Фантастика 2024-179 - Руслан Ряфатевич Агишев

ведь спрятался поначалу и толком ничего не видел. Но слышал, что они там очень сильно лаялись. Апосля пальба началась. Так палили, что ухи закладывало. Из простых левольвертов так не пальнешь…

Договорить старый не успел. Князь его отбросил в сторону, а сам быстро вышел из кабинета в коридор, откуда тут же начал раздаваться его зычный голос:

— Поднять дружину! Всех, кто на месте!

Естественно, всю княжескую дружину не собрать не за день, не за два. За княжеским родом Сабуровых, согласно родовой книге, числилось больше тысячи одаренных и четыре тысячи рядовых дружинников, почти целая армия, разбросанная по всей стране. Здесь же, в столице, за час или два можно было собрать не более трех, может четырех, десятков человек, из которых одаренными будет лишь половина.

— Вскрыть мой арсенал! Я сказал, к черту замки! Зачарованные патроны…

Не зная, что их может там ждать, Сабуров решил не рисковать и вооружить своих людей оружием с зачарованными патронами. Имперский закон, конечно, смотрел на это не очень хорошо, но разве сейчас это было так важно.

— Держись, сын…

* * *

Витян был кем угодно — сумасбродным, отморозком, бессердечным, но никак не дураком. Хотя кое-кто иногда и позволял себя его так называть — например, тетушка. Однако ей это было простительно. Ведь, с самого младенчества с ним нянчилась, опекала.

— Я ведь знаю, тетушка, что до сих пор меня простачком считаешь…

Парень, пропустив вперед «бойцов», спрятался в самой гуще кустарника у стены сабуровского поместья. Самое место для него: ему отсюда все хорошо видно, а его, наоборот, никто не видит.

— Думала, поди, что я до седых мудей в скваде шестерить буду, — сейчас, когда все устраивалось так, как и планировалось, ему очень хотелось перед кем-то похвалиться. Из него это просто перло, не остановишь. — Нет уж, тетушка. Нет. Теперь все по-другому будет. Поняла?

Договорившись с самим главой Отдельного жандармского корпуса, Витян поверил, что вытянул по-настоящему счастливый билет. Никто в сквадах до него не мог похвастаться, что имел «мохнатую руку» среди жандармов. Он же имел в должниках целого жандармского генерала, настоящего одаренного и аристократа, которые по его слову все сделает. Разве это не счастливый билет?

— Мне теперь, вообще, никто слова поперек не скажет. А ты, тетушка, все болтала и болтала… Хватит! Все теперь против меня никто!

Витян полностью уверился в своей правоте. В мыслях он уже покупал роскошный каменный дом в два этажа в самом центре города с десятками слуг в ливреях. Разодетый по последней моде, с сигарой в зубах, фланировал по бульварам и раскланивался с важными господами, среди которых были сплошь граф и князья. А они вежливо жали ему руку, называя по имени-отчеству и звали к себе в гости. Именно эти картины годами лелеял он где-то глубоко внутри себя, всегда понимая, что этого с ним никогда не случится. И вот у него появился шанс воплотить мечту в реальность.

— … Ага! Кажется все, у него кончились патроны! И досталось, гляжу, неплохо…

Вырвавшись из дымки мечтаний, Витян резко вскочил на ноги. «На поле» боя все вновь поменялось. Рафи раскидал его бойцов, как мешки с тряпьем. Правда, и сам свалился на землю без сил. Самое время, чтобы с ним разобраться.

Он быстро пробежал открытое место и оказался в паре шагов от лежавшего паренька.

— Не, не, корешок! Не замай! — Витян навел пистолет на Рафи, приказывая лежать и не двигаться. — Хотя, волына-то без патронов. На кой хрен она теперь нужна? А у меня все в полном порядке! — Витян провернул барабан револьвера, показывая заполненные каморы. — Лежи!

Тот дернулся было, но силы его оставили. Рафи со вздохом снова свалился. Без единой кровинки в лице и неестественно вывернутой рукой, он совсем не выглядел опасным противником. Скорее задохликом, стоящим одной ногой в могиле.

— Зачем? — вдруг услышал Витян. — Ты же сказал, что я тебе, как брат…

Витян от вопроса едва не подпрыгнул на месте. В смысле, зачем? Разве это и так не понятно?

— А ты сам что ли не понял. Вроде, не дурак, — ухмыльнулся бандит. Револьвером уже не тыкал. Ведь, жертва все равно никуда не сбежит. — Это улица, Рафа. Здесь только овцы и волки. Я волк, а все вокруг овцы…

И это тоже были его мысли. Когда-то очень давно, ему на глаза попался дранный детский букварь с парой оставшихся страниц. На одном из разворотов красовался скалящийся волк и простенький стишок про букву «В». Сейчас толком уже не помнил, что там было написано. Но смысл отпечатался твердо: волк всегда один, овцы все в стаде. Вот так и он.

— Ничего личного, Рафа. Это улица и верить здесь никому нельзя, иначе она сожрет тебя с потрохами. А теперь, — он снова поднял пистолет, целясь прямо в грудь лежащего. — Нам пора прощаться, Рафа. Скоро за своей дочкой приедет счастливый папочка, к которому у меня очень долгий разговор…

Ствол пистолета глядел прямо в лоб парню. Палец уже поглаживал курок. Осталось лишь нажать на него, чтобы все закончиться. Но случилось странное — лежавший вдруг засмеялся. Конечно, зазвучавшее кряхтение и бульканье мало походило на смех, но оно определенно было им.

— Кхе… Кхе… Кхе… — с натугой, с перерывами на хрипы, смеялся Рафи. — Ты… договорился с Мирским? Ха, ха, поверил жандарму…. Ха-ха-ха! Ну ты и баран…

Витян скривился. Палец на курке дрогнул, заставляя задрожать ствол. Он едва сдерживался, чтобы не выстрелить. Останавливало лишь внезапно проснувшееся любопытство: а что же имел ввиду этот пацан? Ржал просто от безысходности? Или что-то знает на самом деле? Что этом могло быть?

— Ты в самом деле веришь ему? — Рафи с кряхтением сел, помогая себя здоровой рукой. — Я ошибся, Витян, называя тебя бараном. Это животное, конечно, упрямое, но точно не тупое. Ты точно кто-то другой… Он тебе, похоже, поклялся или может быть дал княжеское слово. Открою тебе секрет.

Рафи выглядел совсем плохо. Его ощутимо шатало из стороны в сторону. Рукав пораненной руки весь пропитался кровью, хоть выжимая.

— Дворянин, согласно Дворянскому кодексу, обязан держать данное им слово, но только в отношении равного себе по положению, — паренек грустно улыбался, разглядывая недавнего товарища. — Слово или клятва, противоречащие этому правилу, не могут считаться действительными. Именно так написано в кодексе… А если по-простому, то не благородного происхождения, и поэтому ему начхать на все ваши договоренности.

У Витяна после всех этих слово глаза начали кровью наливаться, словно у бешенного быка.

— Врешь ты все, падла! — со злобой вскрикнул он, давя на курок. —