Во мраке бытия - Рон Хаббард

— Ну вот, а я только успел подмести пол, — сказал он с упреком.

Они шли по направлению к северной части города. Улицы были темными и безлюдными. Хеллер бодро хромал по дороге. Вскоре стало ясно, что девушка не в состоянии поддерживать такой темп. Тяжело дыша, она бессильно опустилась на свой чемодан.

— Сердце барахлит, — задыхаясь, оправдывалась она. — У меня был тяжелый период… Через минуту я буду в полном порядке… Мне нужно было… Да они ведь перероют весь город… поставят все вверх дном, разыскивая нас.

Хеллер подхватил ее одной рукой под мышку, взял ее чемодан, потом еще ухитрился взять и свои чемоданы, и так они двинулись дальше.

— Ты… ты очень хороший малый… Сверни теперь направо, так мы выберемся на шоссе.

Вскоре она уже указывала ему, куда следует двигаться, чтобы добраться до черты городка. Там поблескивали огни фонарей. Это была заправочная колонка и одновременно место, где торговали подержанными автомобилями. Вывеска гласила, что здесь ведет торговлю компания «Спрут», там же был изображен страшноватый осьминог, с каждого щупальца которого капал бензин. По всей площадке стояли пластмассовые ветрячки, которые сейчас не двигались из-за полного отсутствия ветра. И тут внимание Хеллера привлекла еще одна вывеска, намалеванная на задах бензоколонки. Надпись гласила: «НАСТОЯЩИМ ВИРГИНЦАМ МАШИНУ ПО ВЫГОДНОЙ ЦЕНЕ ВСЕГДА ПРОДАСТ ГАРВИЛИ — ДРУГ ПОТЕРПЕВШИХ АВАРИЮ. В НЕКОТОРЫХ СЛУЧАЯХ ДЕНЬГИ ВОЗВРАЩАЮТСЯ».

Бензоколонка и все ее окружение являло собой картину запустения. Собственно, колонка в такой поздний час была уже заперта. Половина аппаратов для заправки была поломана и примерно треть лампочек в витринах и фонарях — вывинчена. Какой-то мужчина стоял на кабине старого грузовика, глядя в ту сторону, где полыхало зарево пожара. Заметив появление незнакомцев, он спустился со своего наблюдательного пункта.

Хеллер усадил Снежную Мэри на ее чемодан. Слезы опять катились по ее щекам. Она обливалась потом и непрерывно сморкалась. У нее еще началась и зевота — явный симптом того, в каком состоянии она сейчас пребывала. Мужчина подошел совсем рядом и принялся рассматривать их. Несмотря на большой рост, он производил впечатление человека приземистого. Это был тридцатилетний и почти молодой человек, но с уже дряблым и каким-то блеклым лицом.

— Мэри? — Чувствовалось, что он совсем не рад этой встрече. Потом он окинул взглядом Хеллера и снова обратился к ней: — Где ты его откопала, Мэри? Ты что — уже воруешь детские коляски?

— Гарви, ты должен любой ценой достать мне мою дозу! Одну-единствснную, Гарви. Пожалуйста, Гарви, уж ты постарайся!

— Ну, Мэри, ты же знаешь, что федеральный агент подчистил здесь абсолютно все. И он говорит, что так будет продолжаться, пока ей не начнут выделять пятьдесят процентов всего оборота. Сейчас у нас здесь все выметено подчистую.

Девушка мучительно застонала:

— Гарви, а может, ты дашь мне из собственного запаса? Прошу тебя, Гарви.

Он только покачал головой и выразительно развел руками. Но тут у девушки возникла новая идея.

— А может, какие-то запасы сохранились в Линчберге? Послушай; Гарви, продай этому молодому человеку машину. Я усилил громкость приемника, чтобы не пропустить воя полицейских сирен, если патрульные машины направятся в эту сторону. Я был уверен, что они обязательно приедут туда. Ведь чем скорее эти идиоты пустятся в погоню, тем меньше будет шансов у беглецов и тем ближе станет час моего торжества.

Идея продать машину явно пришлась по душе Гарви Ли — другу потерпевших аварию. Он сразу же приступил к делу.

— Поглядите только на этот «датсун»! Его срочно хочет приобрести другой человек, но, если вы его берете, я того сплавлю. Это модель В210. И на счетчике у него всего лишь каких-то семьдесят тысяч миль, а к тому же это выпуск позапрошлого года. И всего лишь семь тысяч долларов! А кроме того, я заправляю его пятью галлонами бензина без всякой дополнительной оплаты. Машина была самой настоящей развалиной, одно из колес ее вообще было свернуто в сторону. Да, этот продавец явно знал свое дело. Да и цену он назначил, всего вдвое превышающую стоимость новой машины той же модели. У меня сразу появилось желание сделать ставку на него. Очень может быть, что он оставит Хеллера без цента в кармане — ведь у Хеллера всего-навсего две тысячи.

— Думается мне, — протянул Хеллер с жутким виргинским акцентом, — что у вас найдется что-нибудь подешевле.

— Ну что ж, конечно, можно будет что-нибудь подыскать. Вот, например, этот «форд-пикап». Не упускайте удачи. Ничего плохого, не думайте — просто на нем вывозили удобрения на поле, но для вас я его быстренько вымою. Пять тысяч, и вы…

— Гарви, — вмешалась девушка, — тебе лучше поторопиться. Нам нужно уехать в считанные минуты.

Хеллер внимательно разглядывал выстроенные в ряд развалины. В самом конце стояла огромная машина светло-серого цвета. Он подошел к ней. Машину покрывал плотный слой пыли.

— А как насчет этой? Да и цвет такой, что ее не разглядишь издалека!

— Слушай, парень!. — воскликнула Мэри. — Это не то, что тебе нужно. Знаешь, сколько он жрет бензина! На одном галлоне и восьми миль не пройдет. Гарви поспешно встал между ними. Он явно не хотел допустить, чтобы сорвалась такая сделка.

— Да, парень, вижу, что у тебя на машины наметанный глаз. Да ведь это «кадиллак», модель «броэм купе элегант»! Это одна из самых скоростных моделей. Выпуск 1968 года! Его производили еще до появления всех этих борцов за охрану окружающей среды, а тогда не разменивались по мелочам. Да тут под капотом сидит пятьсот лошадок. — Он с гордостью поглядел на машину.

— Лошадей? — переспросил Хеллер. — Да вы, наверное, смеетесь надо мной. Давайте-ка поглядим!

Гарви подошел к передку и не без труда поднял крышку капота огромной машины. Мотор был просто необъятных размеров. Однако выглядел он довольно прилично.

— Сжатие здесь десять с половиной к одному, — сказал Гарви. — Просто пожиратель огня.

— А что он пожирает, какой огонь? — спросил Хеллер.

— Огонь? Ты, наверное, спрашиваешь об октановом числе?

— Нет. Горючее. Какое горючее она сжигает? Вы сказали, что машина работает на огне. А что сгорает в ней?

— Да о чем это ты, черт побери… Горючее, малый. Бензин!

— Химический двигатель! — Известие это привело Хеллера в полный восторг. — Надо же, какая встреча! А горючее твердое или жидкое?

— Слушай, этот парень что, работает где-то клоуном? — обратился совершенно ошарашенный Гарви к Мэри.

— Продай ему какую угодно машину, только побыстрее! — выкрикнула Мэри, не сводя испуганного взгляда с ведущей к городу дороги.

— Послушай, парень, машина в безупречном состоянии, и принадлежала она леди — старушке крохотного роста, которая вообще никогда ею не пользовалась.

— Да брось ты трепаться, Гарви! — завопила Мэри. — Ты (…), отлично знаешь, что принадлежала она Богомольному Питу, проповеднику на радио, пока его наконец не повесили! Продавай эту (…) машину! Нам нужно ехать!

— Отдаю всего за две тысячи долларов, — с отчаянным видом объявил Гарви.

— Гарви! — выкрикнула девушка. — Только неделю назад ты сказал мне, что не можешь сплавить ее даже на свалку металла. А ты, парень, не давай морочить себе голову! Шесть месяцев стоит у него тут эта штука, и он ее только для того и использует, чтобы (…) местных знаменитостей, потому что в салоне есть занавески!

— Полторы тысячи, — сказал Гарви, впиваясь взглядом в Хеллера.

— Двести долларов! — выкрикнула девушка.

— О Мэри…

— Двести долларов, или я все расскажу твоей жене!

— Ладно, двести, — убитым тоном подтвердил Гарви.

Хеллер вытащил пачку денег и стал возиться с купюрами, разбираясь попутно в их достоинстве и цвете, сверяясь с напечатанными цифрами.

— Погоди-ка, — сказал Гарви, лихорадочно отыскивая пути к отступлению. — Я же не могу продать ему машину. Он несовершеннолетний!

— Выписывай документы на мое имя и поторапливайся!

Гарви вырвал две сотни из рук Хеллера, прихватив примерно еще столько же на гербовые сборы и налоги. Потом все с тем же раздраженным выражением лица выписал свидетельство о покупке на имя Мэри Шмек.

Я снова усилил громкость. (…) бездарную полицию. Должно быть, эту парочку разыскивают где-то в другом месте, как это и заведено у полиции. Не может быть, чтобы они до сих пор не обнаружили искалеченные тела двух своих коллег. Гарви так и оставил капот открытым. Распахнув дверцу, он снял машину с ручного тормоза и уже подошел сзади, чтобы вытолкать машину, но вдруг опомнился, решив, что ночь слишком душная для такой работы. Он зашел в свою конторку и вскоре вышел с ключами. Потом он сел наконец за руль и включил зажигание. Мотор взревел, но скоро заработал очень ровно.