Возвращение злодейки любовного романа (СИ) - Иствуд Кира

Ри отвязывает от эфеса небольшую красную ленту, а потом подбрасывает её в воздух. Проводит ладонью и ткань взмывает вверх. По рядам прокатывается гул. «Он обещает безусловную защиту… Кому? Кому?» — шепчутся вокруг.

Красная лента, точно волшебный змей, медленно скользит по воздуху прямо к нам.

Элиза уже вся покраснела от смущения. Похоже, она уверена, что это ей. Линда подливает масла, одаривая целительницу лестью. И только мне хочется провалиться под землю.

Невольно я кошусь на Алана. И вздрагиваю. Принц поднялся со своего места и прожигает меня глазами. Ох, не думает же он, что я и Ри… Боже! Что вообще значит эта: «Безусловная защита!»

А красная лента ближе и ближе.

Вся толпа следит за ней, не сводя взгляда.

Происходящее похоже на жуткий сон. Какая уж там анонимность, если все и каждый вот-вот посмотрят на меня! Из невидимки я сделаюсь самой узнаваемой служанкой!

Мне хочется надавать Ри по лбу за такие выходки!

Ленту подбрасывает в воздухе, она змеится, приближаясь к нам. Она уже совсем близко! Элиза протягивает руку, но лоскут ловко уворачивается от её пальцев, делает ещё один круг и летит прямо ко мне…

Я отступаю, но поздно. Ещё миг и известность меня настигнет!.

Но вдруг по ушам бьёт свист. Перед глазами что-то проносится. Стрела!

Ленту откидывает в сторону и стрелой пригвождает к стене. Лоскут несколько раз безуспешно дёргается, тянется ко мне… а потом безжизненно повисает.

По трибунам проносится ропот, некоторые девушки хватаются за сердце.

«Это принц… принц… он выстрелил, — шепчет толпа. — Почему?…к кому летела лента?»

Алан опускает лук. Даже издалека я вижу, что его глаза стали звериными. Страх мурашками холодит мне спину, и одновременно я чувствую прилив благодарности. Не знаю, о чём думал Ри, но ни мне, ни себе он лучше своей выходкой не сделал!

Илона спрятала лицо за веером. Джаред ухмыляется во весь рот, ему происходящее кажется забавным. Король сохраняет невозмутимый вид. Алан с угрозой подходит к ограде, он смотрит на Ри. Все ждут, что будет дальше.

Алан может вовремя и не остановиться, устроить прилюдную казнь! Нет-нет, этого нельзя допустить!

— Ох, вы видели! — радуется Линда. — Леди Элиза, лента была для вас! Но принц приревновал и сбил её! Ох, это точно что-то да значит!

Элиза бледно улыбается. Может, остальные не разглядели, но мы втроём точно видели, как лента отпрянула от её рук. Линда своей лестью лишь злит целительницу. Про себя я надеюсь, что Элиза не поняла к кому стремился лоскут… но веры в это мало.

Ри стоит, напряжённый как натянутая тетива. Алан отдаёт лук стражнику и берётся за меч. Но Король неожиданно поднимается с места и громко сообщает:

— Сегодня праздник! — Магия подхватывает его голос, донося до каждого. — Особый день! Я не желаю видеть кровавых расправ. Пусть леди сама решит, принимает ли дар! Пусть подойдёт к ленте. Магия среагирует, если это именно та девушка, которой дар предназначался.

На несколько секунд повисает тишина. Алан смотрит на меня, но все прочие взгляды устремляются к Элизе. Почти все думают — дар был для неё.

Целительница низко опускает голову, на её лице проступают красные пятна стыда. Ни я, ни Линда не двигаемся с места, зато вдруг встаёт одна из соседок и, подойдя к ленте, протягивает руку… Но та не оживает.

Король ждёт ещё несколько долгих секунд, потом подаёт знак, чтобы праздник продолжали. Хотя Ри находится далеко, я чувствую его разочарование. Должно быть, это большое оскорбление не принять дар защиты… но не вижу, как могла бы поступить иначе.

На арену выходит второй оборотень и начинается бой. Ри дерётся с такой злостью, точно всерьёз собирается убить противника. Он похож на смертельный ураган, от которого не спастись. Мечи со свистом разрезают воздух, я вздрагиваю от лязга металла о металл. Противник Ри падает, и судья останавливает бой.

Ри вновь поднимает на меня взгляд, а потом, чеканя шаг, уходит. И только тогда я выдыхаю.

Алан уже сидит на своём месте, и то и дело поглядывает в мою сторону. Нам ещё предстоит неприятный разговор, однако притихшая Элиза пугает меня куда сильнее.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Эй, Катя, — говорит она вдруг.

Я наклоняюсь к ней:

— Да, моя леди.

— Как давно ты знаешь принца Алана? — спрашивает она с улыбкой, от которой мороз по коже.

— Не могу сказать, что знаю его, леди, — вежливо отвечаю я.

— Но он явно считает тебя кем-то особенным.

Я сглатываю ком в горле.

— Почему вы так думаете?

— Ну как же… — сладко говорит Элиза. — Лента направлялась к тебе, а принц её сбил. И вон как на тебя смотрит. И тогда ночью возле моей комнаты вы же не просто так оказались. У вас уже что-то было?

— Что, извините?

— Я говорю про постель, — невозмутимо отвечает Элиза, а я чувствую, как у меня жар поднимается к щекам. Линда стоит рядом и греет уши.

— Говорят, — продолжает Элиза, — мужчины с большой властью заводят себе игрушки. Надеешься стать одной из них?

— Вы ошибаетесь на мой счёт, леди.

— Да ладно, я не против. Я понимаю потребности мужчины. Просто хочу, чтобы ты знала, ничего большего тебе не светит, — говорит целительница. — Когда принц встретит свою истинную любовь, он про тебя даже не вспомнит.

— У нас нет таких отношений, — говорю пересохшими губами.

— А какие есть? — тянет улыбку целительница, а сама смотрит на меня исподлобья. В её глазах недоверие и злоба.

— Никаких, — твёрдо говорю я. Тем более это правда. — Леди, я уверена, принцу, как и многим здесь, казалось, что лента летит именно к вам! И именно потому принц Алан сбил её. Разве он стал бы так реагировать на простую служанку и тем более игрушку?

Элиза задумчиво кривит губы, а потом лицо её светлеет:

— Ты права, — говорит она. — Конечно, наверняка он из-за меня… Да. Так и должно быть! Ох, извини, что так налетела. Но сама понимаешь, принц… он только для меня, вот и реагирую остро.

— Эм-м… Понимаю.

— Ты же не держишь на меня зла? — словно бы искренне улыбается Элиза. Но я не верю её улыбкам.

— Как я могу, — зеркалю в ответ, растягивая губы.

— Вот и славно! Вот и хорошо… А сейчас сходите с Линдой на кухню, сами перекусите и мне принесите что-нибудь.

Я киваю, а Линда уже тянет меня за сумочку. Ремешок натягивается, впиваясь в плечо. Я поспешно откидываю сумку назад, подальше от загребущих рук Линды.

— Пойдём, — говорит рыжая, а сама переглядывается с Элизой.

У меня в душе снова просыпаются нехорошие подозрения. Что задумали эти двое? Может, Линда хочет запереть меня на кухне или ещё где? Напоить отравленным чаем? Надо быть вдвое осторожнее! Втрое внимательнее!

В книге Виктория, будучи запертой, пропустила весь турнир и выбралась только к началу инициации… Не хотелось бы повторения сюжета.

«Его и не будет, — мысленно говорю себе, — ведь теперь я настороже!»

Бои продолжаются один за другим, в воздухе пахнет потом и кровью. Лязгают мечи, ударяясь друг о друга, шумит публика. Мы с Линдой идём мимо гостей, спускаемся по лестнице к выходу с арены. Там стоят два стражника амбала, внимательно глядя на всех, кто проходит мимо.

— Ой, подожди секунду! — говорит Линда. — Там мой знакомый! Перекинусь с ним парой слов.

И она бежит к одному из стражников, поднимается на цыпочки и, прикрыв рот ладонью, что-то говорит оборотню. А потом… потом показывает на меня.

Моя интуиция бьёт тревогу. Я оглядываюсь на королевский балкон, но отсюда его не видно. А стражник уже идёт ко мне тяжёлой походкой.

— Девушка, — басит он, кладя свою лапищу мне на плечо.

— Да? Какие-то проблемы? — спокойно говорю я, хотя внутри от волнения буквально всё кувыркается.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Будь добра, покажи содержимое своей сумки.

У меня кровь отливает от лица. Я смотрю на Линду. Та хитро улыбается. Но откуда… откуда она могла знать про губки? Я ведь была аккуратна!

— Я должен тебе дважды повторить? — рычит стражник, а потом, не дожидаясь ответа, просто срывает сумку с моего плеча и открывает.