Палач - Олег Борисов

– Разберусь. Сам-то успеешь до темноты? Чтобы не заполучить кого в непрошеные попутчики.

Возница вмиг погрустнел и засобирался, припрятав деньги во внутренний карман:

– Да, поеду, пожалуй… Засветло до дому – самое то, самое то… Но вдруг надумаете, то стучите громче, у нас запирают рано. И назваться не забудьте, что из Города. А то посторонних тут не жалуют, сами понимаете…

Проводив сани за ворота, палач подошел к дому и вежливо постучал. Подождал пару минут, потом уже забарабанил сильнее, долбя кулаком, укутанным в пушистую варежку.

Распахнулась узкая бойница, и, прежде чем оттуда пробился рык хозяина дома, гость протянул широкий конверт, увитый блестящей тесьмой:

– Господин Шольц просил кланяться… Приветы передает, о здоровье хотел узнать…

Бумажный прямоугольник исчез, оставив после себя лишь звонкий хлопок закрытой бойницы. Клаккер успел сделать круг по двору, разминая ноги, пока двери не распахнулись и местный хранитель закона не выбрался на улицу повторно.

– Я из другого ведомства, господин обер-акк. Служба Сыска Теней. Палач… Ну и заодно мальчик на побегушках у нашего общего знакомого.

Густав Рамп недовольно поморщился, потом еще раз поднес к глазам раскрытое письмо и прогудел:

– Обязательно старика надо было дураком выставлять? Не мог сразу…

– Будто вы слушали… Но – можно начать все сначала, еще раз. Вы – гостя встретили, я – с вами поздоровался. Как будто ничего и не было…

Но обер-акк лишь морщился, будто от зубной боли, не вслушиваясь в слова:

– Вот подсуропил, Шольц, вот удружил… Просил же – самому подъехать или кого посмышленее прислать. Так нет – мальчик на побегушках… Нянькайся теперь…

Клаккеру надоело, и он прервал чужие стенания:

– Слушайте, господин хороший. Вы бы лучше сказали сразу, чего ради я в такую даль приперся. Что время терять. Может, вместо меня унтера прислать, чтобы помог протокол составить, или кого из сезонных рабочих – коровам хвосты накрутить?

Безразмерная ладонь смяла бумагу, но полицейский сдержался. Помолчал, разглядывая нахала, потом криво усмехнулся и зашагал в угол двора к отдельно стоящему низкому сараю.

– Значит, умный у нас, торопыга. Ну, давай, посмотрим, что за подарок мне из Города прислали. Может, в самом деле, пора на пенсию по выслуге лет. Дорогу молодым, так сказать. Прытким и грамотным…

Лязгнул замок, и заходящее солнце высветило золотистый квадрат на засыпанном соломой полу. Хозяин встал рядом с распахнутой дверью, ткнув пальцем в мутное стекло, оплетенное проволочной вязью:

– Фонарь возьми.

Палач подхватил покрытую инеем дужку, поднес тяжелый светильник поближе к глазам:

– О, из штурмовых запасов, знакомая вещь. Отличная машинка, на ветру не гаснет, на морозе не коптит зря…

Встряхнув фонарь, мужчина хлопнул ладонью по выступающей из днища кнопке и дождался, когда внутри взметнется яркий огонек, быстро набравший силу. Подкрутив фитиль, Клаккер шагнул внутрь сарая, пригнувшись под низкой притолокой. Выждав чуть-чуть, следом двинулся и хозяин, пряча кривую улыбку.

Но минута шла за минутой, а гость не кричал от страха, не пытался выбежать наружу. Наоборот, он стоял у вереницы закоченевших мертвых тел, выстроенных в ряд у стены, и разглядывал покойников. Чья-то злая воля ободрала лица с мужчин и женщин, превратив их в жуткие мертвые карикатуры на весь человеческий род.

Помолчав, Рамп расправил бумагу и пробормотал, рассматривая округлые ровные строки:

– А может, и в самом деле лучший помощник. Вроде Шольц раньше глупые шутки себе не позволял. Хорошо бы, если так…

Клаккер потратил на погибших больше часа. Он детально обследовал раны, прислушался к любым отзвукам отражений. Не поленился прощупать остатки одежды, колом стоявшей на замерзших покойниках. И лишь оторвавшись от последнего тела, вынес вердикт:

– Паршивая история. Одна и та же тварь, судя по запаху – первого привалила месяца два назад. Последний – позавчерашний.

– Каждые выходные. Плюс-минус день. – Хозяин хутора мрачно кивнул, разглядывая хмурого гостя. – Находим в поле, закоченевших. Все – из разных деревень. Но один участок. Мой участок. И никаких следов…

– А какая нечисть по лесам шляется? Вы же далеко от Города, тут что угодно может резвиться.

Рамп помолчал, потом развернулся и пошел к выходу. Дождавшись, пока Клаккер выберется на улицу, закрыл дверь и со злостью защелкнул замок:

– Понимаешь, незадача какая… Мелочь нас года три тому назад достала. Бегали такие, на крыс-переростков похожие. Птицу грызли, на детей скалились. Одну прибили, остальные лишь злее стали. А потом приплелся зверь, даже не знаю, как называть. Помесь собаки и медведя, только морда огромная и клыки – не каждый у меня в ладони поместится. Кто-то его сильно подрал, вот и прибился… Мужики забить хотели, да побоялись. А мне, дураку старому, жалко стало. Я тварь потрохами откормил да потом прогнал прочь… Так и повелось – наш монстр по округе бродит, изредка на глаза показывается. Скот не трогает, на людей не лезет. Мы его не гоняем, он нам не досаждает. Оленей обычно скрадывал в чащобе да свою же мелочь сожрал, кто не удрал сразу… Тихо стало, просто загляденье.

– А потом нашли первого убитого.

– Ага. Перед морозами тварь не видели, думали, что все, с холодами уйдет. Прошлой зимой тоже долго его не было, уже ближе к весне объявился. А тут – увидели его как раз после первого погибшего. И пошло-поехало. Как где мелькнет по лесу, так можно в поле за «подарочком» шагать… Мужики на меня уже волком смотрят, я же зверюгу сразу не прихлопнул. И что тут поделать – ума не приложу…

Клаккер задумчиво погладил бок, проворчав в унисон хозяину:

– Это хорошо, что я с собой барахло прихватил. Конечно, громыхалка у тебя на вышке знатная, но по лесу бегать с моими игрушками куда как сподручнее… Сколько у нас до следующего набега осталось? Дня два-три?

– Где-то так.

– Значит, успеем перехватить… Давай пока сядем, ты подробно все расскажешь. А завтра покажешь на местности, где именно тварь атаковала. Следы посмотрю, с округой познакомлюсь. И можно будет начинать охоту. Чтобы раз и навсегда точку поставить. Картечью. Чтобы без вариантов…

Наутро палач нацепил широкие лыжи и двинулся следом за хозяином. И хоть навыка в беге по пересеченной местности у него не было, здоровяк пер, подобно товарняку, оставляя после себя широкую колею. Там, где более тяжелый обер-акк умудрялся проскочить мимо ямы или канавы, гость шел напролом, ничуть не смущаясь и почти не отставая. Не успело солнце взобраться на ледяной небосвод, как мужчины уже стояли рядом с местом последнего убийства. Достав нарисованную вечером карту, Клаккер быстро нашел нужные ориентиры и довольно кивнул: