Время жить (трилогия) - Виктор Тарнавский

– Да вот, теперь старший штурман на транспорте, – Боорк кивнул в сторону громады грузового корабля. – А ты здесь?

На пленных Боорк усердно старался не смотреть.

– Как видишь, – развел руками Куоти. – Вообще-то, я сейчас немного занят. Давай встретимся чуть попозже, хорошо? У тебя время есть?

– Мы вылетаем только послезавтра, так что есть, – кивнул Боорк. – Свяжись со мной по браслету, ладно?…

– …Вот я и опять здесь, – вздохнул Боорк, заканчивая свою историю. – Как будто ничего и не изменилось… Вы все так же воюете?

– Да нет, уже не воюем, – сказал Куоти. – У нас сейчас что-то вроде временного перемирия. Они стараются держаться подальше от нас, мы строим базы и, насколько мне известно, налаживаем контакты с западными…

– Все равно, это не надолго, – с горечью произнес Боорк, и уголки его рта собрались в жесткие складки. – Ведь скоро и второй этап, верно? И тогда мы окончательно уничтожим этот мир…

– Это как-то слишком безнадежно, – повел плечами Куоти. – Я надеюсь, что до этого не дойдет. А может быть, столкнувшись с этим миром, мы изменимся сами?… Расскажи лучше о Тэкэрэо, вы ведь пришли оттуда? Никогда не был на этой планете.

– Да я сам только в порту и был, – развел руками Боорк. – Так что рассказать особенно нечего. Колония как колония. Хотя, конечно, чувствуется: это какой-то немного печальный, ущербный мир. Я читал, несколько десятков тысяч лет назад там произошла какая-то катастрофа, в которой погибли почти все виды животных и растений. Там и сейчас очень бедный растительный и животный мир. Выжившие, конечно, размножились, но они все равно не успели заселить все опустевшие ниши…

– Да, здесь все, конечно, не так, – заметил Куоти. – В этом саду, когда поспели плоды, где-то через дюжину дней после твоего отъезда, по ночам целый зоопарк собирался. Я пару раз ночью даже ходил, специально снимал со вспышкой.

– А сейчас здесь пусто, – Боорк, нагнувшись, поднял с земли светло-коричневый глянцевый лист. – Я… тогда… любил здесь гулять. А теперь листья наполовину облетели, плодов не осталось, никого нету… Совсем здесь пусто стало…

Последний вывод был явно преждевременным. Веленсиновый сад по-прежнему привлекал к себе визитеров. Полускрытые частоколом древесных стволов от Куоти и Боорка, по тропинке не спеша шли двое, занятые, по всему, деловой беседой.

– Какая странная пара, – одновременно сказали Куоти и Боорк и оторопело посмотрели друг на друга.

– Вот это да! – наконец обрел дар речи Боорк. – Что ты имел в виду?

– Вон тот толстый – это старший среди местных эсбистов, – объяснил Куоти. – Из отдела Специальных Исследований.

– Вот как? – со странной интонацией произнес Боорк. – Тогда все еще страннее. Рядом с ним – наш суперкарго. Пройдоха, каких мало, и, по-моему, связан с Синдикатом. Интересно, какие у него могут быть дела с сотрудником Службы Безопасности?

– Это точно, – пробормотал Куоти. – Но давай не будем показываться им на глаза, а просто пойдем отсюда, пока они нас не заметили…

Между тем, странная парочка продолжала разговор, так заинтриговавший двух младших офицеров космофлота.

– …Здесь пока еще все слишком неопределенно, – жаловался толстый эсбист. – Проклятый зампотех Реэрн лезет во все дыры. Я пока могу предложить вам только партию филлинских сувениров.

– Вообще-то, сейчас меня интересует более ценный товар, – вкрадчиво заметил суперкарго. – Говорят, вы распоряжаетесь кучей подопытных филитов?

– Допустим, – фыркнул эсбист. – Ну и что?

– У меня есть заказ на большую партию. Не меньше семи-восьми дюжин.

– Вы с ума сошли! – взвизгнул эсбист. – Это же строжайше запрещено!

– Будто то, чем занимаемся мы с вами, не запрещено.

– Но это же совсем другое дело! – все не мог успокоиться эсбист. – Они записаны на мне! Я не могу так просто передать их, кому попало!

– Восемь дюжин, – медленно сказал суперкарго. – По две сотни за штуку.

На лице эсбиста страх боролся с вожделением.

– Зачем вам именно филиты? – наконец с подозрением спросил он. – За те же деньги вы можете нанять вдвое больше кронтов.

– Моим заказчикам не подходят кронты, – со значением произнес суперкарго.

– Ах, так?! Я, признаться, не понимаю…

– Не понимаете, и не надо, – хладнокровно сказал суперкарго. – Так вы сможете обеспечить партию?

Эсбист задумчиво пожевал губами.

– М-м-м… Вероятно, я мог бы списать пару дюжин на проведение опытов… Но что делать потом? Как вы сможете незаметно погрузить их на корабль, а потом выгрузить на Тэкэрэо?

– Это уж мои проблемы, – усмехнулся суперкарго.

– Не-ет! Это и мои проблемы! Мое имя не должно фигурировать ни при каких обстоятельствах! Нет, я не участвую в этом деле. Это слишком опасно.

– А вы не думали, что, отказываясь, вы рискуете не меньше?

– Что?! Вы пытаетесь меня шантажировать?!

– Что вы, господин суперофицер третьего ранга! Просто хочу напомнить, что наши отношения несут в себе не только взаимную выгоду, но и взаимную ответственность. И не беспокойтесь так о доставке груза, право слово! На Филлине все системы контроля находятся еще в самом зачаточном состоянии, и обойти их не представляет ни малейшего труда. А на Тэкэрэо у меня все схвачено. Конечно, существуют печальные случайности в виде ваших коллег по Службе, но ведь такой риск есть всегда, верно?

– Ладно, тьма с вами, – проворчал эсбист. – Я найду для вас семь или восемь дюжин. Но не по двести, а по двести шестьдесят.

– О, это другой разговор! – обрадовался суперкарго. – Двести тридцать, и мы в расчете!

– Ладно. Завтра вечером я вызову труповозку и сообщу вам по браслету. С ее водителем договаривайтесь сами. И помните, после того, как филиты окажутся за воротами, они официально мертвы! Так что, в случае чего, выкручивайтесь самостоятельно.

– Вы так добры, господин суперофицер третьего ранга! Пожалуй, и филиты, если бы знали, оценили бы ваш гуманизм. Подумать только, вместо безвременной смерти и мусорного конвертера – увлекательная поездка на другую планету и много здоровой работы на свежем воздухе!

Глава 70. Прыжок в неизвестность

Очередной бесконечный день подходил к концу. Времени у них опять было в избытке, и они бесцельно растрачивали его, разменивая часы на уходящие в пустоту минуты, занятые (если здесь применимо это слово) ленивыми разговорами и пустяками.

Четырнадцать белых коконов до сих пор оставались на своих местах, безмолвные и пугающие. Правда, Рустен как-то полусерьезно утверждал, что порой слышит внутри них какое-то гудение и постукивание, но его слова больше никто не мог подтвердить. По ночам они тускло блестели в мертвенно-лиловом свете, и если кто-то просыпался и открывал глаза, то обычно уже не мог заснуть до самого утра.