Terra Insapiens. Замок (СИ) - Григорьев Юрий Гаврилович

— Я подумал, — сказал Артур, — если ваша машина перемещает в пространстве и времени, то наверно она может использоваться для телепортации, не задевая время?

— Может.

— Тогда почему вам просто не удрать с острова куда-нибудь?

— Мне нечего делать в вашем времени. Сюда я попал случайно.

Артур потрогал холодный металл.

— Это серебро?

— Да… Пришлось переплавить все серебряные ложки, какие нашлись у Хозяина, — усмехнулся Адам.

Артур заинтересовался.

— Ну и как мне отправиться в прошлое?

— Ничего сложного — садись на коврик. Теперь прими позу эмбриона. Все люди подсознательно помнят её — с этого они начинали свою жизнь. Так, правильно. Теперь закрой глаза и молись.

— Молиться? Как и зачем?

— Да шучу, шучу. Хотя… В каждой шутке есть доля правды. Трудно рассчитать точное время и место телепортации. Масса помех и флуктуаций может повлиять на результат. Я ведь совсем не собирался купаться в Индийском океане, да вот пришлось. Так что надо быть готовым ко всему. Риск в этом деле всегда присутствует.

Адам ковшом набрал из бочки воды, вылил её в электрический чайник и включил его в розетку. Через пять минут они пили чай с сахаром и хрустели сушками.

— Хочешь, ещё тебя удивлю?

Адам достал из рюкзака, висящего на стене, кожаную бандану. Подошёл к Артуру и одел её ему на голову.

— Yòng zhōngwén shuō diǎn shénme, — попросил Адам на чистом китайском языке.

— Wǒ bù huì zhōngwén, — недоуменно произнёс Артур.

Невольно он оглянулся назад — кто это говорит на китайском? — и понял, что это говорил он.

Адам засмеялся.

— Ты теперь можешь ехать в Китай, и все тебя станут хвалить — как хорошо и без акцента ты говоришь по-китайски. Этот девайс, как сейчас говорят, позволяет общаться на всех известных ему языках. А знает он их много. Незаменимая вещь в путешествиях по времени и пространству.

Он снял бандану с головы Артура.

— Эта бандана — единственное, что у меня осталось из будущего. Все остальное, что я захватил с собой, — на дне океана. Никогда точно не угадаешь — где приземлишься? Вот я приземлился, точнее приводнился, в Индийском океане, в полуста километрах от берега.

— И как же вы не утонули? Неужели проплыли все пятьдесят километров?

Адам весело глянул на Артура.

— Я похож на человека-амфибию? На этот случай на мне был спасательный жилет. А через несколько часов меня заметили с судна, проплывавшего мимо.

— Так вот, — продолжил он, — бандана помогла мне убедить Хозяина, что я не сумасшедший. Я одел её ему на голову и заговорил с ним по-арабски. Он ответил, а потом вытаращив глаза и стал озираться, также как ты, — кто это за его спиной говорит по-арабски? Потом до него дошло, что это он говорит, и с этого момента он начал мне верить.

— Вы знаете столько языков? — удивился Артур.

— У меня было много свободного времени, чтобы их изучить. На арабском я читал ал Араби в оригинале.

Артур вытащил из нагрудного кармана, найденную вчера «визитку».

— Адам, я не знаю — кто я такой? В комнате ненужных вещей я нашёл свою сумку и там был вот этот странный кусок картона с непонятными надписями.

Он протянул «визитку» Адаму. Тот долго рассматривал её с обеих сторон, потом с выражением задумчиво произнёс:

— Эмпокасипабль!.. Звучит глупо, но гордо.

Мотнул головой и хмыкнул.

— Индейское предупреждение, — он вернул «визитку» Артуру.

— Что это значит?

— Есть такая история, не знаю — придуманная или реальная? Когда американцы готовились лететь на Луну, индейский вождь попросил их заучить одну фразу, которую надо произнести на Луне. Он объяснил им, что по их преданию на Луне живут духи их племени, и он хочет передать им привет. Американские космонавты выучили фразу, но из любопытства нашли переводчика, который им её перевёл. Оказывается, индейский вождь сказал: «не верьте этим людям, они пришли украсть ваши земли».

— Вы думаете, меня кто-то хотел о чём-то предупредить?

— Возможно ты сам хотел себя о чём-то предупредить… Во всяком случае, этого слова я не знаю, и того языка, что с обратной стороны — тоже.

Артур вздохнул и Адам похлопал его по плечу.

— Ну, не отчаивайся! Всё рано или поздно прояснится. «Don’t worry, be happy».

— Завидую вашему оптимизму — сказал Артур, — и хочу научиться ему.

— Я — оптимист-реалист. Когда говорю: «всё будет хорошо», всегда мысленно добавляю: «насколько это возможно».

Допив чай, Адам оглянулся по комнате.

— Чтобы тебе подарить? Ага! Вот тебе плеер, — он взял его с тумбочки возле лежанки. — Послушаешь музыку вечером. Там сборник песен — мне Паскаль записал.

Артур засунул плеер с наушниками в карман.

Они вышли из мастерской и спустились к берегу. Сев на камнях, продолжили разговор.

— Остров небольшой, — сказал Артур. — Я думаю, его весь можно обойти по берегу за час.

— Пожалуй, так, — ответил Адам. — Я знаю от Хозяина, что Демон предлагал ему расширить остров, благо прибрежная полоса — в основном, мелководье. Но Хозяин отказался, слишком дорого.

— Зачем Хозяину ваша машина? — спросил Артур.

— Он захотел отправиться в прошлое. Как он сказал: «мне надо съездить туда за своими пациентами», — Адам улыбнулся. — Он уже подготовил на втором уровне комнаты для Христа, Мухаммеда, Будды, Лао-Цзы и прочих, как он говорит, главных безумцев человечества.

— И вы ему в этом помогаете?!

— Нет конечно. Я не собирался ему в этом помогать. Я его обманул, чтобы он позволил мне заниматься созданием и настройкой телепорта. Через пару дней я отсюда сбегу. Предлагаю тебе составить мне компанию. Только уговор — никому ни слова. И про телепорт никому ни слова. Если Хозяин поймёт, что ты знаешь его планы, он запрёт тебя в комнате. Если спросит, скажи — я говорил тебе, что делаю новый источник энергии на замену дизель-генератора. Слишком много солярки жрёт дизель. Об этом Хозяин меня тоже просил, но руки пока не дошли.

— Вы так и не сказали мне — что вы ищете там — в прошлом? Зачем вам самому это нужно?

Адам задумался.

— Я не смогу тебе сейчас объяснить. Это слишком личное… Могу сказать только, что мне это нужно не из любопытства, и не для того, чтобы изменить историю. Это всё вздор.

Немного помолчали, слушая плеск волн.

— Мессию вчера отпустили, но книги у него отобрали, даже Библию, — сказал Артур.

— Ничего, вернут. Это Демон его не любит, а Хозяин его бережёт. Он — жемчужина в его коллекции.

— Меня сбивают с толку его проповеди. Иногда он сам себе противоречит.

— Противоречия — признак жизни. Мессия не проповедует придуманного им Бога. Он всё ещё Его ищет. На ощупь, вслепую, но настойчиво и упорно — в этом его сила.

У ног плескалась вода, с океана дул свежий ветер. Они сидели молча, глядя на тонущее Солнце.

— Если нам не удастся побег, — наконец озвучил Артур свои мысли, — мы будем сидеть здесь на острове до конца своей жизни.

Адам посмотрел на него.

— Не переживай! Всё будет хорошо.

— Насколько это возможно, — добавил Артур, и Адам улыбнулся.

— Быстро учишься.

Он поднялся.

— Пойду спать. Не засиживайся, а то простудишься.

Солнце утонуло в океане, окрасив линию горизонта багровым цветом. Небо проявляло первые звёзды.

Артур в задумчивости сидел на берегу. Когда понял, что рядом кто-то стоит, обернулся. Это был Никто. Капюшон лежал на его плечах, спутанные волосы были откинуты назад.

— Как идут дела союза освобождения от человечества? — спросил Артур.

— Что? А вы об этом! Нет, я понял, что борюсь с призраками. В этом нет смысла.

Он пристально вглядывался за горизонт. Потом повернулся к Артуру.

— Вы думаете, там за океаном что-нибудь есть?

Он кивнул головой куда-то в сторону океана, хотя океан был со всех сторон.

— Там территория снов. Ничего реального там нет.

Он помолчал.

— Когда Бог спит, ему снятся сны. Эти сны и материализуются в бесконечные Вселенные, населённые звёздами, планетами, людьми, животными. Материя — это ткань Божьего сна. Персонажи сна рождаются, живут, умирают — возникают и испаряются, возникают и испаряются. За время своего краткого сносуществования они успевают объяснить себе мир, определить его законы, начинают писать некоторые слова с большой буквы — Родина, Истина, Бог… А когда Бог просыпается, материя его снов перестаёт существовать, ведь её никогда и не было. И остаётся один Бог — вечный, бесконечный, единый…