Мёртвый Магистр - Андрей Мошков

«Осмотрюсь пока. Бездна, как же суставы "скрипят"... Раздражает это ощущение! Боль в теле уже вполне терпима. Хорошо. Есть хочется... Голод ощущается, как обычно... Как раньше... Хм. Что будет происходить со съеденной пищей внутри меня? И чем мне теперь питаться? Дикая нежить кидается на всё живое и жрет. Мне теперь так же поступать? Нет. Паршивый пример... Ожившие трупы попросту терзают живую плоть. Толку им с проглоченного мяса никакого. А мне?.. Хм. Вон птичка на дереве. Нет. Аппетита не вызывает. Ну, а всё-таки? Выберусь из этой впадины и подумаю».

Пройдя полсотни метров, магистр остановился у поросшего кустарником крутого склона высотой в три человеческих роста. Думал и собирался с духом он довольно долго, прежде чем решился на попытку подняться в этом месте. Хватаясь свободной рукой за тонкие веточки, осторожно переставляя ноги и помогая себе посохом, мертвец сумел осилить только половину пути. В какой-то момент рыхлая земля под и без того слабыми ногами осыпалась, а потерявший равновесие живой мертвец упал на живот и проскользнул вниз.

«Проклятье! Да что же такое-то?! Ноги плоховато держат... Пройтись по оврагу ещё или попробовать снова подняться здесь? Заклинаний то подходящих нет... Стоп. Одно есть. Вызвать Жодар-Гуппо. Тех двух крохотных осколков душ должно хватить на открытие прохода. Вот только призывать высшего демона, будучи настолько истощённым, не лучшая затея. Он у меня с норовом, а сколько времени прошло с нашей последней встречи – неизвестно. Хоть контракт всё ещё в силе, но кто знает, как изменился слуга за минувшее время? Чтобы сбить с него спесь, нужно больше магических сил и желательно какое-то приветственное угощение подготовить, иначе может беситься с голода. Голод... Есть хочу. Надо выбираться из этой ямы и осматриваться. С той парочкой мог быть кто-то ещё. Кто-то мог сбежать за подмогой. Ладно. Потом о живых подумаю. Сначала выберусь на поверхность».

Вторая и третья попытки демонолога вскарабкаться на склон закончились, как и первая – на дне оврага. Оба раза он скатывался, не пройдя и половины пути, но зато сумел прийти к одному, отнюдь не лёгкому для себя решению: «Я ведь тут один... Других разумных не слышно, – мысленно твердил он сам себе, глядя на стиснутый обеими руками посох, – если увидит кто, вот позорище то будет! Ха! Если меня кто-то и увидит, то будет бой. Я бы сам при встрече с ожившим мертвецом ударил, не задумываясь... Если кто-то увидит – сожгу. Тем более осколки душ нужны. Сила в руках вроде есть. Справлюсь. Позор мне, если даже такую мелочь не осилю... Но как же не хочется им кидаться! А если застрянет где-то? Успокойся, Ксирдис, это ненадолго! Выберусь и подберу».

Потратив пятнадцать минут на размышления с самотерзаниями, магистр замахнулся и с первого раза выкинул посох из оврага. Причина для столь сложного решения оказалась проста: инструмент демонолога постоянно занимал левую руку хозяина, не позволяя вовремя ухватиться ей за что-нибудь, вследствии чего восхождения оканчивались падениями.

Желая как можно скорее вернуть выброшенное имущество, терпя не такую уж сильную, как по началу, боль и неприятное скрипучее ощущение в суставах, мертвец принялся вновь подниматься по крутому склону, хватаясь за ветви кустарников обеими руками. Пару раз земля осыпалась под ногами, и он едва не падал, повисая на схваченных растениях, а поднявшись, продолжал подъем, пока наконец-то не достиг вершины.

Стоя на четвереньках у края оврага, мёртвый магистр взглядом нашёл свой посох, чей тупой конец виднелся из росших здесь же зарослей крапивы. Не поднимаясь, Ксирдис подполз к нему и поспешно схватился за серебряное древко, притянув к себе. Выполнив поставленную задачу, мужчина улёгся на спину, решив немного передохнуть. Единственными движениями трупа стали редкие повороты головы.

«Крапива. Интересно, а она жжётся? Коснусь края зубчатого листочка и... Ничего не чувствую. А если смять? Не ощущаю... На ладони нет следов химического ожога. Ну да. Кожа да кости от меня только и остались. Зато комары теперь доставать не будут... А мухи?! Я ведь мертвец! От меня наверняка падалью разит! Нет, стоп. Не паниковать. Запах со временем ослабевает. Что-что, а я точно не свежий. Нужно бы посмотреть, как вообще выгляжу со стороны. Точно! Посреди леса ведь полно зеркал! На каждом шагу расставлены... В той пещере могли быть отражающие поверхности... Нет. Не полезу сейчас обратно! Так, шутки шутками, а в округе не видно ничего примечательного. Конечно, стоя осматриваться будет лучше, но пока полежу».

Перестав о чем-либо думать, Ксирдис просто лежал на зелёной травке возле зарослей крапивы, сжимая в руке посох, и наслаждался теплом. Шевелиться совершенно не хотелось. Взгляд мертвых глаз бесцельно блуждал по кронам деревьев, пока не остановился на смотрящей на него с ветки маленькой голубой птичке.

«Смотришь на меня? Интересно, что же ты сейчас видишь? Монстра? Ворох старого тряпья? Кучу гнилой плоти или простого покойника? А видела, как я посохом бросался?.. Обещай, что никому