Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I - Гэв Торп

В основном царица вела себя очень осторожно, властью не злоупотребляла. Несмотря на репутацию декадентов, в некотором смысле жители Ламии оставались в неведении, как и остальные неехарцы. Никто за пределами дворца не догадывался, что Неферата больше не прикована к Женскому дворцу, и никто, кроме членов клики заговорщиков, не знал, что городом давно правит не царь.

Неферата хотела, чтобы так продолжалось всегда. Нагаш верил, что сможет стать Вечным Царем и править Кхемри, не вызывая гнева остальных великих городов, но царица была куда осмотрительнее. Теперь, снова имея возможность общаться с детьми, она, помимо своих внешнеполитических планов, хотела обеспечить продолжение правящей династии. Когда ее сын Ламазу достигнет брачного возраста, Неферата подыщет ему подходящую жену, а Ламашиззару придется присоединиться к предкам в загробной жизни. Естественно, сама она, как и подобает покорной жене, сделает вид, что пьет из отравленного кубка, чтобы сопровождать мужа в стране мертвых, и для всех просто умрет.

Фокус в том, чтобы убедить остальных заговорщиков изобразить собственную смерть. Их долгие жизни (и поразительная жизненная сила) уже вызвали нежелательные слухи как при дворе, так и в соседней Ливаре. По сведениям шпионов Ламашиззара, царица Халида уже не раз высказывала свои подозрения, но пока еще не обвинила своих царственных кузенов в противоестественных деяниях публично.

Неферата неоднократно пыталась достучаться до Халиды в надежде, что их прежняя дружба поможет завязать более прочные узы между двумя городами, но до сих нор царица Ливары всякий раз находила уважительные причины, по которым не могла принять приглашение своей кузины.

Кроме того, нужно решить, что делать с Арханом. Пока что его знания о колдовском искусстве Нагаша перевешивали риск, которому она подвергалась, сохраняя ему жизнь, но равновесие быстро смещалось. Неферата уже и сама улавливала тончайшие нюансы заклинаний Узурпатора. Скоро она позволит В’сорану приступить к изучению скрытых аспектов некромантских знаний Нагаша. Когда это произойдет, Архан будет полезен ей только своим искусством владения мечом и умением поставлять жертв для ритуалов. Однако со временем и с тем и с другим наверняка с легкостью справятся Абхораш и Ушоран. Было до трогательного просто завоевать преданность монстра, хотя и пришлось открыться Архану больше, чем хотелось. Неферата уже с нетерпением ждала того дня, когда сможет приказать Абхорашу избавить ее от бессмертного и положить конец этому утомительному предприятию.

Царица толкнула дверь убежища и торопливо вошла, помня о песке, с шорохом вытекающем из часов. Убайд уже разложил все необходимое для ритуала и зажег благовония для заклинаний. Жертву тоже приготовили — в центре круга стоял человек. Ему промыли раны и дали зелье, прогоняющее усталость. Это позволит ему бодрствовать во время грядущей церемонии.

Человек был частью эксперимента, который проводила Неферата, пытаясь улучшить результаты ритуала Нагаша. Архан отыскал его в убогом квартале беженцев в западной части города: молодой мужчина, в неплохой физической форме, достаточно здоровый, чтобы выдержать неделю мучений. Его приковали к железному кольцу, вделанному в потолок над центром ритуального круга. Темные камни у его ног были залиты кровью. Надрезы на израненном теле, складывающиеся в точный замысловатый рисунок, были сделаны согласно диаграммам из книг Нагаша и представляли собой вершину искусства мучителя. От этих ран каждая жилочка в теле жертвы отзывалась нестерпимой болью.

Согласно экспериментам некроманта, ни одна жертва не выдержала кошмара непрерывной боли дольше восьми дней. По оценке Нефераты, на седьмой день энергия жертвы достигала своего пика; после этого она ослабевала, так как тело начинало умирать.

И сейчас настало время истинной проверки предположений. Неферата подошла к столу у ритуального круга. Острые как бритва пыточные инструменты, тщательно вычищенные, лежали в стороне на чистой ткани. На их место Убайд положил кривой жертвенный нож, поставил золотую чашу и инкрустированный драгоценными камнями кубок, из которого Неферата любила делать первый глоток эликсира. Тяжелый том с описанием великого ритуала лежал, открытый на нужной странице, на краю стола, но она едва взглянула на него, давным-давно выучив наизусть все нужные фразы и жесты.

Неферата глубоко вдохнула, упиваясь изысканным ароматом благовоний, наполнявшим комнату. Протянула руку и потрогала лезвие жертвенного ножа — остро заточенная бронза была холодной на ощупь. Царица улыбнулась, провела пальцем по узкой деревянной рукоятке и взяла нож, такой легкий и удобный.

Она осторожно ступила в круг и посмотрела юноше в глаза. Его взгляд устремился на нее, одновременно испуганный и полный надежды. С разорванных губ сорвался слабый стон.

Царица смотрела ему прямо в глаза. Архан научил ее обращаться к силе, заключенной в эликсире. Этим она сейчас и воспользовалась, отметив, как разгорается искра желания во взгляде юноши. Он глубоко, судорожно вздохнул, и по выражению его лица Неферата поняла, что агония, терзавшая его тело, преобразовалась в нечто более острое, более сладкое и намного более мучительное, чем все, что он испытывал до сих пор. Она заставила его ужасно страдать все последние дни его жизни, и все же он любил ее, любил всей душой и сердцем. Он жаждал ее через боль, снова и снова.

Улыбаясь, Неферата засунула нож за пояс и подошла к нему так близко, что его затрудненное дыхание овевало ее щеку. Она потянулась почти лениво и расстегнула цепи, сковывавшие его запястья. Когда оковы упали, он пошатнулся, но устоял на ногах. Его удерживал ее взгляд.

Неферата улыбнулась еще шире.

— Ты доставил мне удовольствие, — произнесла она, и юноша содрогнулся. — Теперь осталось сделать только одну последнюю вещь, и тогда, мой сладкий, ты навечно будешь со мной. — Она вытащила нож. — Ты сделаешь это ради меня?

Его губы шевелились, с них срывались обрывки звуков, и наконец в глазах юноши заблестели слезы досады. В конце концов, он просто слабо кивнул.

— Я знала, что ты меня не подведешь, — мягко сказала Неферата. — Возьми это. — И протянула ему нож.

Юноша вытянул дрожащую руку и схватил сверкающий клинок.

— Хорошо, — прошептала Неферата. — Подожди немного.

Она отошла к краю круга. Час настал. Рядом с ней возник Убайд, безмолвный и решительный.

Неферата вскинула руки, не отводя взгляда от глаз жертвы.

— Пора, — сказала она. — Повторяй за мной.

Она начала произносить слова заклинания, медленно и значительно. Юноша в центре круга присоединился к ней. Неферата ввела его в ритуал, вплетая в заклинание его боль и страсть, и он подчинялся охотно, жадно. В этот миг он хотел отдать ей все, чего пожелает ее сердце.