Олимпийский лёд: Обещание (СИ) - "EvgenyaTrofims"

Бестолковая собиралась разнести лёд.

— Удачи!

— Екатерина Панкратова, Российская Федерация!

Ева наклонилась, чтобы лучше видеть девушку. Тимур затаил дыхание, Артём же нырнул в сводку по заявленным элементам после утренней тренировки.

— Народ, — после пары секунд изучения элементов позвал Артём, — А она заявила на один квад больше, чем у неё было изначально.

— Что будет прыгать? — Тимур серьезно наблюдал за мини-разминкой сестры. Такая маленькая и хрупкая, но не сломленная. Она готова бороться за медали, и этот настрой зажег огонь и в самом Тимуре. Сейчас он волновался больше, чем за самого себя. Ведь тогда он контролировал ситуацию. А сейчас нет.

— Четверной лутц предпоследним прыжком.

Ева округлила глаза. Сложнейший прыжок предпоследним?! Невероятная девушка. Просто невероятная. Несмотря на то, что случилось, она идёт до конца.

— Моя сестра!

И с такой гордостью заявил, что ни у кого не осталось комментариев.

— Почему ты помогаешь этой девочке? — Дашу отпустили в микст-зону, а Роман остался с Денисом Руслановичем практически на пару слов.

— Потому что она боец. Она — маленький Тимур, которому вовремя не помогли. Заметь: Что она сделала, когда её буквально бросила на растерзание собственная мать? Сдалась? Нет. Она на льду.

Программа Кати началась. Роман пожал плечами, уходя к Даше. Конечно, до её выступления ещё семь произвольных программ, но лучше если следить, что она ни на кого не смотрит.

Последний шанс доказать, что ты не седьмая. Последний.

Четыре четверных прыжка, один тройной аксель. Вот что заявила Катя на сегодняшнюю программу. Это практически ровнялось сложности Вероники и абсолютно полностью ровнялось сложности Даши. Она хотела делать пять четверных, но в последний момент передумала. Четыре бы сделать и не оказаться на льду. Невероятная нагрузка.

Катя очень жалела, что не катает прошлогоднюю произвольную программу второй сезон. Обкатанная, очень красивая и, самое главное, удачная. А за эту максимальный балл был почти 170… Это отлично, но для пьедестала не хватит. Отсюда и вырос ещё один четверной.

Первый прыжок, с которого она свалилась в короткой программе.

Тройной аксель.

Сделала!

Тамара Львовна медленно аплодировала. Она понимала, что, возможно, с какой-то стороны её действия неправильные. Но они помогли собраться этой «размазне» и начать бороться. Настрой был гораздо более боевой, чем в короткой программе.

Вся жизнь схлопнулась до одного проката. Катя никогда не ощущала чего-то подобного. Когда тебе плевать на всех вокруг и ты слышишь только музыку. На лёд не хочется падать, чтобы не потерять этого чувства.

Наверное, именно это называют кайфом от программы. Но почему она не чувствовала этого раньше? Неужели стоило прокатать одну программу без матери? Нет…

Четверной лутц.

Тройной тулуп.

Оба прыжка с поднятыми руками. Как жаль, что за это не добавляют баллов. Один четверной есть.

— Давай, давай… — Все-таки Роман плохо следит. Перед экраном в микст-зоне Даша буквально подпрыгивала, смотря на Катю. Они говорили вчера, долго обнимались перед сном. Как же Даше было её жаль…

Дальше шёл каскад, не получившийся в короткой. Да ладно, у неё вообще мало что получилось в короткой, так что употреблять эту фразу было как-то глупо. Платье развивалось на большой скорости, а в голове были лишь четкие расчеты. Как повернуть ногу, как оттолкнуться лучше, как бы не накосячить с ребром.

Все. Поехали. Попрыгали?..

Катя уверенным движением зашла на самый сложный каскад из тройных прыжков.

Тройной лутц.

Стоит, правильно сгруппировалась!

Тройной риттбергер.

Есть! Где ты был вчера, красавец?

— Видал? — хмыкнул Артём, тыкая в плечо Тимура, — Ты так не можешь!

Тимур тяжело вздохнул, качая головой. Да, не прыгает он тройной лутц — тройной риттбергер. Но четверные версии прыгает! А девочка просто молодец. Тимур очень надеялся, что баллов хватит для пьедестала. Должно было хватить.

Уверенные движения Кати стали ещё более точными. Она полностью вкладывалась в программу, боясь даже на секунду потерять это великолепное ощущение. Девушка совсем не чувствовала холода.

А слова бабушки даже не имеют значения. Почему они все называют отца плохим человеком?

Она практически не помнила его. Только пару теплых образов. Не удивительно, она была малышкой. Но как Тимур говорил о нём… Нет, он не мог быть плохим человеком. И этот прокат она должна посвятить ему. Назло словам бабушки и мамы.

Четверной тулуп.

Ойлер.

Тройной сальхов.

Есть!

— Катюша, — Даша шептала это в свои ладони, сдерживая слёзы. Она делала все возможное. Боролась, несмотря на то, что это могло быть зря.

— Даш, досмотришь и больше ничего не будешь смотреть, — Роман предупредил строгим голосом, понимая, что спортсменка могла из него вить веревки. И это сработало, Даша просто кивнула. Должна остаться энергия и на свое выступление.

Вероника ходила в наушниках. Просто прыгала на месте, смотря в пол или вовсе закрывая глаза. Сосредоточиться внутри себя.

Наверное, проще кататься первой среди своих. Сейчас Катя откатается и от неё уже ничего не будет зависеть. Хотя… Нет, Кате сейчас точно не надо про это думать.

Четверной сальхов.

Остался один квад. Нужно максимально на него настроиться. И не терять лицо, ведь для тех, кто не видел заявленные элементы, это будет сюрприз.

Практически сразу, буквально время взять разгон и…

Четверной лутц.

Сделала! Господи, да, она уже стоит на пьедестале. Не важно, что было до этого, невозможно не забраться хотя бы на третью строчку. Довольная улыбка во весь рот озаряет девушку. Медаль у неё. Она сделала все, что могла.

— Есть, — Тимур довольно улыбнулся, отбивая «пять» Еве. Как будто от них что-то зависело в этой ситуации.

— Может, когда хочет, — кивнула Тамара Львовна, со спокойным лицом наблюдая за собственной дочерью. Которая собирается сбегать в другой штаб. Вот пусть и бежит, Денис её тут и подобрал уже.

Тройной риттбергер.

Все прыжковые элементы выполнены! Катя до конца не понимает, поэтому счастья не испытывает. Полным счастье будет на пьедестале! А пока это лишь путь, который подходит к концу.

— Если бы не короткая, она могла бы побороться за звание Олимпийской Чемпионки, — с сожалением сказал Саша, наблюдая за последним вращением девушки.

— Увы, ей не хватило собранности. Так что дай бог она займет хотя бы третье место, — а Дима был реалистом, прекрасно понимая, что один косяк может стоить медали. На себе прочувствовал.

— Все, пойдем, — Калинину подтолкнули в спину, заставляя уйти от экрана. Нечего смотреть, нечего слушать оценки хорошего проката. Даша послушно подчинилась, но была разочарована тем, что досмотрела не до самого конца. А ещё сейчас окажется в одном помещении с Вероникой. Они… подруги. Да. Но сейчас напряжение было таким, что видеть друг друга не очень хотелось.

Финальная поза получилась очень чувственной. Катя практически вложила всю себя в конец, поднимая руку вверх. Сделала. Все, что могла сделать в произвольной, она сделала. Счастливое лицо, совсем другие чувства, чем после конца короткой программы. Не удивительно.

Со льда уже ждал Денис Русланович, и широко улыбался, пока Катя кланялась под объявление. Она не его спортсменка, но… Но он рад за чистый прокат. Несомненно, после оценок все его внимание будет на Даше с Вероникой, но сейчас он готов был подарить немного своего внимания великой фигуристке, которая смогла собраться и удивить четырьмя четверными прыжками.

— Умница, — Катя не ответила, кивнула, принимая чехлы. Зал аплодировал, но она этого не слышала. Она была в себе. Довольная до невозможности, но все ещё пытающаяся задушить плохие настрои.

В КиК сидели молча. Говорить особо было не о чем, замечания Денис Русланович говорить не мог. Как он считал. Поэтому просто ждали оценок. Как и весь зал, как и вся сборная.