должна в отличие от меня.

– Как скажешь, – бесцветно произнесла дева.

Она дёрнула рукой Иголки, точно пытаясь освободиться из рукава. Тут же показалась ещё одна рука, полупрозрачная, белоснежная. Тело Иголки повисло, наполовину согнувшись, а из него торчало бестелесное существо Ингрид. Она выходила из Иды, как насекомое, сбрасывающее шкурку.

Иголка упала на снег без сознания и движения, венок свалился с её головы. Ингрид осталась стоять прямо над ней, только отступила на один шаг, высвобождая свои ноги из чужих ступней.

– Срань на башмаках, – охнул Холь.

Спрятав нож, Ситрик бросился к Иголке, коленями уткнувшись в снег, поднимая её и прижимая к себе. Ингрид стояла над ними не шевелясь, прямая, как ель. Иголка была холодна.

– Что ты наделала? Она же замёрзнет насмерть!

Вот почему руки её были так холодны, но она не чувствовала мороза. Всё это время в ней сидела Ингрид.

– Мне нужно было выманить тебя из города. Идём, я покажу тебе, где сейчас колдун.

– Ты в своём уме?! – Ситрик рассвирепел. – Ты хочешь, чтобы я оставил её здесь?!

– Можешь взять её с собой, – с благосклонной издёвкой проронила Ингрид.

Иголка вдруг сжала слабой рукой ворот его куртки. Ресницы её затрепетали, как крылья белых мотыльков. Ситрик качнул её, заставляя пробудиться скорее.

– Ида, – позвал он. – Очнись, Ида.

Она вздрогнула. Её тело точно сковала судорога.

– Х-холодно, – еле слышно пролепетала она, пытаясь раскрыть глаза.

– Ида…

– Иди за мной, Ситка, – требовательно повторила Ингрид.

– Где мы? – Иголка прижалась к Ситрику, пытаясь согреться. В её глазах застыли напуганные слёзы.

– Не так далеко от Ве, – ответил Ситрик.

– Почему мы…

– Ох, не спрашивай.

Ситрик снял с головы шапку и надел её на Иголку, отдал ей свой шарф, кутая, как ребёнка.

– Идём же, – напомнила о себе Ингрид. Лицо её было неподвижно, как лёд на глубоком озере в самый холодный из дней.

– Я не могу оставить Иду здесь, – произнёс Ситрик, подняв на Ингрид отчаянные, злые глаза. Она возвышалась над ним, точно божество. Меж деревьев за её спиной бродил проклятый волк, охраняя их. – Мне нужно отвести её в город. Сама она не дойдёт.

– Тебе нельзя возвращаться в Ве. Не сейчас.

– Да почему?! Проклятые веттиры!