Гегемон Греции! - Chen Rui

южном берегу реки Офанто, и в итоге певкеты подписали с даунианцами соглашение о перемирии».

«Может ли соглашение о перемирии гарантировать, что дауняне не нападут?».

Полидорус пожал плечами и сердито сказал: «Кто знает, что творится в головах этих варваров-идиотов. Все равно певкеты уже на нашей земле!».

Дракос зевнул, поскольку ему было неинтересно, что говорит Полидорус, но он не хотел, прервать его, ведь увидел что Давос внимательно слушает.

В это время он увидел, что Полидорус замолчал, и не мог дождаться вопроса: «Каковы особенности армии мессапийцев и певкетов?».

Когда речь зашла об этом вопросе, Полидор, естественно, снова стал эмоциональным: «У мессапийцев было много конницы, как и у певкетцев, но их пехота была плоха, так как у них не только не было хороших доспехов, но и строй был слабым, у мессапийцев не было дисциплины, они даже не знали, как выстроить фалангу, поэтому они никогда не осмеливались сражаться с нами лоб в лоб, а умели только подло нападать и преследовать, как трусливые бандиты! Но афиняне…».

Полидор повысил тон: «Мы — дети Спарты, поэтому во время Пелопоннесской войны мы, естественно, были на стороне нашего города-матери, но афиняне зашли так далеко, что помогли чужой расе, снабдив мессапийцев доспехами и оружием, и даже послали людей для обучения их тяжелой пехоты, поощряя мессапийцев сражаться против нас! Мессапийцы, освоив нашу греческую тактику и заручившись поддержкой Афин, нанесли нам больше вреда, чем когда-либо прежде! Если бы не Архитас…». — В этот момент Полидор слегка помрачнел.

Дракоса совершенно не волновала перемена настроения Полидора, он продолжал спрашивать: «Каковы боевые качества мессапийской конницы?».

Полидор беспомощно оглянулся на остальных, но, видя, что все заинтересованы, смог только сказать: «Мессапийцы — хорошие наездники. Они могут управлять направлением лошадей только ногами, даже не держа поводья, кроме того, они умеют метать копья верхом, что представляет угрозу для наших гоплитов».

Давос и Филесий посмотрели друг на друга.

Полидор заметил это, поэтому поспешил сказать: «Хотя мессапийская конница мощнее нашей, она, в конце концов, всего лишь дополнение в битве, и именно тяжелая пехота действительно имеет значение на поле боя. И даже если бы мессапийцам когда-то помогли афиняне, их тяжелая пехота все равно не сравнится с настоящими греческими гоплитами!».

Дракос снова спросил: «Сколько человек у мессапийско-певкеткого союза? Сколько граждан Таранто может послать на войну?».

Полидор посмотрел на него, затем развел обе руки и сказал: «Я всего лишь посланник. Совету решать, сколько граждан отправлять на войну, я не могу принимать решение. Что касается того, сколько человек в мессапийско-певкетском союзе… мы даже не знаем, жив или мертв Архитас, не говоря уже о численности войск врагов. Однако, по моим оценкам, их должно быть не более 30 000 человек, в то время как среди граждан Таранто, способных сражаться сейчас, включая гарнизонные войска в Бриндизи и Мандурии, есть не менее 16 000 молодых граждан, а вместе с твоим собственным войском в 14 000 человек, плюс 3000 человек из Метапонта и Гераклеи, общее число наших объединенных войск значительно превышает 30 000. Таким образом, мы должны быть в состоянии победить союз Мессапий и Певкетии без труда!».

***

Проводив Полидоруса, Давос вернулся в свой особняк и продолжил обсуждение.

«Архонт Давос, если это так, как сказал посланник, что Таранто может послать десятки тысяч людей, чтобы присоединиться к нам, тогда мы должны сначала спасти Мандурию». — Затем Дракос указал на карту и уверенно сказал: «Поскольку наши войска вдвое превосходят объединенные войска мессапии-певкетии, мы можем не только победить их, но и даже проглотить некоторых из них. Это значительно облегчит нам продвижение на север, чтобы укрепить Бриндизи».

***

Глава 273

«Я боюсь, что вместо того, чтобы сначала спасти Мандурию, Таранто заставит нас сначала спасти Бриндизи! Потому что, по крайней мере сейчас, Мандурия в безопасности, в то время как Бриндизи, имея всего две тысячи солдат и находясь далеко от Таранто, в гораздо большей опасности!». — с тревогой сказал Капус.

«Если это так, то мы не должны соглашаться!». — Дракос посмотрел на Давоса и твердо сказал.

«Архонт, если мы не отобьем врагов, находящихся в Мандурии, и вместо этого пойдем на север, мессапийцы могут перерезать наши транспортные пути после захвата Мандурии, и мы окажемся в опасности быть ущемленными с обеих сторон. Поэтому было бы лучше, если бы мы могли получить командование над союзными войсками, но если мы не можем взять командование, то, по крайней мере, автономия нашей теонийской армии должна быть гарантирована!». — торжественно предложил Филесий.

Давос кивнул в знак согласия.

***

После того как Капус и Дракос ушли, Давос остался наедине с Филесием.

«Как продвигается подготовка армии, которая отправится в поход?».

«Все солдаты первого и второго легионов вернулись в город на постой, но есть еще много солдат, которые еще не сменили оружие и снаряжение». — Сказал Филесий, видя, что лицо Давоса слегка встревожено, поэтому он поспешил объяснить: «Дело не в том, что они активно не заменили их, а в том, что в Турии и Амендоларе есть только три оружейные мастерские. Поэтому они не в состоянии завершить производство десятков тысяч новых доспехов и щитов всего за несколько месяцев, так как просто дубление коровьей шкуры — уже трудоемкий процесс, а ее количество настолько велико, что если бы не тот факт, что у нас есть луканцы Нерулума и Грументума, пасущие большое количество скота, нам потребовались бы годы, чтобы получить достаточно шкур».

«В таком случае, нам лучше использовать в этой битве старое снаряжение, а солдат заставить пойти в оружейную лавку и временно обменять их оригинальные бронзовые шлемы и щиты». — Давос сказал с легким сожалением, когда вдруг вспомнил кое-что: «Я слышал, что коринфский бизнесмен построил большую оружейную мастерскую в зоне экономического развития Амендолары, мы могли бы рассмотреть возможность дать ему несколько заказов, но я не знаю, готов ли он принять обмен».

«Торговца зовут Тиос. Я говорил с ним, и он более чем счастлив принять его».

«Он умный человек, но жаль, что он иностранец». — Давос подумал о простом кузнечном молоте с водяным приводом, который был успешно разработан в Институте математики, и задумался о поиске подходящего крупного торговца для сотрудничества. Эта машина могла значительно сэкономить рабочую силу и повысить эффективность ковки меди и железа, поэтому, естественно, Давос должен был передать ее в собственные руки для