Спецгруппа «Нечисть». Экспансия - Александр Ищук

– В смысле убить? – не понял я.

– В прямом, – процедил Борька. – Он уже не дышит.

Ильдар метнулся к пленному, быстро его осмотрел и констатировал:

– Готов, – потом со злостью ударил кулаком в землю и добавил: – Вот же падла!

– Ты прав, татарин, – кивнул Зяма.

– А что за молния была? – вспомнил я.

– Так британец не был одержимым, следовательно, моя… – Борька замялся, – ну… магия начала искать источник. Нашла и атаковала его. Именно это вы и видели.

– Ты его уничтожил, источник этот?

– Нет. Судя по воплям оного, только обжёг.

– Жаль.

– Согласен.

– Так, охотники за привидениями, – вернул нас в суровую реальность Коваль, – если вы закончили гонять чертей, то спешу вас обрадовать: по наши души выдвинулся поисковый отряд фрицев.

– Много? – сразу поинтересовался я.

– Двадцать рыл. Хорошо обученных, злых и жаждущих мести.

– «Волки»?

– Они, родимые, – вздохнул Лёха.

– Чего будем делать?

– Хороший вопрос. Давай думать. До встречи с «Севером» у нас шесть часов. За это время мы должны добраться до Загребина и при этом не притащить за собой «хвост».

– Валить будем или петлять?

– Валить не хотелось бы, но придется, – задумчиво сообщил Коваль. – Мы будем идти по территории немцев, вдоль линии фронта, и если «Волки» вычислят вектор движения, а они его вычислят, то просто сообщат начальству, и нас блокируют на маршруте.

– Тут будем ждать или другое место найдем?

– Предлагаю: вернуться назад, на пару километров, там немчуру и приголубить.

– Согласен. Марся, Микола, приберите труп. Остальные готовимся. Будем капкан ставить.

Парни засуетились, а Марся и Микола начали держать военный совет:

– Закопаем? – предложил Марся.

– Не, – возразил хохол, – собаки или волки найдут, выкопают.

– И куда его?

– Давай на дерево затащим и там привяжем.

Марся задрал голову к вершине ближайшего дерева, оценил высоту, потом присмотрелся к трупу, видимо оценивая вес покойника, и, скривив рожу, спросил:

– Изображать белку, так мыслю, мне предлагаешь?

– Из меня альпинист хреновый, – вздохнул Микола.

– Типа из меня лучше?

– Не дуркуй. Ты вон как хорошо по вышкам лазаешь. На одних руках!

– Слышь, хохол, – упер Марся руки в бока, – сколько помню, все наши совместные задачи обычно заканчивались тем, что я пахал, а ты филонил.

– Когда это было?! – возмутился Микола.

– Всегда это было! Ты вспомни, сволочь, как мы танк чинили!

– Так ты сам его сломал!

– Не я, а Зяма!

– И какие ко мне претензии?! – шумел Микола.

– А кто предложил?

– Зяма!

– А кто танкистов распугал?!

– Зяма!

Марся задумался и резюмировал:

– А если организатором был Зяма, танкистов распугал он же, и танк в яму он уронил – так какого болта я его чинил?!

– Наверное, – прищурился Микола, – потому что ты мудак?

– Что-о-о-о-о?! – возмущенно затянул Марся.

– Татарин, хохол верно говорит, – пробурчал Борька, проскальзывая мимо них.

Марся попытался пнуть Борьку, но тот вовремя ускорился.

– Так, болтуны, – вмешался в беседу Бойченко, – вы будете труп прятать или выяснять, кто из вас больший мудак?

– Андрей, солнце моё, – оскалился Микола, – шёл бы ты… своими командовать. Не ровён час, тебе придется бешеную белку изображать.

– Топай-топай, – поддержал хохла Марсель.

– Андрюха, – Зяма подошел к трупу и начал его обыскивать, – вот согласись, интеллигентному человеку невозможно служить рядом с таким быдлом, как бойцы «Урала».

Опытный Бойченко не ответил. Он ждал, когда Зяма, являющийся третьим участником устойчивого, практически преступного сообщества, занимающегося спекуляцией, мелкими хищениями, мародерством, пьянством и чревоугодием, проявит свою хищную натуру. Первыми двумя участниками указанного сообщества были Микола и Марся.

Не дождавшись продолжения речи Борьки, Андрей осторожно спросил:

– Ты сам-то сильно лучше их?

– Именно! – Зяма поднял указательный палец вверх. – Поэтому ноги в руки – и топай отсюда по-скорому. А то получится, как с тем танком…

Бойченко послал Зяму в пеший эротический тур и ушёл.

– Как я его? – спросил Борька у Марси и Миколы.

– На троечку, – оценил потуги Зямы Марсель. – Ты, мародёр, закончил?

– Ага. Денег нет.

– Ну тогда вали вслед за Бойченко.

– Марсель, вы – хам! – начал было Зяма, но, получив легкого пенделя от Миколы, поспешил ретироваться.

– Продолжаем дискуссию, – вернулся к решению поставленной задачи Микола.

– Отставить дискуссию, – вернулся к трупу Коваль. – С собой понесём.

– Как приманку будем использовать? – предположил Микола.

– Именно, только разденьте его полностью. Парни в кротчайшие сроки раздели труп, просто взрезая одежду ножами. Но, прежде чем приступить к транспортировке, Микола скомандовал:

– Марся, держи его за башку. Крепко держи.

Тот ухватился за голову покойника, уперся ногами и кивнул головой. А Микола ухватил труп в районе талии и резко повернул его по часовой стрелке. Раздался хруст ломаемых шейных позвонков.

– Контрольный выстрел? – спросил я у хохла.

– Береженого – Бог бережет!

На небольшой опушке лежал обнаженный труп британца. Лежал он задницей кверху, но его голову положили на небольшой бугорок, чтобы было видно сломанную шею. И к трупу, и от него вели следы небольшой группы. Если уметь их «читать», то было очевидно, что покойного принесли сюда, раздели (недалеко лежала пустая разгрузка покойного, «выроненная» теми, кто его принес), а потом группа ушла дальше, хорошенько потоптавшись в процессе раздевания убитого. Именно эту картину должен был увидеть немецкий специалист, заметивший труп.

Мы спрятались тридцать минут назад. На самой опушке, и тем более вблизи убиенного британца наших не было. А вот на маршруте подхода егерей и вокруг точки выхода концентрация была очень плотной. К тому же все непригодные для размещения солдат деревья были заняты моими головорезами. Мы очень любили прятаться на деревьях. И чем сложнее было спрятаться, тем лучше мы маскировались.

Наконец вдалеке мелькнул силуэт. Ещё через минуту дозорный немцев замер на краю опушки. Я рассчитал всё правильно: немец занял позицию прямо подо мной. Точнее, под тем деревом, где я расположился вниз башкой. Он внимательно рассмотрел опушку и труп, а потом достал бинокль и тщательно, не менее пяти минут, изучал следы покойного и местность вокруг него. Не заметив ничего криминального, он тихо-тихо что-то пробубнил в гарнитуру и тут же возле него нарисовался ещё один представитель немецкого спецназа со снайперской винтовкой, ствол которой заканчивался глушителем. Дозорный что-то приказал снайперу, тот моментально вскинул винтарь и выстрелил британцу в голень. Первый фриц припал к биноклю, изучая реакцию жертвы. Ну и, возможно, степень кровотечения, по которому можно было узнать о степени трупного окоченения, а следовательно, о времени смерти. Я мысленно похвалил фрица. И за осторожность (к трупу он не подходил), и за скрупулезность в чтении следов, и за идею с прострелом ноги. Выстрел в ногу решал сразу две задачи: первая – убедиться, что это действительно труп, а не боец противника, притворившийся «шлангом». Вторая – постараться узнать о времени смерти. А немец тем временем изучил деревья, в которых могли укрыться солдаты противника, проигнорировал непригодные, с его точки зрения, деревья, где заныкалась часть моих архаровцев, и снова дал некую команду стрелку. Тот удивленно посмотрел на дозорного, но без возражений произвел десять выстрелов в землю вокруг трупа.