"Фантастика 2023-195. Книги 1-17 (СИ) - Горелик Елена Валериевна

И нет чтобы радоваться последним теплым денькам, так я злюсь. Злюсь на себя, что, увидев сон не могу вернуться в строй уже битый час. Злюсь на Разрушителя, что приперся сюда со своей местью. Злюсь на Императора, что позвал или может не позвал его в наш мир. Злюсь на то, что мне сейчас предстоит искать способы не дать этому миру упасть в пропасть, над которой он повис, того и гляди свалится.

Но злость — это неплохое чувство. Оно заставляет сердце гонять кровь и снабжать ей мозг. Оно бодрит до дрожи, требуя принять решение. Главное не потеряться в ней. Не поддаться затуманиванию разума. Не позволить себе стать рабом стресса, что может последовать за перегоранием злости. Тут, как и везде, нужно держать баланс. Учиться ходить по краю, не заступая за черту. Но и не отпуская все на самотек. Не дать злости полностью управлять тобой. Научится держать ее на строгом поводке, не давать послабление, а если потребуется, то и резко одернуть.

Я учился этому долго. Вести бои только на тактике, стратегии и с холодной головой — хорошее решение, но редко реализуемое на практике. Разве, что в абсолютном спорте. Везде в прочих случаях, нужно уметь понимать себя. И иногда, именно злость, протягивает тебе руку помощи. Но не стоит обольщаться. Если упустишь момент и дашь слабину, то ты проиграл. Я не раз видел такое.

Нужен баланс. Я поднялся с постели и повторил себе это еще раз. Нужен баланс.

Я подошел к деревянной табуретке, что стояла в углу палатки и встал на нее ногами. Хлипкий стульчик качался. Ножки были неровные или поверхность, на которой стоял табурет. Не важно.

Качнувшись, я поставил табурет на две ножки и взмахнул руками ловя равновесие. Удержался. Постоял немного так, балансируя на краю. Улыбнулся и качнул стульчик еще раз, переводя его в стойку на одной ножке.

Табурет встал на угол и затрещал. Я оказался стоящим на одной ноге в самой верхней точке этой конструкции. Миг, и стул с хрустом рассыпался у меня под ногами. Я в падении кувыркнулся, мягко гася инерцию и вскочил на ноги у самого входа. Прямо лицом к лицу с Романом.

— Вот это цирковое представление! — восхищенно произнес подполковник и хлопнул в ладоши, не в шутку, а на полном серьезе.

— Давно тут стоишь?

Я только сейчас понял, что все действия проделал с закрытыми глазами. Прикрыл их, едва подойдя к табурету. А значит несколько десятков секунд я был полностью сосредоточен на своем внутреннем состоянии. Что ж не плохо для начала, особенно, когда столько времени не тренируешься.

— Ты как только на табурет встал, так я и зашел, — ответил Роман

— Значит, считай с самого начала. Молодец, тихо подкрался, — в шутку похвалил я подполковника.

— А то! — гордо заявил он. — На то мы и пограничники, чтобы к татям всяким подкрадываться да люлей отвешивать, — произнес и заржал.

Вот уж у кого настроение было отличное. Хотя после всей этой эквилибристики с сохранением баланса оно улучшилось и у меня. Но главного я добился. Злость не исчезла, она переросла в мотивацию. А это уже совершенно другое дело. Теперь я могу быть уверенным, что не стану пороть горячку, но и спуску никому не дам.

— Что-то случилось, что ты решил меня разбудить? — спросил я Романа, все так же с восхищением пялящегося на обломки несчастного стула.

— Да так, по мелочи, — отмахнулся Роман.

— Говори, — подбодрил я подполковника, а то еще ненароком решит выяснить как выделывать такое с табуретками.

— Там парнишка какой-то к лагерю приехал. Говорит, что вас ищет.

— Парнишка? — удивился я.

— Ага, Кириллом назвался.

— Черт! Как он так быстро-то? — вопрос я задал не Роману, а просто в пустоту, но подполковник принял его на свой счет.

— А я почем знаю? — удивленно вскликнул он. — Я этого мальца вообще в первый раз вижу.

— Да я знаю! Где он?

— Его стража задержала на въезде. С ним обоз какой-то.

— Отлично!

— Точно? — неуверенно спросил Роман.

— Точно! Веди к нему.

Мы прошли через лагерь, предающийся утренней лени. Почему-то я думал, что у наемников более строгий распорядок дня. Должны же они когда-то тренироваться. Отрабатывать какие-то маневры. Или чем занимается небольшая армия на постое?

Кирилл заметил меня издалека и принялся махать руками. Я поднял руку в ответ, и парнишка успокоился, поняв, что я его заметил.

Самострелы мы развернули на поляне стрелков. Места тут оказалось маловато, зато были мишени и открытое пространство. Отсутствие деревьев было как нельзя кстати. Огромные бандуры было бы сложно собирать в ограниченном пространстве. Зато после сборки они легко делились на три части и их можно было переносить даже через заросший низким кустарником лесок.

Но испытания я приказал проводить здесь. Самым главным козырем этой поляны было то, что сразу за мишенями начиналась чаща. И тянулась она на многие километры. Лагерь же был за спиной. Так что если гигантский арбалетный болт сорвется или улетит не туда, то последствия будут минимальны.

Василий Иванович выделил нам восемь человек из отряда арбалетчиков, и мы с Кириллом в присутствии Романа принялись экспериментировать.

Первым же выстрелом мы раскололи мишень для луков и загнали болт на метр в землю. Откуда его пришлось вытаскивать вдвоем.

Следующий выстрел пошел в молоко, и болт улетел в чащу, расщепив там ствол березы в ногу толщиной. Я еще раз порадовался удачному расположению стрельбища.

Болты были на вес золота и терять их было нельзя. Но все же пристрелка лишила нас одного снаряда. Рука стрелка дрогнула и болт ушел вверх, выше верхушек деревьев.

Мы сделали перерыв и отправили незадачливого стрелка искать свою суженую. Вернись он с лягушкой, я бы посмеялся. Хотя, представив, каких размеров должна быть жаба, чтобы держать во рту такую стрелу, решил, что лучше бы пусть он ее не находил. Так и случилось. Стрелок пришел обратно с пустыми руками, за что мгновенно схлопотал прозвище «пустострел».

Наверное, мы бы еще долго над ним подтрунивали, но на поляну ворвался солдат с выпученными от быстрого бега глазами и, задыхаясь произнес:

— На лагерь! Напали! Чудовища!

Глава 9

Едва услышав донесение наемника, я начал отдавать распоряжения.

— Арбалеты разобрать! Каждая пара берет на себя один самострел и переносит его в зону боевых действий! — кричал я, разбивая арбалетчиков по парам. — Кирилл, следишь за разборкой и сборкой оружия!

Кирилл кивнул, давая понять, то приказ понял.

Я обернулся к бойцу, что принес известия о нападении.

— Бегом в лагерь и приведи сюда еще четверых солдат из пехотинцев! — бросил я уже сорвавшемуся с места солдату.

— Кирилл, — обернулся я к оружейнику, — новеньким вручи по десять болтов, и прикрепи каждого к стрелковому расчету. Пусть заправляют болты в обоймы. Какая вместимость?

— По пять болтов каждая! — тут же выпалил Кирилл.

— Не густо, — буркнул про себя я.

Но вариантов не было. Все не по одной заряжать.

— Вы, — окликнул я уже бросившихся разбирать арбалеты бойцам, — подчиняетесь Кириллу. В этом бою он ваш непосредственный командир! Все ясно?

— Так точно! — дружно откликнулись солдаты.

Вот такая дисциплина мне нравилась больше. Если честно, то я вообще был доволен наемниками. Во всех критических ситуациях эти ребята смогли собраться, четко выполнять приказы и вести боевые действия. Что еще нужно от армии?

Оставив Кирилла дожидаться команды заряжающих, я рванул в лагерь.

От поляны бежать не дольше пару минут до крайних палаток, но еще за сотню метров я заметил хаос, царящий в ставке.

На бегу, я схватился за рукоять кинжала, и вызвал Шанса.

— Где ты⁈ — крикнул я, не беспокоясь о том, кто и что подумает.

— Что случилось? — практически сразу отозвался Шанс.

— Нападение монстров! — коротко ответил я. — Масштабов пока не знаю, но нужна помощь! Дуй сюда и прихвати с собой всех наших духовных товарищей. Пусть отрабатывают посвящения.