Катрин (Книги 1-7) - Жюльетта Бенцони

Ла Тремуя, озлобленного к тому же пристрастием молодого графа в королевском окружении. Не будь всего этого, ей пришлось бы выдержать его визит. Она подняла голову и взглянула в лицо графини.

– Я сдержу свое обещание, – подтвердила Катрин.

– Хорошо, возвращаемся. Спать будешь в ногах моей кровати на бархатных подушках.

Друг за другом они вышли из темного прохода.

* * *

Катрин плохо спала на импровизированной постели из подушек. Она нервничала, размышляя над тем, как граф Ла Тремуй будет реагировать, узнав, что она исчезла. К тому же в закрытой комнате было тепло и душно от нестерпимого запаха резких духов.

Она все-таки заснула, но когда рано утром Виолен подняла ее, Катрин чувствовала себя разбитой от усталости и головной боли. Она не сразу смогла вспомнить, что происходило вчера.

– Пошли! – сухо потребовала фрейлина. – Вставай! Внизу ждут два лучника и сержант. Они отведут тебя в цыганский лагерь.

Катрин встала, умыла лицо. Требовательный тон Виолен раздражал ее, но было ли у нее средство поставить девчонку на место? Фаворитка графини явно недолюбливала ее. Эта выскочка не очень благородных кровей раздражала ее.

Графиня Ла Тремуй еще спала, и, не желая ее пробуждения, Катрин спешила. Спустя некоторое время она шагала к воротам замка в сопровождении сержанта, явно недовольного этой вылазкой, и двух лучников.

Утренняя заря освещала небо, и ветер доносил свежесть сырой земли. Катрин почувствовала себя бодрее, в голове появилась ясность, и мысли пришли в порядок. Чистый воздух был так приятен после многодневного нахождения в закрытом помещении.

Но проблемы никуда не исчезли и беспокоили ее. Сумеет ли она увидеть Терейну так, чтобы Феро не заметил ее присутствия? Это было маловероятно, и, следовательно, предстояли переговоры. Еще вчера охваченный безумием цыган разыскивал ее в замке, и это не предвещало ничего хорошего. Не попытается ли он вырвать ее у стражников?

До табора было недалеко. Пройдя через ворота, надо было только спуститься в ров, окружавший замок, и у Катрин было мало времени на размышления. К тому же она постаралась пока не думать о предстоящих заботах. Она полагала, что в это раннее утро табор будет еще спать, однако там царило необычное возбуждение. Женщины разжигали костры, несли воду из реки, а старейшины и мужчины собрались в кучку около повозки древней «фюри дай». Все стояли молча, от них веяло печалью. В какой-то момент Катрин подумала, что старуха умерла, но вскоре увидела ее сидящей на земле, завернутой в лохмотья. Вся группа, подняв головы, с нескрываемым испугом смотрела в сторону замка. Феро среди них не было.

Приход Катрин, одетой в хорошее платье и сопровождаемой вооруженными людьми, вызвал у цыган оцепенение и страх. Зачем явилась она к ним, эта незнакомка, принятая ими из милости? Как посмела прийти вместе с солдатами? Несколько человек с угрожающим видом уже направлялись к ней, когда Терейна, дремавшая на камне рядом с костром, узнала ту, которую называла своей сестрой, и бросилась ей навстречу. Ее лицо светилось от радости.

– Чалан! Ты вернулась! Я и не надеялась больше увидеть тебя!

– Я пришла ненадолго, Терейна! И только ради того, чтобы увидеться с тобой. У меня есть к тебе просьба… как видишь, я пришла под стражей.

Волнение в цыганском таборе совсем не понравилось сержанту. Он смотрел на смуглые лица цыган с видимым недоверием, держа руку на эфесе шпаги. Стражники зорко наблюдали за движениями толпы, заложив стрелы в луки. Терейна бросила на них перепуганный взгляд и сказала разочарованно:

– Жаль! Я думала, что ты принесла новости о Феро.

Несмотря на угрожающие позы лучников, цыгане приближались к ним, чтобы получше слышать, о чем они говорят. Один из них крикнул:

– Феро – наш вождь! Говори, что с ним случилось, иначе…

– Помолчите! – обрезала Терейна с яростью. – Не угрожайте ей. Вы что, забыли, она – законная жена Феро?

– И что мои люди стреляют метко, – проворчал сержант. – Отойдите отсюда! С этой женщиной не должно ничего случиться, если только она не вздумает убежать. – Он уже вытаскивал свою шпагу.

Цыгане отступили, круг расширился.

– Я не знаю, где Феро, – сказала Катрин. – Вчера я его видела во дворе замка переодетым в крестьянина. Стража выбросила его за ворота.

– Он пошел в замок вчера вечером. Он знал, что в замке празднество, и, воспользовавшись этим, хотел подняться в башню. С собой он брал медведя. Медведь вернулся ночью раненный и один.

– Клянусь тебе, Терейна, я не знала, что Феро опять приходил в замок. Какая безумная идея!

Терейна опустила голову. Огромная слеза скатилась на ее красное платье.

– Он тебя так любит! Он хотел любой ценой забрать тебя. А теперь… Я хочу знать, что с ним случилось.

Заплаканные глаза юной цыганки тронули сердце грозного сержанта, он негромко спросил:

– Человек с медведем? Его застали, когда он лез по стене донжона в окно. Он защищался как черт, и его приняли за сумасшедшего. Произошла стычка, и медведь убежал.

– А Феро? Мой брат?

– Его бросили за решетку в ожидании приговора.

– Почему же приговора? – воскликнула Катрин. – Его взяли, когда он лез на башню. Но неужели это такое большое преступление, чтобы судить человека и выносить приговор? Разве нельзя было просто выбросить его за ворота?

Лицо сержанта нахмурилось, глаза стали жесткими.

– Он был вооружен и убил одного из наших стражников. За это и будут судить. А теперь, дочь моя, делай поскорее, что тебе нужно, и возвращаемся. Я не хотел бы задерживаться здесь.

Катрин ничего не ответила, отвела в сторону Терейну, разразившуюся рыданиями. Девушка, как и Катрин, понимала, что ожидает Феро. Если цыган убил, его повесят… или хуже.

Сама не желая того, Катрин тоже заплакала, подталкивая маленькую цыганку к повозке: то, о чем она хотела говорить, не должны были слышать другие. Солдаты пошли за ними и встали по обе стороны повозки. Терейна по-прежнему громко всхлипывала, а Катрин искала слова, способные ее утешить. Неминуемая гибель Феро и ей причиняла боль. Этот человек полюбил ее до безумия только за одну ночь, отданную ему против воли, и ради нее рисковал всем. Теперь он должен умереть за эту безрассудную любовь… Молчать больше было нельзя. Если она принесет желанный напиток, то, может быть, госпожа Ла Тремуй не откажет ей в просьбе помиловать цыгана. Однако действовать надо быстро.

Катрин взяла Терейну за плечи и слегка встряхнула.

– Послушай меня. Перестань плакать. Я вернусь в замок и попробую его спасти. Но ты должна мне дать то, ради чего я пришла сюда.

Терейна вытерла глаза