Желания души - Дина Аллен

— Что?

— Я вам солгала. Я не беременна…

Голоса ее было почти не слышно, и Сара невольно подалась вперед.

— Не понимаю… — произнесла она, полностью сбитая с толку. — Ширли, это что, шутка?

— Никаких шуток. — Долгожданное освобождение от давящего груза придало голосу Ширли больше уверенности, — Я солгала насчет беременности, потому что ненавидела эту закрытую школу и не желала там больше оставаться. Да и вообще никогда не хотела туда ехать! Я чувствовала, что была препятствием для отца и Мелани, поэтому они отправили меня с глаз долой. Когда мы жили в Австралии, свободы у меня было куда больше, и, хотя характер у мамы был еще тот, она мне почти ничего не запрещала. А в школе я чувствовала себя никому не нужным хламом, который выкинули на помойку. Ты ведь даже не спрашивал меня, хочу ли я уезжать! — воскликнула она, обращаясь к отцу, и сейчас голос ее окреп, в нем зазвучали обвиняющие нотки.

— Ты никогда не говорила ничего подобного! — взорвался Кристиан.

— Как я могла сказать? Ты даже не звонил мне!

— Могла бы поделиться с кем-нибудь из учителей, — вмешалась Сара.

— С кем? Кто бы послушал?! Я думала, что, если начну плохо себя вести, меня выгонят, но не тут-то было! Вы ведь все так любезны!

Видно было, что обида копилась в душе Ширли многие годы.

— Я не умею читать мысли, — угрюмо сказал Кристиан. — И все же ты могла бы сама сказать мне обо всем.

— Не могла, потому что каждый раз, когда мы встречались, Мелани была где-то поблизости! Так вот, однажды я смотрела фильм, где у девушки была такая же ситуация, и сделала то же, что и она, придумала историю с беременностью. Я даже не предполагала, к чему это приведет. Просто хотела, чтобы меня исключили из школы. Я думала, что потом смогу все объяснить и уладить…

Господи, как наивны подростки, подумала Сара. Даже такая умная и сообразительная девушка, как Ширли, не смогла придумать ничего лучше этой дурацкой истории! И наверняка даже не задумалась о последствиях.

— Почему же ты не сделала этого раньше? — с любопытством спросила она у Ширли. — Ты могла бы рассказать обо всем еще на Рождество.

— До вашего приезда мне ни разу не представилось возможности поговорить с отцом наедине, а потом — приятный сюрприз: он прогнал Мелани.

Даже сейчас при воспоминании об этом Ширли не смогла сдержать довольной улыбки. Кристиан пристально взглянул на нее, и впервые Сара заметила в его взгляде что-то похожее на раскаяние.

— Даже не подозревал, что ты ее так ненавидела, — сказал он.

— Она была отвратительна! — сказала Ширли таким тоном, словно удивлялась, что отец так долго этого не замечал. — Все время улыбалась, но я-то чувствовала, как ей неприятно мое присутствие.

— Значит, вместо того чтобы сказать обо всем прямо, ты предпочла промолчать, — заключила Сара. — Почему?

— Ну, потому что появились вы, и я стала замечать, что отец вами интересуется.

Ширли уже вполне пришла в себя и при этих словах ехидно улыбнулась. Улыбка стала еще шире, когда Сара покраснела и в замешательстве отвела глаза.

— Не говори глупостей, — пробормотала она, почувствовав, как Кристиан слегка сжал ногами ее ногу под столом.

— С вами отец становился совсем другим человеком, — с нескрываемым удовольствием продолжала Ширли. — Даже перестал на меня рычать.

— Неправда, — возразил Кристиан. — Когда это я на тебя рычал? — Он смущенно кашлянул и добавил: — Может быть, один-два раза. Но ты заслуживала этого гораздо чаще! Что касается последней выходки…

— Я собиралась рассказать по приезде сюда, но все шло так хорошо, что не хотелось нарушать ход событий. — Голос Ширли звучал немного печально. — У меня было ощущение, словно ты в первый раз меня заметил. Ты даже спрашивал меня об учебе и помогал, когда я не могла справиться с заданием по физике…

Голос Ширли прервался, и Сара против воли была растрогана.

— В физике я разбираюсь!.. — с гордостью заявил Кристиан, но видно было, что слова дочери тронули и его.

Жан, судя по всему, догадавшийся, что гроза миновала, принес еще один кофейник. Сара с удовлетворением отметила, что он тактично не стал вмешиваться в разговор, а лишь разлил кофе по чашкам, нежно взглянул на Ширли и вновь ретировался за стойку.

— И потом, я не хотела нарушать атмосферу, сложившуюся между вами, — добавила Ширли.

— Какую атмосферу? — хором спросили Сара и Кристиан.

— Думаете, я не замечала, как вы друг на друга смотрите? — спросила она.

Сара снова покраснела.

— Так что я решила не создавать вам лишних проблем и дать больше времени на общение друг с другом.

Едва ли не впервые за весь разговор Кристиан растерянно молчал, не в силах найти нужных слов.

— Ты решила дать нам больше времени на общение? — изумленно повторил он.

— Можешь мне не верить, но это так, — пожала плечами Ширли. — А потом я встретила Жана. — Она снова напряглась, словно предчувствуя очередную нотацию, но Кристиан молчал. — Я ему все рассказала, — продолжала Ширли. — Он стал моим настоящим другом. — Она послала Жану лучезарную улыбку, и тот улыбнулся ей в ответ. — И вот сейчас наконец-то я чувствую себя счастливой, — умиротворенно закончила она. — Вы очень на меня сердитесь?

— Ты меня ошарашила, — признался Кристиан. — Наверное, я ничего не понимаю в женщинах. — Он беспомощно развел руками. — Нет, не сержусь. Если уж хочешь услышать правду, я очень рад. Я никогда на тебя не сердился, просто…

Он не договорил, потому что Ширли бросилась ему на шею, и после секундного замешательства Кристиан тоже обнял ее и погладил по волосам.

— Думаю, у нас есть повод что-нибудь выпить, — обращаясь к Саре, сказал Кристиан, затем встал из-за стола и набросил на плечи пальто. — А ты, — добавил он, поворачиваясь к Ширли, — можешь остаться здесь и совершенствовать свой французский, но через час будь любезна вернуться домой.

Ширли просияла. Сара поднялась и надела плащ.

По молчаливому согласию они не направились сразу домой, а медленно пошли по поселку. Солнце сияло вовсю, и день был очень теплым для зимы, даже во Франции.

— Ну, что ты скажешь обо всем этом? — спросил Кристиан, когда они, изредка останавливаясь у витрин магазинов, подошли к своему любимому кафе. — Неплохой розыгрыш, не так ли? У меня до сих пор это в голове не укладывается, но одно могу сказать: я очень рад. Теперь понятно, почему она не хотела обсуждать свою беременность!

— Да уж, — сухо согласилась Сара. — Ну что ж, по крайней мере, теперь я могу вернуться к своим прежним обязанностям. Карьера психотерапевта не для меня.