Тело сдал — тело принял. Книги 1-7 - Александр Борисович Шорников

ними продолжала стоять несокрушимая стена щитов, откуда выглядывали жала копий.

— Пора! — решил Никитин, заметив, что первые ряды вражеских воинов уже перелезли через тела кочевников.

Никитин отдал команду.

— Арбалетчики! Первая сотня! — он сделал краткую паузу, давая время бойцам убрать тяжёлые щиты.

Щиты быстро ставились на землю, и арбалетчики торопливо целились в приближающиеся ряды противника.

— Пли!

Резкий слитный щёлчок от ударов десятков арбалетов, хлестко ударил по нервам, и воздух вздрогнул от пронзительных криков, перед их рядами сразу одномоментно попадали десятки бойцов. На правом фланге тоже страшно и дико орали перед сшибкой, заводя, и подбадривая друг друга, наёмники.

Копий уже никто не бросал, все, что можно было бросить в противника, уже было брошено, и сейчас противники старались сойтись в рукопашной, но у Никитина были несколько другие соображения по нынешнему сценарию боя.

Второй и третий залп выкосили всю легкую пехоту перед ними и частично перед дружинниками Оло, несколько облегчив тем жизнь.

Поле битвы перед их рядами несколько расчистилось, и сейчас к ним торопились плотные ряды воинов в одинаковых красных куртках с медными пластинками. «Краснорукие» — основная ударная сила Ка-Ато.

Их следовало подпустить поближе, лёгкие арбалеты не обладали такой страшной убойной силой как тяжёлые. Разведчики продолжали торопливо стрелять во врагов, не дожидаясь команды. Их тяжёлые стрелы методично выводили из строя частенько сразу по два бойца, несмотря на их доспехи, но «краснорукие» невозмутимо перешагивали через убитых и шагали вперёд…

— Как жаль, что тяжелых арбалетов у меня так мало! — в который раз с сожалением подумал Сергей.

На правом фланге воздух вновь содрогнулся от множества диких воплей — там наёмники, наконец, сошлись врукопашную со столь ненавистными им «красноруким».

Под напором противника весь правый фланг сильно прогнулся и Никитин, опасаясь того, что на них могут напасть сбоку, дал команду отступить метров на десять. Ободренные их мнимым отступлением вражеские воины бросились на них, несколько расстроив свои ряды, масса валявшихся перед их отрядом, убитых и раненых делала сложным движение одной линией.

Дождавшись, когда они подойдут поближе, Сергей вновь выкрикнул команду арбалетчикам. Залпы, следовавшие друг за другом, с интервалом в пять секунд, буквально выкосили сотни «красноруких», ещё до того, как они смогли вступить с ним в рукопашный бой.

Землянин всеми силами старался не допустить ближнего боя, и это ему пока удавалось. Потихоньку отступая, они слитными залпами расстреливали всех, кто к ним приближался.

Он ненадолго бросил взгляд вправо, оценивая общую ситуацию. Наёмников на правом фланге, сильно теснили, но они пока держались.

В центре бой шёл на равных, воины ожесточённо сражались друг с другом мечами, кинжалами и ножами, и никто из них пока не мог взять верх. Оло надсаживаясь, что-то хрипло орал, но в этой какофонии звуков его не было слышно.

Минут за десять такого боя, арбалеты его бойцов буквально выкосили тех, кто противостоял им, и арбалетчики стали стрелять уже по центру, где «краснорукие» сильно напирали на правый край и центр.

С городских стен своего владыку поддерживали лучники, которые лихорадочно опустошали корзины стрел, не давая превосходящим силам противника обойти правый фланг, но их было ничтожно мало.

Отряды наемников, тем временем, не выдержав такого давления, стали всё сильнее, и сильнее пятится назад к лагерю Никитина. Этого нельзя было допустить, в противном случае «краснорукие» зажали бы воинов Оло и дальше ударяли бы ему во фланг на плечах бегущих. Парировать прорыв такой массы народа он бы не смог, тем более что пришлось бы стрелять по своим союзникам.

Надо было срочно переламывать ход боя. Никитин взмахом руки подозвал разведчиков и минуту спустя их отряд на лошадях, обогнув поле боя, быстро мчался к шатрам на холме, где наблюдал за боем их предводитель.

Помимо Владыки там, было порядка сто воинов, одетых в богатые доспехи, видимо личные телохранители. Разведчики, обогнув сражающихся, издали открыли огонь из арбалетов. Отряд пеших гвардейцев человек пятьдесят опрометчиво бросившийся было им навстречу, был перебит, ещё не дойдя до них.

Арбалетные стрелы с лёгкостью прошивали их броню, вместе со щитами этих бедолаг. Расправившись с ними, бойцы вновь стали обстреливать, стреляя в шатёр. Там началась паника. Владыка, до этого надменно наблюдавший за полем сражения, торопливо скатился со своего трона.

Воины пытались, было защитить своего повелителя от этих страшных стрел, выставив вперёд кучу щитов, но для тяжёлых арбалетов это была не помеха.

Крики, доносящиеся с холма, привлекли внимание части командиров в рядах наступающей армии, и часть «красноруких» бросилась на помощь своему владыке. Но они не успели. С холма донёслись горестные вопли.

Землянин, напрягая зрение, увидел, как из шатра вытащили чьё-то тело в голубом халате и потащили вниз.

Тем временем наёмники не выдержали, напора «красноруких» и их отступление превратилось в поспешное бегство. Оло кинулся им, навстречу потрясая длинным кинжалом, в одной руке и мечём в другой.

Сергей торопливо выкрикнул команду:

— Готовь копья!

Щиты быстро опустились и вскоре во фланг вражеских шеренг понеслись сотни копий, на которых хищно блестели стальные наконечники. Потом последовал ещё один залп дротиками, который активно поддержали арбалетчики.

На поле боя воцарился сущий ад. Крики умирающих, мольбы раненых и лязг оружия всё смешалось в дикой какофонии.

Хорошо закаленные стальные наконечники копий легко пробивали доспехи «красноруких». Не выдержав такого мощного удара, который враз выбил из их рядов сотни бойцов, одномоментно, «краснорукие» перед ними стали в панике откатываться назад. Когда рядом вдруг падают сотни твоих товарищей, это сильно действуют на психику.

Но на правом фланге дела складывалось плохо, неприятель на плечах бегущих наёмников, ударил сбоку во фланг дружинникам владыки. Оттуда часто доносился поток брани, огромная туша Оло в окружении телохранителей металась в гуще боя. Он пытался остановить этот прорыв.

Арбалетчики Никитина теперь стреляли редко, противники перемешались, и уже трудно было разобрать в кого стрелять. Тем более что над полем стояли плотные клубы пыли, покрывшие толстым слоем красные и черныё куртки, сделав их одинаково серыми…

Вражеское войско, в какой-то момент, разделилось на два отряда. Один отряд человек пятьсот быстро убегал с поля боя, подстёгиваемые стрельбой разведчиков из тяжёлых арбалетов. Другой отряд раза в два больше, озверело, резались с остатками наёмников, и дружинниками владыки.

Землянин развернул шеренги и двинулся вдоль фронта схватки, отстреливая кидающихся им навстречу воинов. Быстро зайдя в тыл атакующим, он приказал воинам кричать «ура». От мощного вопля сотен молодых глоток у участников резни наступило некоторое просветление мозгов.

Красные куртки, увидев, что они окружены, бросились, было на них, но арбалетный залп,