Ликвидатор, или Когда тебя не стало - Юлия Шилова

Впереди себя они толкали бабку Тасью – она вытирала слезы платком и постоянно крестилась. Я хотела броситься к окну и выбежать на улицу, но ноги отказались мне подчиниться. Я стояла как парализованная и тяжело дышала. Братушки втолкнули бабку в дом, и та громко заголосила:

– Вот эта девка проклятая! Она самая! Господи Исуси!

Один из братков подошел ко мне и ударил так, что я отлетела к стене и осела вниз. Изо рта потекла струйка крови. Насколько я поняла, мне выбили зуб, но боли я не почувствовала. Баба Тасья затравленно посмотрела на меня и запричитала:

– А говорила, что золото именное! Граф, мол, ее отец, и стоят эти цацки очень дорого. Из-за тебя, поганка, врача нашего убили!

– Кого убили?

– Врача Ивана, Господи Исуси Христоси!

Братушки подошли ко мне и рывком подняли с пола.

– Алик, давай ее в машину, а то эта старая карга так орет, что всю деревню разбудит.

Его приятель достал пистолет, прицелился и выстрелил в бабку. Из груди ее раздался стон, лицо побледнело, и тело рухнуло на пол.

– Ну все, бабуль, теперь будешь молчать, а то больно ты у нас голосистая попалась, – сказал убийца и подтолкнул меня к выходу.

– Давай, бикса, нитками шевели, а то сейчас рядом ляжешь.

Мы вышли из дома. Я огляделась по сторонам, но Пашки нигде не было.

Конечно, он купается в речке и даже не представляет, какая страшная картина здесь разыгралась. Перед тем как залезть в машину, один из братушек взял меня за грудки и сквозь зубы процедил:

– Цепь с кулоном в доме или другом месте?

– Какая цепь? – Я постаралась сделать удивленное лицо.

– Ты что, забыла?!

– Я не понимаю, о чем вы говорите.

– У тебя плохая память, сейчас мы ее улучшим!

Я получила хороший удар в грудь, заревела и упала на землю. При падении я больно стукнулась подбородком и почувствовала, что на нем выступила кровь.

– Цепура у тебя?

– В другом месте, – с трудом прошептала я.

– Это другой разговор.

Меня затолкали на заднее сиденье, связали руки и заклеили рот скотчем.

Один из братушек сел за руль, обернулся в мою сторону, внимательно посмотрел мне в глаза и сказал второму:

– Алик, сходи-ка в дом, обыщи на всякий случай. Только по-быстрому, а то пора отсюда дергать. Вдруг кто-нибудь к этой старой дуре в гости решит зайти. Да и врача этого гребаного в любой момент могут кинуться искать.

– Я его крышкой в колодце так придавил и заделал, что в жизни никто не найдет.

– Неплохо было бы. Давай, переверни все вверх дном и поехали.

– Я мигом.

Алик ушел в дом, а тот, который сидел за рулем, достал сотовый телефон и набрал номер.

– Слушай, Серега, мы нашли эту козу, которая золото стырила. Сейчас привезем. Ты с ней сам побеседуешь, а то у нас терпения не хватит. Мы ей немного морду помяли, а то она нам попыталась дурочку включить.

Я повернула голову в сторону речки. Только бы Пашка не успел прийти. Он совсем слаб, его сразу убьют. Мы уедем, и все. Он свалит из этой деревни, и мы больше никогда не увидимся. Главное, я знаю, что он будет жив. То, что наши пути не пересекутся, это точно. Думаю, как только меня привезут к этому Сереге, то сразу убьют. Им нужна цепь, а цепь у Маринки. Маринку я подставить не имею права. Через пять минут вернулся Алик. На его плече висела Пашкина винтовка, а в руках был пистолет.

– Послушай, Вован, здесь баба шальная сидит! У нее в сумке два ствола!

Оба посмотрели на меня, и второй спросил:

– Послушай, подруга, это твои стволы?

Я кивнула. Они удивленно переглянулись и присвистнули. Алик завернул стволы в полотенце и положил под сиденье. Затем сел рядом и усмехнулся:

– Ни хера ты затарилась!

Машина поехала, а я еще раз оглянулась в сторону речки и облегченно вздохнула. Вот и все, Паша. Живи! На глазах выступили слезы. Мне пришлось сдерживать себя, чтобы не зарыдать. Пашка зайдет в дом, почувствует запах жареной курицы, станет меня искать и увидит мертвую бабку Тасью. Господи, я даже печку не выключила. Может быть пожар. Нет, Пашка должен прийти с минуты на минуту. Интересно, он будет страдать?

Неожиданно мы подъехали к перекрестку, на котором скопилось большое количество машин. Простояв минут десять без движения, Вован сказал своему напарнику:

– Сходи посмотри, что там, а то так к утру не доберемся.

Алик вышел и нехотя побрел вдоль обочины. Когда он вернулся обратно, морда у него была вытянутая.

– Ну что там?

– Там ментов полно. Операция «Конопля». Все машины шмонают. Овчарки, все дела! В Москву не впускают, пока тачку не проверят.

– У нас, слава богу, наркоты с собой нет. Только вот стоять у нас времени нет.

– Наркоты-то нет, а вот стволы этой дуры лежат. С ними что делать?

– Пусть лежат, никто нас шмонать не будет. Я когда езжу, всегда удостоверение показываю, которое нам Серега на стрелке раздал.

– И что, канает?

– Спрашиваешь! Как по маслу!

Включив фары, мы подъехали по встречной полосе прямо к людям в штатском. Один из них удивленно на нас посмотрел и подошел к машине. Наглый тип за рулем открыл стекло, улыбнулся и протянул менту руку.

– Привет, командир! Что у вас здесь за операция?

– Здравствуйте. Операция «Конопля». А вы почему по встречной движетесь? В очереди стоять не хочется?

– У нас и так вся страна стоит в очередях, товарищ командир! Дайте хоть нормальному человеку проехать. На собрание опаздываю.

Вован протянул менту какое-то удостоверение, и тот начал внимательно его изучать.

– Помощник депутата?

– Так точно, командир. Нам в очередях стоять некогда, надо думать, как народ накормить.

– Да уж, о народе-то вы думаете больше всего, – улыбнулся мент и протянул удостоверение. – Счастливого пути!

Повернувшись к своим коллегам, он скомандовал: «Пропустить» – и махнул рукой.

– Спасибо, командир. Тебе зачтется. – И мы поехали дальше, не снижая скорости.

– Класс! – хлопнул в ладоши Алик. – Они липовые или натурал?

– Скажешь тоже, липовые. Такую ксиву, между прочим, любой мент может запросить. С липой попасться – раз плюнуть. Это официальная бумажка, не подкопаешься. Сереге депутат продал в расчете на самых старших членов нашей группировки.

– И сколько такое?

– Двушка баксов.

– Многовато.

– Кому как. Тебе и за двушку такое не продадут, не дорос. Это только старшим причитается. Зато парковка везде бесплатная, за въезд нигде отстегивать не надо, с гаишниками тоже проблем нет. Можно скорость превышать, мотивируя тем, что, мол, опаздываешь на важное общественное мероприятие. И опять же – депутатская неприкосновенность. Короче, оно себя оправдывает.

Алик сделал недовольное лицо и с завистью посмотрел на своего напарника. Затем повернулся в мою сторону и ухмыльнулся. Взяв меня за подбородок, он притянул меня к себе. И тут мне показалось, что его глаза сейчас вылезут из орбит.