Невероятный мир - Михаил Михайлов

Очень долго, не менее пяти минут, деятельность гнома игнорировалась теми, кто скрывался в соседнем помещении. Рыжебородый за это время окончательно вышел из себя и лупил уже обоими кулаками по преграде, часто помогая в этом деле ногами. Стоит отметить, что дверь, несмотря на свой непрезентабельный облик, с честью выдержала испытание разъяренным гномом.

— Ну я их…

Договорить Рыжебородый не успел — дверь наконец-то открылась. Совсем чуть-чуть, только чтобы показать два ствола огромного пистоля. В каждый из стволов у меня легко большой палец влезет. Представляю, что могут сделать заряды с человеческим телом на таком расстоянии. На всякий случай, чтобы не подтолкнуть случайно владельца этой дуры к активным действиям, я замер на месте. Но вот гном… боги, за что?

— Ты в кого тычешь своей пукалкой, молокосос? — заревел мой спутник, лишь на короткий миг опешив от такого недружественного приема. — А ну дай сюда, — и тут же ухватился за стволы всей пятерней.

С обратной стороны двери послышалось пыхтение, приглушенные ругательства с поминанием подземных богов и демонов, проклятия на голову паршивых родственников и многое другое. Такое словесное оформление лишь распалило Дагара и придало ему злости. Через несколько секунд пистоль оказался у него в руках.

— Открывайте, позор рода Каменных Кулаков и семьи Рыжебородых! — заорал Дагар, как только оружие поменяло владельца, и подкрепил свои слова пистолем, сунув тот в щель между косяком и дверью.

— Открой ему, Бардир, — послышался басовитый голос за дверью, — а то наш братец скоро бороду сжует от злости. Или трубку проглотит.

— Я ваши бороды сейчас проглочу, — пообещал Рыжебородый. — Открывай давай, долго мне еще ждать?

За дверью что-то щелкнуло, негромко лязгнул металл, и она распахнулась, открыв новое помещение. Внутри была мастерская с несколькими станками, большим горном, кучей инструментов и различных деталей. В углу стоял длинный верстак с тисками, зажимами, парой наковален и струбцинами. Там же находилось странное приспособление, больше всего похожее на громоздкий микроскоп. Даже небольшая бронзовая пушечка без лафета ютилась возле стены, опираясь жерлом в пол.

— Кто это, Рыжебородый? — поинтересовался гном напротив, внимательно рассматривая меня.

В свою очередь я уставился на вопрошавшего. Молодой гном, моложе Дагара лет на десять — пятнадцать. У подземных жителей, как и у эльфов, трудно определить настоящий возраст. Чаще всего считают так: моложе пятидесяти, старше полувека и за сотню лет. Этому гному, как и Дагару, пятидесяти еще не было. Коренастый, с рыжеватой шевелюрой и бородой, более короткой и не такой густой, как у моего матроса. Одет в кожаные штаны, кожаный фартук и короткие сапоги. В левой руке зажаты рукавицы. Чуть в стороне, рядом с верстаком, стояла его точная копия, но без фартука.

— Мой капитан, — буркнул Рыжебородый. — Вы чего так долго не открывали? Или не знали, что я пришел?

— Мало ли с кем ты заявился, — пожал плечами тот, что в фартуке, натягивая рукавицы и поворачиваясь к Дагару спиной. — Сперва наверх пошел, потом сюда спустился… а ну как стражник с тобой приперся и ты время тянешь?

М-да, а родственники у Рыжебородого весьма занимательные личности. Уверен, что заминка с дверью связана с тем, что они прятали некоторые вещи, которых у честных мастеровых и законопослушных горожан быть не должно.

— Стражник один не пришел бы, — многозначительно постучал себя по лбу Дагар. — Думать надо.

— Вот и думай, даром что старший брат, — отозвался «фартучник», подходя к горну и вороша угли длинной кочергой.

— Да вы…

— Дагар, а чего вообще пришел и… капитана своего притащил? — прервал второй гном, щеголявший голым торсом. — Или он прикупить что-то хочет из наших игрушек?

— Хм… это, — хмыкнул Рыжебородый, — я с ним насчет оружия говорил… ну того самого.

Оба гнома напряглись. Тот, что ковырялся в горне, повернулся ко мне и уставился немигающим взглядом. Его напарник положил руку на небольшой молот с короткой ручкой. Так, что-то мне не нравится их поведение. Опасаясь разных неожиданностей, я просунул пальцы под клапан кобуры и взвел курок револьвера. Если что, то буду стрелять сквозь кожу. Тем более что кобура свободно болтается на ремне.

— Да вы что, — взревел Дагар, на пару секунд опешив от нашего поведения, — совсем обезумели? Капитан, не обращай внимания на этих сопляков. У них мозгов с рождения немного было. А та малость, что дарована Подземным Отцом, вылетела еще в детстве.

И кинул пистолем, все еще находящимся в руке, в гнома возле верстака. Тот едва увернулся от тяжелого оружия, которое с грохотом врезалось в стену. У меня даже сердце дрогнуло в ожидании выстрела. К счастью, все обошлось.

— Дагар, ты чего творишь? Я же над этим пистолем уже неделю бьюсь.

— Плевать, еще неделю поработаешь, если головой думать не можешь.

«Фартучник», опасливо косясь на злого Рыжебородого, торопливо сунул клещи в горн. После этого направился ко мне, на ходу протягивая ладонь.

— Бардир.

— Славар.

— А я Даррид, — представился второй гном. — Близнецы мы и братья Дагара.

— Двоюродные, — внес поправку Рыжебородый. — Родные все ж поумнее будут.

— Да ладно тебе, Рыжебородый, — с обидой протянул Бардир. — Ну не разобрались поначалу… со всяким же бывает.

— А-а, — махнул на него Дагар, — балбесы. Капитан, ты на них не шибко внимание обращай и спуску не давай. Молодые они еще, чтобы своевольничать со старшими.

— Мы уже мастера, — запальчиво выкрикнул Даррид и тут же обратился ко мне: — А что это у тебя за пистоль в такой странной сумке? Покажешь?

— Вот, — протянул я револьвер гному, предварительно сняв курок с боевого взвода. — Только не щелкай спуском — заряжен. Да и механизм портится.

Гном практически выхватил у меня из рук револьвер и принялся его крутить. Пощелкал ногтем по стали, понюхал ствол, мазнул пальцем по замазке на каморах барабана.

— Калибр маловат, — вынес резюме через пару минут Даррид и вернул мне оружие. — А так ничего, идея интересная. У какого мастера брал?

— Небось в столице, — предположил Бардир, с непонятной тоской в глазах наблюдая за тем, как я прячу револьвер в кобуру. — Эх, вот бы секрет разгадать и начать такие же делать. Славар, не продашь, а?

— Зачем тебе? — удивился я.

— Разберу и попробую повторить. На таком оружие озолот…

Не договорив, Бардир поперхнулся на полуслове, получив затрещину от Дагара.

— Я тебя еще не так озолочу, — рыкнул Рыжебородый на своих родственников. — Капитан, не вздумай продавать им свой чудной пистоль. Если на нем секретное заклятие висит или проклятие, чтобы никто не узнал тайны этого оружия, то эти бестолочи помрут раньше, чем узнают об этом.