За тебя, Родина! - Илья83

повежливее с офицером! Я — лейтенант Люфтваффе а не какой-то там фельдфебель! Так что придержи свой язык! — раздражённо отозвался тот, тем не менее, больше не пытаясь подняться на ноги.

Сначала Шольке не понял но тут же догадался. Он сам был в маскировочной куртке и знаки различия СС на воротнике пилот не заметил, приняв его за обычного солдата или младшего командира.

— Будешь много болтать так и помрёшь им! — отрубил Гюнтер, со всей возможной скоростью на животе проделывая путь обратно. — Я оберштурмфюрер СС, так что мне можно… А теперь заткнись и ползи за мной, если потом хочешь снова взлететь!

Только он это договорил как сзади раздался громкий взрыв! Тугая волна жара наверняка повалила бы их на землю, если они находились на ногах, но сейчас просто обдала горячим спрессованным воздухом. Всё, «Эмиля» больше нет, баки рванули. Чтобы удостовериться в этом Шольке оглянулся и… тут же пополз ещё быстрее, хотя и так прилагал до этого все силы.

— Быстрее, летун, ещё быстрее! Проклятье, да что ж так не везёт сегодня⁈ — прорычал Гюнтер, едва сам не вскочив на ноги. Лётчик, благоразумно не задавая вопросов, спешил за ним, почти не отставая.

Основания для такой спешки у них были. Потому что обернувшийся назад оберштурмфюрер увидел такое зрелище от чего у него пересохло в горле. Да, истребитель взорвался, тут Гюнтер не ошибся. А стоящий между ними французский бронетранспортёр защитил их от тучи осколков и волны взрыва, это хорошо… Проблема состояла в том что от такой близкой детонации самолёта «Lorraine» вспыхнул сам! Весь верх корпуса, обильно политый горящим авиационным бензином, весело полыхал, наглядно показывая что скоро его судьба может стать аналогичной поверженному воздушному охотнику.

А ведь топлива в баке «француза» вряд ли меньше чем у самолёта, не считая той вероятности что в бронетранспортёре вполне могут находиться брошенные боеприпасы. Поэтому незачем испытывать судьбу, надо оказаться как можно дальше отсюда!..

…Вот и те самые «ежи», которые Гюнтер миновал совсем недавно. Пробравшись прямо над одной из противотанковых мин Шольке схоронился за основанием рельсовой опоры «ежа» и отчаянно замахал рукой, вызывая к себе «Здоровяка». Рядом с ним весь скукожился лётчик, тяжело дыша и задыхаясь. Всё его лицо было чумазым от гари, по которому текли ручьи пота, оставляя за собой полосы более чистой кожи.

Тот изнеможенно закрыл глаза и прохрипел:

— Давно я так не ползал, оберштурмфюрер… Нет, война на земле точно не для меня, даже не уговаривайте! Я уж лучше там, на небе… Слетаю на вылет и вернусь обратно, к чистой постели, душу, вкусной кормёжке в столовой и девочкам, пахнущим ароматными духами… Ммм, быстрее бы обратно!

Майснер наверняка их заметил, потому что броневик выскочил из-за корпуса танка словно пришпоренный. Ревя мотором и резко маневрируя в разные стороны «Здоровяк» нёсся на выручку своему командиру. Гюнтер насмешливо покосился на летуна и ответил:

— Привыкли воевать с комфортом, лейтенант? Понимаю, такая война куда удобнее нашей, земной. Ни грязи, ни крови, ни выпущенных внутренностей, верно? Ничего, вам, пилотам, полезно иногда взглянуть на тех кто на самом деле занимает новое жизненное пространство для Рейха а не просто резвится в воздухе, понапрасну растрачивая драгоценное горючее! — и весело рассмеялся, глядя как его спасённый возмущённо вскинулся. — Лучше скажите как вас зовут, а то я даже не знаю как обращаться, помимо звания.

— А, чёрт, совсем забыл из-за такой дурацкой посадки! — скривился тот, пока броневик быстро приближался к ним. — Лейтенант Люфтваффе Ганс Филипп, к вашим услугам!..

Глава 60

Южная часть Дюнкерка, Франция.

27 мая 1940 года. День.

Лейтенант армии Его величества Юджин Питерс.

— Питерс⁈ Вы живы⁈ Отлично, ещё одна хорошая новость среди кучи дерьмовых… — устало улыбнулся полковник Болсом, крепко пожимая ему руку. — Я чертовски рад, лейтенант, что ваша рота смогла выбраться из той мясорубки!

— Здравствуйте, сэр… Рота, это слишком сильно сказано. Скорее, остатки взвода… — поправил его Юджин, с тяжёлым вздохом облегчения снимая с гудящей головы каску и присаживаясь на ящик из-под патронов в углу комнаты, нового штаба их командира. — А что касается мясорубки, так и есть. Какой-то тупой кретин из нашей собственной артиллерии едва не отправил нас всех к праотцам. Я потерял от такой «поддержки» почти два десятка парней, не считая раненых! Если встречу его то он точно не досчитается пары зубов, полковник! — не сдержался он, от злости чуть не сплюнув на грязный пол.

Болсом почему-то хмыкнул, отвёл взгляд в сторону и потёр подбородок. А потом посмотрел ему прямо в глаза и сказал:

— Сожалею, лейтенант, но пока не советую вам этого делать. Зубы мне сейчас нужны полностью, и я не могу позволить себе оказаться у стоматолога в ближайшее время из-за того что собственный подчинённый решил сорвать на мне злость! Так что придётся повременить, Питерс!

Юджин удивлённо уставился на него, вскинув голову. О чём Болсом говорит? Причём тут его зубы?.. Догадка вспыхнула как молния! Потребовалось вся его сила воли чтобы не вскочить с ящика и не осуществить задуманное. Так вот кто виновник того мощного артналёта!..

— Полковник… Так это были вы⁈ Какого чёрта⁈ — всё-таки он не совладал с собой и порывисто встал с ящика, очутившись с Болсомом лицом к лицу. Сейчас для него не было старшего офицера, Питерс говорил с ним как мужчина с мужчиной, и был намерен выяснить причину чудовищной ошибки, стоившей жизни семнадцати бойцам его роты. — Там были мои люди, сэр! Вы понимаете⁈ Мои живые солдаты! Они погибли из-за вас! При всём моём уважении, сэр, но каким местом вы думали, когда отдали приказ артиллерии похоронить нас⁈

— Всё сказали, лейтенант? Истерика закончена? — голос Болсома налился сталью, глаза чуть прищурились и смотрели на него в упор. Повязка на руке полковника из-за недавнего ранения покрылась пылью и придавала ему вид боевого пса, потрёпанного но по-прежнему опасного. — А теперь, если хотите узнать подоплёку этой истории, заткнитесь и слушайте! Я мог бы вообще не утруждать себя объяснениями перед младшим по званию офицером, но сделаю исключение, учитывая вашу ситуацию и состояние… Да, это была ошибка, признаю! Мне доложили что в окопах на вашем участке не осталось никого живого, а остановить вражескую атаку требовалось во что бы то ни стало! Поэтому я не колеблясь отдал приказ и наш лёгкий