Захватывающий XVIII век. Революционеры, авантюристы, развратники и пуритане. Эпоха, навсегда изменившая мир - Фрэнсис Вейнс

то же время вовлекли в войну Францию и Россию. Людовик XV продолжал верить в свою непобедимость, поскольку французы за полвека не проиграли ни одного сражения. 1 мая 1757 года самоуверенный французский король подписал в Версале новый договор с габсбургским домом, согласно которому Франция обязалась предоставить Австрии 100 тысяч солдат и выделять 12 миллионов флоринов в год на ведение войны с Пруссией. Война разлилась по Европе, как чернильная клякса, и два месяца спустя в Ганновере английская армия столкнулась с вдвое превосходившей ее по численности французской. Несмотря на плохие погодные условия и слабое командование, французам удалось взять Ганновер. Людовик XV был уверен в близкой победе. Но Англия и Пруссия оказались сильными противниками.

Первая серьезная брешь в якобы неуязвимой французской броне была пробита утром 5 ноября 1757 года под небольшим саксонским городом Россбах, когда Фридрих II и 20 тысяч его солдат встретились с французскими и австрийскими войсками, численностью превосходившими прусское войско вдвое. Все говорило о том, что армия Фридриха II будет разбита, но у короля Пруссии имелась в запасе уловка. Он сделал вид, что не замечает, как французские и австрийские солдаты окружают его, а после пустил в ход подвижную и маневренную кавалерию. Французами командовал неопытный маршал Шарль де Роган-Субиз, протеже мадам де Помпадур, и он доверчиво попался в ловушку, расставленную Фридрихом II. Прусский офицер Иоганн Вильгельм фон Архенгольц, бывший очевидцем этих событий, вспоминал: «Казалось, что армия Фридриха II бездействует. В полдень его солдаты обедали, как обычно. Наблюдавшие за всем этим французы не верили своим глазам и считали, что прусская армия на грани отчаяния».

Французы не знали, что все это время Фридрих II держал свою кавалерию в боевой готовности. Когда прусская кавалерия бросилась в атаку, за ней последовали пехота и артиллерия, не оставив французам никаких шансов и вынудив их бросить все и обратиться в бегство. Непобедимая французская армия потерпела поражение под Россбахом. Потери Пруссии составили всего сто солдат, в то время как французы потеряли пять тысяч убитыми и семь тысяч пленными. В ходе войны наступил перелом. Мадам де Помпадур, пытаясь подбодрить короля, писала: «Après nous le déluge» – «После нас хоть потоп», пытаясь убедить Людовика XV не слишком сильно переживать из-за россбахского поражения. Шуточное стихотворение, распространившееся вскоре после этого поражения, свидетельствует о том, что французы не оценили доводы мадам де Помпадур: «То, что сейчас говорят, можно повторять вечно: Помпадур пыталась скрыть недостатки своего маршала, но король Пруссии сровнял его с землей».

Война между четырьмя крупными державами превратилась в настоящую войну на истощение. Французский король оказался в шатком положении. Армия Марии Терезии постепенно проигрывала прусской армии, которую усилили 50 тысяч английских солдат. Ничто не говорило о шансах австрийцев вернуть Силезию, а Людовика XV – получить Южные Нидерланды согласно договору. Союз с австрийцами вынудил его вести войну, рискуя потерять тысячи солдат и ничего не получить. Тем временем в американских колониях положение французов тоже осложнилось. 26 июля 1758 года английские солдаты взяли крепость Луисбург на острове Новая Шотландия, открыв себе дорогу к завоеванию Канады. Французский министр иностранных дел кардинал де Берни понял, что ждет страну: «Нет сделок – значит, нет ни денег, ни торговли. У нас больше нет флота и нет резервов для борьбы с англичанами. […] Что нас ждет дальше? Полная потеря колоний». Из-за своих пораженческих взглядов Берни угодил в опалу у короля и мадам де Помпадур, но его преемник герцог де Шуазель тоже не сумел изменить ситуацию в пользу французов. В чем Шуазель действительно преуспел, так это в начале мирных переговоров с англичанами, но даже они не помогли предотвратить канадское наступление. 17 сентября 1759 года французские защитники Квебека подняли белый флаг. Год спустя пал Монреаль.

Франция лишилась американских колоний, но война в Европе не прекратилась. От огромной французской армии осталось менее 40 000 солдат. Новый французский главнокомандующий граф де Клермон, получивший в подчинение «больную и голодную армию», пытающуюся не умереть в вестфальской грязи, писал: «Здесь так грязно и стоит такой смрад, что даже здоровые солдаты заболевают, и почти все врачи, хирурги и сестры милосердия тоже заболевают, и многие умирают». Потери французов продолжали расти. К этому времени и Людовик XV, и Георг II пришли выводу, что войне не видно конца.

Унизительный мир

Ранним утром 25 октября 1760 года британский король Георг II отправился в уборную. Его немецкий камергер позже торжественно заявил, что слышал «звук громче, чем газы его величества». Когда камергер ворвался в уборную, было слишком поздно. Король Англии лежал мертвым на полу со спущенными панталонами. У него случился сердечный приступ.

Наследником престола стал двадцатидвухлетний внук Георга II, высокий и стройный молодой человек, который, по описанию графини Нортумберлендской, «был красив, имел свежий цвет лица и прекрасные зубы», а также «танцевал с непревзойденным величием и достоинством». Куда важнее его танцевальных навыков было то, что новый король Георг III безупречно и бегло говорил по-английски. Это разительно отличало его от прадеда Георга I, который даже не утруждал себя тем, чтобы общаться по-английски со своими министрами. В лице Георга III к власти наконец пришел король, родившийся в Англии. За свой труд он получал весьма достойное ежегодное вознаграждение в размере 800 тысяч фунтов стерлингов. В сентябре 1761 года новый король женился на немецкой герцогине Шарлотте фон Мекленбург-Стрелицкой, и по пути в Англию ей пришлось учить английский язык и играть в своей каюте «Боже, храни короля» на клавесине.

После коронации Георг III, не желая бездействовать, поспешил возобновить переговоры с Францией. Это его стремление во многом диктовало желание избавиться от обязанности выплачивать субсидии Фридриху II, которые стоили казне 670 тысяч фунтов стерлингов в год. Стоит добавить, что Георг III абсолютно не доверял партнеру по альянсу и в кулуарах насмешливо называл его «субсидированным королем». Иными словами, Георг III решил склонить Фридриха II к подписанию мира.

Переговоры между Британией и Францией продлились более трех лет и стали еще сложнее после вступления в войну испанцев – разумеется, на стороне французов. Но 10 февраля 1763 года наконец наступил момент ратификации договора, ознаменовавший начало сложных международных политических торгов. Франция покинула стол переговоров, проиграв все, что могла. Людовик XV был вынужден передать французские колонии в Америке англичанам, а Луизиану – испанцам (за военную поддержку, хоть и запоздалую). Испания проиграла англичанам Флориду, но получила контроль над Кубой. Франция также была вынуждена вернуть англичанам Менорку, завоеванную в 1756 году, а также прусские и ганноверские земли. Практически все торговые посты в Азии и Африке перешли к Англии. Людовик XV