Серебряный путь (СИ) - Эл Лари

— Если хотите рассказать что-то, чего я не знаю, говорите прямо, — раздраженно бросил Мак. — Иначе для чего Вы сюда явились?

— Явился, потому что наслышан о тебе, — незнакомец вновь усмехнулся. — Ну и потому что должен рассказать тебе правду именно в этот день — день, когда ты получил высшее темное посвящение.

— Почему именно в этот день? И, может, представитесь уже? Вам откуда-то известно моё имя, а я Вашего имени до сих пор не знаю.

— Нет нужды называть мое имя прямо здесь и сейчас! Позже его узнаешь… Раз ты так нетерпелив, перейдем к делу.

Незнакомец достал из складок мантии прозрачную сферу и тут же кинул её в направлении Мака с громким «Держи!»

Автоматически рука поднялась к летящему предмету и поймала его, Мак даже не успел ни о чем подумать… В следующую секунду он уже поднес сферу к глазам.

Под прозрачным стеклом находились две разные субстанции, состоящие будто из цветного дыма или пара — белого и черного. Эти субстанции переплетались между собой, образуя разные фигуры.

— Что это? — спросил Мак, поворачивая сферу так, чтобы свет фонарей проходил через неё.

Неожиданно он заметил, что в местах, где стекло пересекает прямой свет, субстанции внутри становятся серебристыми с металлическим отливом, и уже нельзя сказать, какая из них черная, а какая белая.

— То, что надо было отдать тебе именно в этот день, — незнакомец теперь уже не ухмылялся, а просто расплывался в хищной улыбке, довольно глядя на Мака и сферу в его руке. — Наконец-то этот день настал!

— Я же просил, говорите прямо! — Мак почувствовал, что его все больше раздражают эти ухмылки и недосказанности, а между тем, к теме о родителях они ещё даже не подошли. — Что это? Как это связано с правдой о смерти моих родителей? Почему отдать это надо было именно сегодня?

— Хорошо! Сейчас ты всё узнаешь.

Незнакомец огляделся вокруг и перевел дыхание, а затем посмотрел на Мака.

— Ты, наверное, думаешь, что твой отец — неудачник и негодный человек, каких мало, — поймав взгляд исподлобья от скривившегося Мака, он удовлетворенно кивнул. — Но знаешь ли ты, что отец погиб, защищая тебя?

— Что?..

— Не перебивай старших! Когда вы ещё жили в Эраноре, спустя примерно восемь месяцев после твоего рождения, Талисса, твоя мать узнала значение четырех пророчеств о тебе. Два из них относятся к дарам Тьмы, а другие два — к дарам Света. И хотя активировать и те, и другие можно только при особых обстоятельствах, зачатки твоих способностей проявились почти сразу же после рождения. Это было и удивительно, и странно для всех… Сам понимаешь, никто в Эраноре не имел ничего против твоих светлых способностей, но темные вызвали тревогу сначала у твоих родителей, а потом и у всей королевской семьи.

Мак стоял и слушал, затаив дыхание, боясь пропустить хотя бы одно слово этого человека… Человека, который так много знал о его семье и который, возможно, был знаком с каждым из его родственников лично. Он мог каждый день решать с ними какие-то вопросы, мог разговаривать или просто шутить… или как там это было принято в королевской семье Эранора, к которой он когда-то принадлежал.

— Именно поэтому твой отец, заботясь о том, чтобы первые два тёмных пророчества не разрушили твоё тело до твоего совершеннолетия, попытался перенести их на себя. Если ты хотел когда-нибудь узнать, чем занимался отец и что это были за эксперименты, из-за которых вашу семью депортировали из Эранора, то знай, что он таким способом пытался тебя спасти. К сожалению, это получилось лишь частично. Два года упорной работы в собственной лаборатории дали лишь перенос внешней матрицы пророчеств на его тело, смысл же их и суть остались у тебя.

Тут незнакомец вздохнул как-то по особенному нервно, и Мак заметил, что между бровей у него пролегла глубокая складка, а под глазами образовались темные круги.

— Я, правда, не знаю, помог ли он тебе или навредил… То, что я вижу сейчас — ты стоишь передо мной, жив и физически здоров, хотя и не сказать, что крепок телом… Да только своими экспериментами твой отец Максимиан третий вызвал гнев Того, в чьи планы нельзя вмешиваться. Он явился, чтобы вернуть всё на место, но твоя мать закрыла отца собой и попала под заклятие, восстанавливающее пророчества… Оно вышло очень сильным, так что её было уже не спасти… А отец погиб, потому что погибла мать, так уж вышло, ты уж его прости…

— Стойте! — Мак ощутил, что его голова вот-вот взорвется от обилия сведений, совершенно не связанных друг с другом.

Незнакомец замолчал и уставился осуждающим взглядом на юнца, перебивающего старших. Мак решил не обращать внимания на эти взгляды.

— Кто такой «Тот, в чьи планы нельзя вмешиваться»? Почему пророчества нужно было восстановить? Почему из-за этого погибли отец и мать?..

На последней фразе голос дрогнул, но выровнялся — сейчас не время поддаваться эмоциям, надо узнать всё до конца.

— Хм… Он придет к тебе, если захочет, о нем больше ничего сказать не могу. Почему пророчества нужно было восстановить — неужели не ясно? Потому что нельзя вмешиваться в планы Того, в чьи планы нельзя вмешиваться! Вот он и пришёл, чтобы… всё вернуть на место. Восстановить матрицу пророчеств. Кто ж знал, что простые смертные окажутся такими упрямыми и так не вовремя попадутся под руку…

Со слов незнакомца выходило, что какой-то ублюдок, планам которого нельзя мешать, навязал ему некие темные пророчества. Ну, ещё в довесок к ним добавил какие-то светлые пророчества. А, поскольку, его отец с этим не согласился и воспротивился, даже пытался помешать, и он сам, и его жена, то есть мать Мака, потеряли свою жизнь.

Мак почувствовал, как стало нечем дышать, а картинка перед глазами внезапно утратила свою четкость.

— Нет, ты не подумай… он не хотел убивать твоего отца, просто нужно было вернуть обратно предназначенное тебе. Но так как мать закрыла его собой, он вытащил также и её жизнь…

И этот приспешник таинственного ублюдка еще и пытается его оправдать…

Маку казалось, что голос незнакомца доносится откуда-то издалека, потому что всё заглушал невыносимый гул в ушах… А потом как-то очень не вовремя пошел дождь… Он уже не первый раз вытирал лицо, но противные капли появлялись снова и снова.

— Слушай, мне надо спешить, — незнакомец встревоженно посмотрел на Мака, а потом на свою руку, вытянув её к свету фонарей: рука стала полупрозрачной. — Времени осталось мало. Давай я расскажу о пророчествах. Странно, что ты о них не спрашиваешь…

— Так ты вовсе не друг моих родителей, — вдруг резко перебил Мак.

— О, ты догадался? Ну, как бы там ни было, нет времени объяснять!

— «Кто ж знал, что простые смертные попадутся под руку так не вовремя» — Мак скопировал голос незнакомца, — А ты, значит, не относишь себя к простым смертным?

— Да. Но сейчас это не важно. Тебе важно услышать четыре пророчества, из-за которых всё началось. Соберись! Это твоей жизни касается, а не моей. Если б не эти пророчества, я бы сейчас не стоял тут и не уговаривал тебя, как юную барышню.

— И что будет, если я не соберусь? Меня кто-нибудь спрашивал, нужны ли мне эти пророчества или я предпочел бы живых родителей и нормальную семью?!

Мак снова перешел на крик. Однако, на этот раз звук уже не отразился от каменной ограды, недалеко от которой они стояли. Он оглянулся и заметил едва различимую прозрачную поверхность у себя над головой.

— Да, да… Знаю, как ты умеешь кричать, поэтому поставил звуконепроницаемый купол, — хищная ухмылка вновь вернулась на лицо незнакомца. — А никто и не будет спрашивать тебя. Есть планы Того, в чьи планы нельзя вмешиваться. И ты уже знаешь, что бывает, когда кто-то пытается ему помешать.

Пока Мак собирался с мыслями, пытаясь осознать, какая невероятная несправедливость происходит с ним и что можно предпринять, незнакомец начал декламировать какие-то цитаты, похожие на место из книги пророчеств.

— Тебе лучше запомнить, потому что повторять никто не будет. «Максимальный дар Тьмы означает максимальную способность ко всем функциям Тьмы. Максимальный дар Бездны означает подчинение мира теней — царства духов. Максимальный дар Вечности означает вечную способность ко всем функциям Света. Максимальный дар богов означает способность…»