Фанфик Четверо лучших - Фанфикс.ру айронмайденовский

Она потёрла виски.

— Да, милорд, я поняла. Но что мы будем делать до сентября?

— Поттер собрался перерыть библиотеку Снейпа, чтобы узнать всё о крестражах и вещах Основателей.

При упоминании о библиотеке она встрепенулась.

— Я бы тоже могла... Библиотека Министерства Магии... Получить туда пропуск...

— Мисс Грейнджер! И думать не смейте о том, чтобы соваться в Министерство!

— Почему? — недоумённо спросила она.

— Потому что Пожиратели уже почти не скрываются, появляясь в общественных местах, а вы... — я осёкся, совсем как она вчера.

— А я — грязнокровка, хотели вы сказать, — спокойно промолвила она и посмотрела мне прямо в глаза.

— Да, мисс, — подтвердил я. — Вам опасно ходить по магическому Лондону. Тем более, одной. Вместо этого я бы попросил вас заняться библиотекой Блэков. У вас ведь есть доступ в штаб на Гриммо?

У неё приоткрылся рот.

— Г-гриммо?! — переспросила она, заикаясь.

— Мисс Грейнджер, не будьте так наивны, — вздохнул я. — Конечно, Орден Феникса и его штаб-квартира — это большой и страшный секрет...

— Доступ есть, сэр, — отрапортовала она. — Отправлюсь сегодня. Что-нибудь совру.

Мы немного помолчали, глядя, как ветер гонит мелкие волны по поверхности воды.

— Все так переволновались, раскричались... — промолвила девушка, не отрывая взгляда от озера. — Миссис Уизли плачет, но я ей не верю. Джинни плачет — верю. Грюм орёт, Тонкс бьёт чашки, и всё без толку... Джинни расскажу, а остальным...

— Ваше право, — сказал я, втайне радуясь. Недаром подруга Гарри Поттера слывёт самой сообразительной ученицей школы. Та, кто помогала мне, пусть успокоится, а те, кто хотел отдать моего сына на растерзание аврорам и колдомедикам, должны помучиться так же, как я мучился от страха за Драко.

— Мисс Грейнджер... Вчера ночью Поттер сказал мне... что неизвестно, кто из нас двоих кого переживёт. Я подумал, что это верное наблюдение. Поэтому... — я щёлкнул пальцами. — Дриппи!

Передо мной появился домовик, как две капли воды похожий на того, которого я оставил в Галифаксе. Я отступил подальше и шёпотом отдал приказ, а потом поймал неодобрительный взгляд девушки.

— Всё ещё переживаете за права эльфов? — насмешливо спросил я, когда домовик исчез. Она насупилась.

— Да, сэр! Использовать труд этих несчастных созданий...

— Мисс Грейнджер, — перебил я, — вы когда-нибудь видели свободного домовика?

— Двоих из множества, — ответила она. — Это ужасно! Они должны получать зарплату и иметь выходные! Ими не должны помыкать как рабами!

— А вас не удивляет, что эти двое, — если не ошибаюсь, Добби и Винки, — очень быстро нашли себе новое место работы и не требуют ни платы, ни выходных?

— Они просто не понимают! — горячо воскликнула она. — Им нужно объяснить, что они имеют права, а не только обязанности!

Я вздохнул.

— И после этого магглорожденные удивляются, что чистокровные их презирают, — как бы про себя пробормотал я, но так, чтобы она слышала.

— Что вы имеете в виду, сэр?

— Вы не задумались, почему я задал все эти вопросы?

— Задумалась, — призналась она.

— Ну вот тогда поищите заодно в библиотеке Блэков ответы и на них, — сказал я. Эльф возник снова, держа в лапках толстенный фолиант. Я забрал его и протянул девушке.

— Мисс Грейнджер, теперь эта книга ваша.

— Моя?! — изумилась она, благоговейно касаясь древней обложки. — «Демонология»?

— Берите, ваша. «Зелья друидов» отдать не могу, сами понимаете, кому она нужна.

Девушка поёжилась, прижимая книгу к груди.

— Спасибо, милорд...

— Не за что, мисс. И вот ещё — чтобы не было недомолвок — общество чистокровных открыто для всех, кто пожелает принять его законы и традиции.

Она кивнула, поняв.

— А как поживает Рональд? — спросил я, резко меняя тему, чтобы не дать ей возможности солгать. — Всё ещё под замком?

— Да, миссис Уизли только выпустила его сегодня на завтрак. Он просидит в комнате до обеда, а потом до ужина... Она, знаете ли, очень рассердилась. А что такое?

— Да нет, — я пожал плечами. — Ничего. Вы обидитесь, но приятно знать, что он наказан.

— Я вас понимаю, милорд, — серьёзно сказала она.

От Норы раздался вопль:

— Гермиона-а!

— Ой, я побегу! — спохватилась она. — А то они совсем с ума сойдут.

— Книгу уменьшите, — напомнил я.

— Да, точно. Спасибо, милорд. Увидите Гарри — передавайте, что мы в него верим!

Она убежала с уменьшенным фолиантом в кармане, а я вздохнул и прошёлся по берегу туда-сюда. До обеда, значит... Я щёлкнул пальцами.

— Дриппи!

32. ГП. Мир

Не открывая глаз, я сладко потянулся: давно мне не удавалось так хорошо выспаться. Если бы от голода не сводило живот, моё состояние можно было бы назвать блаженным. Голод. Бессонная ночь. Ритуал. Галифакс — отрава! Я подскочил на кровати, зачем-то ощупывая себя, чтобы удостовериться, что не мёртв. Ну конечно, я жив! Не стали бы они меня убивать, не исчерпав всех моих возможностей...

Успокоившись, я зевнул, сполз с кровати, нашарил рядом на тумбочке очки и палочку, вытащил из кармана уменьшенный сундук и, придав ему настоящий размер, открыл. В комнате было темно, поэтому я, недолго думая, отдёрнул чёрную штору — и обомлел, с трудом возвращая себе чувство времени. Находясь в незнакомом месте, я не мог сориентироваться по сторонам света, но то, что я видел, никак нельзя было назвать рассветом. Прямо перед моим глазами находилась глухая кирпичная стена — это был соседний дом, а над его крышей алым и оранжевым пылало небо. Определённо, это был закат. Я протёр сначала очки, потом глаза. Наверняка меня предательски усыпили только для того, чтобы я не путался под ногами и можно было посовещаться в тесном, так сказать, семейном кругу. Сволочи, короче.

За размышлениями я не заметил, что открыл сундук и уже держу в руках обе вещи, которые намеревался из него достать: карту Таро и колдографию. Я положил их в карман и, на всякий случай держа наготове палочку, вышел из комнаты.

Моим глазам предстал тёмный коридор, в конце которого была закрытая дверь. Такая же дверь обнаружилась и слева, а справа была лестница. В доме царила мёртвая тишина, и я осторожно спустился вниз. Хорёк обнаружился в гостиной, на подоконнике.

— Привет, — сказал я хриплым со сна голосом, отдёргивая свежую тюлевую занавеску. Никак домовик завёлся.

— Привет, — не поворачивая головы, сказал Малфой.

— Это твоё, возьми, — как можно более нейтральным тоном сказал я, протягивая ему карту и колдографию. Он обернулся, мельком взглянул на мою руку, потом поднял на меня почти прозрачные глаза. Взял нерешительно, как будто думал, что это ловушка. Посмотрел, убрал в нагрудный карман новой рубашки. Сто пудов, успели завести домовика. Мотался небось, бедолага, весь день отсюда в имение и таскал Хорьку шмотки...