Нет грешным покоя (СИ) - Айсквин Мэй

Однако что мешало расспросить самого Снейпа?

Поллукс посмотрел на Северуса и натолкнулся на спокойно-равнодушный взгляд. Юный маг не отвел глаза в сторону, а невозмутимо продолжил смотреть прямо, как на равного. Поллукс знал, что может придавить собеседника взглядом, однако то, что мальчишка держался, говорило о многом.

— Знаете, мистер Снейп, вы довольно интересны. В особенности взгляд. Слишком взрослый для вашего возраста, — заметил он.

— Я довольно много читаю. А мудрость книг имеет свойство отражаться в глазах, — равнодушно заметил Снейп.

Поллукс мысленно покачал головой.

«Нет, парень, ты сам-то веришь в свою ложь?»

Эти глаза не имели ничего общего с любителем книг. Жестокий и спокойный взгляд, со шкалой терпения, в котором читалась смерть по достижении определённого уровня. Такой взгляд пугал даже опытных бойцов. Холодная, равнодушная смерть. Без ярости, криков, эмоций.

— И вы решили передать эту мудрость друзьям? — Поллукс кивком головы указал на фолиант на столе. — Довольно редкий экземпляр. Я бы даже сказал, уникальный. Эта книга принадлежала вашей семье?

Снейп коротко кивнул.

— И лорд Принц разрешил вам подарить такую ценность моему внуку? — забросил пробную удочку Блэк.

На лице Снейпа отразилось легкое недоумение, но тот быстро вернул себе нейтральное выражение лица.

— Лорд Принц не имеет к этой книге никакого отношения.

— Но разве… — Поллукс заметил, как занервничал его внук при упоминании семьи Снейпа, значит, мальчишка был лучше осведомлен.

— Сир, это подарок моему другу, Регулусу Блэку. На книге не лежит никаких проклятий, в ином случае… Я не понимаю, зачем обсуждать подарок?

Поллукс тяжело вздохнул и решил рискнуть.

— Не знаю, в курсе ли вы, мистер Снейп, но та книга, что вы подарили, является лишь одной из ступеней знаний к такому опасному, но в то же время прекрасному искусству магии, как пиромантия. В нашей библиотеке хранится еще один фолиант, некогда принадлежащий ведьмам Хаоса.

Снейп встрепенулся, и в его глазах разгорелся едва заметный интерес.

— И давно у вас хранится эта книга?

— С основания рода. Наши предки утверждают, что эта книга хранит частичку первородного пламени из иного мира. Пламени, что рождает души. Но это не более, чем красивая легенда. Алькор и Мицар всегда любили приукрасить сказания о былом.

— Глава, — Регулус почтительно склонил голову, — позвольте нам переговорить с основателями. Боюсь, их рассказы более реальны, чем вы думаете.

Глава 19

— Регулус, — Поллукс с неодобрением посмотрел на внука, — ты же знаешь, что в последние десятилетия основатели просыпаются все реже. В прошлый раз мне едва удалось их разбудить, а ведь каждый раз может стать для них последним. И тревожить их ради праздного любопытства…

— Праздность притупляет ум, Глава, я это усвоил с малых лет, — младший Блэк едва заметно дернул уголками губ, ведь у него перед глазами постоянно находился наглядный пример в лице старшего брата. — Но уверяю вас, это иной случай. Если я окажусь неправ, я готов понести заслуженное наказание.

Пожилой маг погрузился в раздумья. Лицо его оставалось бесстрастным, и лишь постукивание пальцев по подлокотнику кресла выдавали его колебания.

— Регулус, ты достойный представитель своего рода и говоришь довольно убедительно, и я склонен тебе верить. К сожалению, мистер Снейп, не могу сказать вам того же, ведь вы не Блэк, а ваша дружба, — между этими словами Поллукс сделал микроскопическую паузу, но Северус все равно уловил ее, — не прошла испытания временем. Поэтому я не знаю, чего можно от вас ожидать. Надеюсь, мои слова не прозвучали слишком грубо.

— Отнюдь, — Северус качнул головой, — вы полностью в своем праве.

— Глава, — хотя голос Регулуса звучал ровно, кулаки его сжались чуть плотнее, — если вы сомневаетесь, я готов взять полную ответственность за действия Северуса. Но я более чем уверен, мой друг не совершит ничего недопустимого.

Поллукс перевел взгляд со своего внука на гостя, затем обратно и на короткое время прикрыл глаза.

— Хорошо, но только на пять минут.

* * *

Из кабинета Главы они сразу же трансгрессировали в зал, где находились портреты предков. Северус ожидал увидеть что угодно, но реальность превзошла все ожидания. Помещение, где они оказались, больше походило не на гостиную, а на небольшой музей. Кругом стояли небольшие стенды, под стеклянными витринами которых лежали кинжалы, мечи и разного рода украшения. Вдоль стен, отделанных деревом и красным бархатом, неподвижными истуканами застыли статуи, с виду настолько древние, что можно было почувствовать дыхание времени. Между ними горели канделябры, и пламя свечей создавало причудливые тени, отчего казалось, что скульптуры едва заметно дышат, они живые и лишь спят до поры до времени.

— Многие считают, что важнейшим помещением в поместье является ритуальный зал, — произнес Поллукс, как бы отвечая на невысказанный вопрос гостя. — Отчасти это верно: там проходят многие ритуалы, что играют значение для жизни. Но ритуальный зал, скорее, выполняет роль желудка, тогда как сердце рода… — он обвел помещение рукой. — Сюда не ведет ни один коридор, и попасть сюда можно только с моего разрешения.

— Здесь хранятся артефакты, которые вы не доверяете гоблинам, — это был не вопрос, а утверждение.

— Гоблинам вообще не стоит доверять, — заметил Поллукс, — несмотря на все эти магические договоры.

Глава рода неторопливо вел их по залу, пока они не дошли до секции, где не было статуй, но висели картины. Много картин.

Северус бегло оглядел галерею. Здесь было много портретов, но также встречались и натюрморты, и пейзажи. Люди на картинах в основном спали, однако некоторые рамы пустовали. В этом не было ничего удивительного: нарисованные маги могли ходить друг другу в гости, хоть и старались надолго там не задерживаться.

— Поллукс, ты привел посетителей? — спросил волшебник с короткой черной бородой и в подбитой мехом мантии. Другие портреты после этих слов встрепенулись. — Неожиданно. В одном из вас я вижу Блэка. Старший или младший внук?

— Младший, сэр, мое имя Регулус.

— А вы, молодой человек?

— Северус Снейп, сэр.

— Не слышал о такой фамилии, — волшебник перевел вопросительный взгляд на Главу, но, увидев в его руках книгу о пиромантии, коротко хмыкнул. — Опять будешь допрашивать наших стариков?

Поллукс лишь коротко кивнул.

Портреты основателей рода притаились почти в самом углу, и свет канделябров едва добирался до них. Северус едва их видел: картина была выполнена в темных тонах, и оба волшебника были в черных одеяниях. Алькор — в доспехах и плаще с золотой окантовкой, Мицар — в закрытом пышном платье. Рыцарь на портрете пришел в движение, а это значило, что портрет очнулся.

— Зачем потревожили нас?

Поллукс вкратце описал ситуацию, объясняя, что внук хочет расспросить предков о былых временах, на что первый Блэк коротко отмахнулся.

— Дела давно ушедших лет. Что толку говорить о мире, которого уж нет давно. Iċ wille griþ (Здесь и далее староанглийский — Как хочется покоя).

— Блэки, — едва слышно произнес Снейп, — черные доспехи… — он на секунду замер, а затем впился в лицо рыцаря взглядом. — Blæc cniht? Cniht-crāwe?! Sweoster Friede's riht þeġen? (Черный рыцарь? Рыцарь-ворон?! Верный слуга сестры Фриде?)

Волшебница в черном одеянии выпрямилась, сидя в своем кресле, а ее муж схватился за клинок на бедре.

— Hwæt? Riht… Elfriede… Sweart cirice'sfæder… ealdor of þrie… (Что? Верно... Эльфриде.... Основательница Черной церкви... Старшая из трех...)

Регулус понимал их лишь отчасти, но общий смысл уловил, и с изумлением теперь смотрел то на предков, то на друга.

— Как ты узнал? — спросил Алькор.

— Ваш герб: три ворона и особый колющий меч. Также ваша броня многое рассказала. Кто знает историю, тому не трудно догадаться.