Дьявольский Quest - Рожков Андреевич

Я ведь действительно спас. Беовульф рассказал, что когда мы отбили первый отряд упырей – в большинстве своем благодаря Свее – к ним поспело мертвое подкрепление, и драка завязалась по новой. Я махал – не дрался, а именно махал мечом, словно пытался разрубить духа… чуть видно усмехался колдун. Однако когда один из упырей сумел увернуться от удара и укусить меня.

– Сначала молчал и держался за рану, а потом в тебя словно Ящер вселился, – шепотом рассказывал парень. – Ты что-то кричал и так страшно, что даже Свея остановилась… В тебе проснулся… кедар? – посмотрел Вульф.

– Меня чуть не разорвало от распирающей силы, – не сдержал я эмоций. – Хотелось разорвать того гада, что цапнул за руку.

– Ты это сделал, – поморщился мой собеседник. – Ту молотильню на поле устроил ты.

– Я?! – сказать, что удивился – легче на Эверест без веревки взобраться. – А я думал, что это ты… того.

– Нет, – отрицательно покачал головой колдун. – Я вызвал их, – тут он не сдержался и ударил кулаком по луке седла, – но спас всех ты. Если бы не проснувшаяся сила, то быть нам мертвецами. Все кто остался жив, обязаны этим тебе, – негромко произнес он. – А все кто умер… обязаны этим мне, – добавил совсем тихо и так горько, что захотелось взять его на руки и укачать.

Бермуд считался большой деревней – насколько я понял, в этом мире нет понятия ''город''. Более ста дворов, две широкие центральные улицы, своя небольшая армия – роскошь, которую позволить себе может не каждый.

Господин Хазор занял самый большой дом в деревне. Трехэтажная постройка из толстых бревен, конюшня, хлев и широкий двор. В обычное время здесь обитал староста.

Нас ввели через задний двор, словно боялись, что увидят остальные жители. Хотя пока мы ехали к дому, а он находился почти в середине деревни, на нас смотрели все, кто успел проснуться в столь ранний час – казалось, что почти все. Мальчишки бежали за грандирами и важно вышагивали рядом с лошадьми, а их матери старались оттянуть их обратно. Кому-то это удавалось, и были слышны шлепки, и недовольные вскрики ребятни.

Хазор как раз завтракал: широкий длинный стол, стоящий буквой ''Г'', укрыт скатертями, на которых расставлена еда, – описывать не буду, а то и так повышенное слюноотделение и в животе урчит, – во главе которого сидел мой бывший господин. По обе руки от него сидели приближенные, а в углах стояли грандиры с обнаженными мечами.

– Шут, – сверкнул из-под бровей господин. К нему сзади подошел Грам и, наклонившись, что-то зашептал в ухо. – Ты знаешь, как поступают с беглыми рабами.

Это был не вопрос – утверждение. Вот и весь суд: быстро, бесстрастно, ни адвоката, ни присяжных – хотя нет, присяжных много, только и они уже вынесли приговор – и судья, доедающий куриную ногу.

– Теперь насчет вас, – вперед выдвинули Беовульфа и Свею. – Любой, кто окажет помощь беглому рабу, буде подвергнут наказанию. Любой же, кто сдаст его, получит награду… Вы посмели ослушаться приказа.

Грам вновь наклонился к хозяйскому уху и что-то долго там вещал. Хазор внимательно слушал, пристально следя за нами. Остальные сидящие, не менее пристально рассматривали нас, словно мы манекены на витрине.

– Колдун, ты наслал на моих людей нечисть на живом кладбище, за это тебя казнят сегодня в полдень на площади, – указующий перст был направлен на паренька.

Беовульф ойкнул и чуть не упал, не удержавшись на ногах, но его держали с двух сторон грандиры, так же как меня и девушку.

– Уроды, – зло выплюнула Свея. – Грязные дети старой шлюхи… скоты в шкуре людей, – не умолкала она.

– Ты же, девка, – палец переместился чуть левее, – украла коней, помогла рабу сбежать и, что самое страшное, прилюдно оскорбила моих людей, а значит и меня, показав язык. Ты будешь казнена в полдень на площади, – вынес он страшный вердикт.

Вот тут уже я не выдержал.

– Да вы что тут, совсем охренели?! Это не суд, а фарс какой-то; нельзя казнить человека за то, что он кому-то показал язык. А Беовульф не вызывал упырей, они сами поперли как мухи на… варенье, – пытался я оправдать спутников. Только боюсь, что мои слова ушли в никуда.

Хазор все также равнодушно-презрительно смотрит на нас, остальные… скорее с безразличием с которым глядят на корову, что ведут на живодерню. Зато за столь пламенную речь я получил древком копья по печени и по ногам, от чего припал на одно колено.

– Ты слишком болтлив для раба, – заметил господин. – Для начала тебе выдерут язык, а в полдень казнят.

Вот и все. Хозяин отослал нас, под надзором грандиров, небольшим кивком головы. В спину уперлось острым и чуть кольнув направило вперед. Бежать бесполезно – проткнут быстрее, чем сделаю необдуманный шаг. Оставалось только следовать туда, куда ''вежливо'' подсказывали стражи. Нас вывели из дома и направили в глубь двора. Там оказался небольшая постройка, напоминающая сарай, а в нем был большой подвал… холодный и грязный.

Нас втолкнули в него: сначала Беовульфа, потом Свею, наконец и я просчитал все семь ступенек пятой точкой и плюхнулся в небольшую лужу. Дверь тут же захлопнулась, отрезая от нас почти весь солнечный свет. Лишь несколько лучиков сиротливо проникали через прорехи в бревнах, но этого вполне хватало, чтобы оглядеться.

Холодный, грязный, хлюпающий под ногами, с земляными стенами, что осыпались грязными комьями от прикосновения – хорошие апартаменты для последнего пристанища. Подвал хоть и был широким: семь шагов вдоль, пять поперек, но низким, я почти бился об него головой. Обследовав наше временное жилище, в голову пришел вполне закономерный вопрос.

– Придурки, выпустите нас! – озвучила девушка общее пожелание, но вопрос был не в этом.

– Как будем выбираться?

– А ты надеешься? – тут же переключилась Свея на меня. – Эти, дети шакальи, – прокричала она в сторону двери, – будут охранять нас пока не придет время вести на площадь.

– Значит, у нас есть часа…

– Два с половиной часа осталось, – негромко произнес Беовульф.

– Может, ты того… растолкаешь свою взрывную силу? Ну как тогда… в лесу, – напомнил я.

– Ты сможешь разбудить в себе кедара? – вопросом ответил Вульф. Я отрицательно покачал головой, после небольшого раздумья. – Вот и я не могу сказать, как тогда получилось, – развел он руками. – Мы ничего не сможем сделать.

– Уж лучше бы помолчал, колдун, – осклабилась девушка. – Это ты виноват, что мы тут сидим.

– Это почему же? – удивился Вульф.

– Если бы мы тебя не повстречали, то не пришлось бы спасать. Если бы ты не поперся к тому старику, он бы не послал тебя в эту долбанную деревню, – напирала Свея на паренька, чуть ли не тыкая в него пальцем. – Если бы ты не начал некромантией занимать там, где это НЕПОЛОЖЕННО, то мы сейчас были бы в другом месте! – под конец она чуть ли не взорвалась, приперев колдуна к стене.