Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

— А у Дасти всегда была такая аллергия?

— С рождения. Сначала на молоко — коровье, молочную смесь и даже на грудное. Он выжил благодаря козьему молоку. Тогда я все поняла. Люди делают что-то не так, если мир стал настолько загрязненным, что мое собственное молоко действует на ребенка как яд.

— И ты отвела его к врачам.

— Майкл настоял. Я знала, что от них не будет толку. Они давали ему лекарства, которые подавляют иммунную систему, чтобы смягчить аллергическую реакцию. Разве так можно лечить подобные болезни? Он нуждался в чистой воде, чистом воздухе и здоровом образе жизни. С самого его рождения я искала такое место.

— Да, тебе пришлось нелегко.

— Ты даже себе не представляешь. Одинокая женщина с больным ребенком не может найти работу, снять приличную квартиру, ей нигде нет места. Все думают, что Америка большая страна, но, будь я проклята, всюду одно и то же.

— Ты была в ужасном состоянии, когда мы познакомились.

— Я готова была убить себя и Дасти.

На глазах Мелани появились слезы.

— А потом ты нашла нас.

Лицо Мелани потемнело от гнева.

— Они хотят лишить меня нового дома.

— ФБР утверждает, что мы не могли устроить землетрясение, а губернатор молчит.

— Ну и черт с ними, мы сделаем это еще раз! Только теперь позаботимся о том, чтобы они нас не проигнорировали.

Мелани сама произнесла нужные слова.

— Нужно причинить настоящий вред, разрушить какие- нибудь здания… Но тогда могут пострадать люди.

— У нас нет выбора!

— Мы можем оставить долину, распустить коммуну и вернуться к прежнему образу жизни: обычная работа, деньги, отравленный воздух, зависть, ревность и ненависть.

Он напугал Мелани.

— Нет! — воскликнула она. — Не говори так!

— Наверное, ты права. Мы не можем отступить.

— Конечно, не можем.

Пастор еще раз оглядел долину.

— Мы должны сделать все возможное, чтобы долина осталась такой, какой ее сотворил Бог.

Мелани закрыла глаза и с облегчением проговорила:

— Аминь.

Он взял ее за руку, и они вместе спустились к машине.

Когда они ехали по узкой дороге, Пастор спросил:

— Ты собираешься сегодня забрать Дасти из Сан-Франциско?

— Да, я уеду после завтрака.

Пастор услышал, как странный шум перекрыл астматическое дыхание древнего двигателя «барракуды». Он выглянул в окно и увидел вертолет.

— Черт! — рявкнул он и резко нажал на тормоз.

Мелани бросило вперед.

— Что такое? — испуганно спросила она.

Пастор остановил машину и выскочил наружу. Вертолет летел на север. Мелани вышла из машины.

— В чем дело?

— Откуда здесь взялся вертолет?

— О Господи, — потрясенно проговорила она. — Ты думаешь, они ищут нас?

Шум стих, но вскоре вернулся. Неожиданно из-за верхушек деревьев вновь показался вертолет, теперь он летел очень низко.

— Думаю, федералы, — сказал Пастор. — Проклятие!

После вчерашней бездарной пресс-конференции он считал, что они еще несколько дней будут в безопасности. Кинкейд и Хейес не производили впечатления людей, способных его найти. А теперь они здесь, в долине.

— Что будем делать? — спросила Мелани.

— Сохранять спокойствие. Они прилетели не за нами.

— Откуда ты знаешь?

— Я об этом позаботился.

— Пастор, почему ты все время говоришь загадками? — В голосе Мелани звучало отчаяние.

— Извини.

Он вспомнил, что ему не обойтись без Мелани. Значит, нужно ей все объяснить. Пастор собрался с мыслями.

— Им ничего не известно о существовании коммуны. Сведений о нас у них попросту нет — нашу землю взяла в аренду Звезда. У полиции и ФБР нет на нас данных — мы ни разу не привлекали к себе внимания. О нас не было ни одной статьи в газете или передачи по телевидению. Мы не зарегистрированы в налоговом управлении. Нашего виноградника нет на карте.

— Так почему же они здесь?

— Я думаю, они прилетели за «Лос-Аламосом». Полиции и ФБР наверняка известно о существовании этих кретинов, да и другим правоохранительным органам Соединенных Штатов тоже. Они стоят у ворот своего лагеря с винтовками в руках, чтобы все знали, что там живут опасные вонючие безумцы.

— Но откуда ты можешь знать, что ФБР прилетело именно за ними?

— Я об этом позаботился. Когда Звезда звонила на передачу Джона Правдолюба, я попросил ее произнести лозунг «Лос-Аламоса»: «Мы не признаем юрисдикции правительства Соединенных Штатов». Я оставил ложный след.

— Значит, мы в безопасности?

— Не совсем. После того как они ничего не найдут у «Лос-Аламоса», федералы могут заинтересоваться другими жителями долины. Они увидят наш виноградник с вертолета и нанесут нам визит. Так что нужно предупредить остальных.

Пастор сел в машину. Как только Мелани устроилась рядом, он нажал на педаль газа. Однако машине уже исполнилось двадцать пять лет, и она не была приспособлена для быстрой езды по узким, извилистым горным дорогам. Пастор проклинал чихающий карбюратор и едва живую подвеску.

Стараясь удерживать скорость на неровной дороге, Пастор пытался понять, кто в ФБР принял решение о рейде. Он не мог себе представить, что Кинкейд или Хейес способны на интуитивные догадки. Значит, за ними стоит кто-то еще. Интересно, кто?

Сзади их догоняла черная машина с включенными фарами, хотя было достаточно светло. Они приближались к повороту, но шофер просигналил и пошел на обгон. Пастор разглядел водителя и его спутника, крупных парней, одетых достаточно небрежно, но чисто выбритых и коротко подстриженных.

Сразу же вслед за первой машиной, громко сигналя, пронеслась вторая.

— Черт подери, — проворчал Пастор.

Когда ФБР куда-то торопится, лучше убраться с дороги. Он притормозил