Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

мы сделать можем, и это не будет нарушением закона.

— Отлично, — сказал Ханимун. — Не знаю, что у нас получится, но попробовать придется. Валяйте.

* * *

Пастор и Мелани ехали в Сакраменто на помятом «кадиллаке». Стоял солнечный субботний день, и в городе было полно народу.

Включив радиоприемник сразу после полудня, Пастор услышал голос Джона Правдолюба, хотя время для его ток-шоу еще не подошло.

— Специальное сообщение для Питера Шобери из средней школы Эйзенхауэра, — сказал Правдолюб.

Шобери был человеком, у которого Пастор отобрал удостоверение личности, чтобы принять участие в пресс-конференции ФБР, а в школу Эйзенхауэра якобы ходила Роза. Пастор понял, что сообщение адресовано ему.

— Я прошу Питера Шобери позвонить мне по этому номеру, — продолжал Правдолюб.

— Они хотят заключить с нами сделку, — сказал он Мелани. — Мы победили!

Пока Мелани ездила по центру города среди множества других машин и тысяч людей, Пастор позвонил с ее мобильного телефона. Он решил, что, даже если ФБР сможет проследить звонок, вряд ли им удастся отыскать их машину среди других.

Сердце отчаянно билось у него в груди, когда он вслушивался в гудки.

Я выиграл в лотерею и пришел, чтобы забрать свой приз.

Трубку взяла женщина.

— Алло? — осторожно спросила она.

Может быть, в ответ на сообщение Правдолюба ей позвонил не один десяток придурков, подумал Пастор.

— Это Питер Шобери из школы Эйзенхауэра.

Она ответила мгновенно:

— Я соединю вас с Элом Ханимуном, заместителем губернатора.

Да!

— Но сначала мне необходимо убедиться в том, что это действительно вы.

Западня!

— Интересно, как вы это сделаете?

— Вы не назовете мне имя юной журналистки, которая была с вами неделю назад?

Пастор вспомнил, как Роза сказала: «Никогда не прощу тебе, что ты назвал меня Флоренс».

— Флоренс, — устало сказал он.

— Я вас соединяю.

Нет, не западня, просто мера предосторожности.

Пастор внимательно разглядывал улицы, опасаясь увидеть патрульных или машины с агентами ФБР. Ничего — только туристы и люди, занимающиеся субботними покупками. Через минуту он услышал низкий голос Ханимуна:

— Мистер Грейнджер?

— Вы готовы принять разумное решение? — не теряя времени, спросил Пастор.

— Мы готовы пойти с вами на переговоры.

— В каком смысле?

— Губернатор хочет встретиться с вами сегодня, чтобы обсудить пути устранения настоящего кризиса.

— А он готов выполнить наши требования и объявить о замораживании строительства? — спросил Пастор.

— Да, — немного поколебавшись, неохотно сказал Ханимун. — Но на определенных условиях.

— На каких условиях?

— Когда мы с вами разговаривали в моей машине, я сказал, что губернатор не может поддаваться шантажу, а вы упомянули некое решение этой проблемы.

— Да.

— Вы умный человек и наверняка понимаете, что губернатор рискует своей политической карьерой. Объявление о замораживании должно быть сделано исключительно осторожно.

Пастор с удовлетворением подумал, что Ханимун разговаривает с ним совсем другим тоном. Исчезло высокомерие, он начал уважать своего противника. Отлично.

— Иными словами, губернатор хочет обезопасить свою задницу и убедиться в том, что я не испорчу ему игру.

— Можно сказать и так.

— Где мы встретимся?

— В офисе губернатора, здесь, в здании Капитолия.

Ты окончательно спятил!

— Никакой полиции и ФБР, — продолжал Ханимун. — Вам будет гарантировано право беспрепятственно покинуть встречу вне зависимости от того, чем она закончится.

Да уж.

— Вы в фей верите? — спросил Пастор.

— Что?

— Знаете, такие маленькие барышни, которые летают и умеют творить чудеса? Вы верите в их существование?

— Нет, пожалуй.

— Я тоже. И я не попадусь в вашу ловушку.

— Даю вам слово…

— Это не обсуждается. Давайте забудем о нашем разговоре.

На другом конце повисло молчание.

Мелани завернула за угол, и они проехали мимо грандиозного здания Капитолия, выстроенного в классическом стиле. Где-то в одном из кабинетов сидел Ханимун и разговаривал по телефону, а вокруг него собрались агенты ФБР. Глядя на белые колонны, украшавшие купол, Пастор сказал:

— Я скажу, где мы встретимся, и советую вам записать все как можно точнее. Готовы?

— Не волнуйтесь. Я все записываю.

— Поставьте маленький круглый стол и пару садовых кресел перед зданием Капитолия, прямо на лужайке, словно собираетесь нас сфотографировать. Пусть губернатор ждет меня там в три часа.

— Прямо на улице?

— Послушайте, если бы я собирался его пристрелить, я бы уже давно это сделал.

— Наверное…

— В кармане у губернатора должно лежать подписанное письмо, гарантирующее мне свободу от преследования властями.

— На это я не могу согласиться…

— Поговорите со своим боссом. Он согласится.

— Я поговорю с ним.

— Кроме того, там должен находиться фотограф с камерой, которая выдает снимки мгновенно. Я хочу получить фотографию, на которой он вручает это письмо, — так мне будет спокойнее. Вы все поняли?

— Понял.

— И никаких глупостей. Сейсмический вибратор уже занял новое место и готов устроить землетрясение. В большом городе. Я не скажу вам в каком, но речь идет о жертвах, которые будут исчисляться тысячами.

— Я понял.

— Если сегодня в три часа губернатор не появится… Бах- ба-бах!

И он отключил телефон.

— Здорово! — вскричала Мелани. — Встреча с губернатором. Как ты думаешь, они подготовили для тебя ловушку?

— Вполне возможно, — нахмурившись, ответил Пастор. — Я не знаю. Не знаю.

Джуди считала, что все сделано